22.11.2022 Автор: Владимир Терехов

О некоторых геополитических аспектах второй японо-германской встречи в “формате 2+2”

Состоявшаяся 3 ноября вторая японо-германская встреча в “формате 2+2” (то есть с участием министров иностранных дел и обороны) представляет собой одно из тех событий на современном этапе “Большой мировой игры”, которое требует к себе специального внимания и комментирования. Поскольку само словосочетание “японо-германские отношения” невольно провоцирует настораживающие ассоциации с одной из крупнейших катастроф в человеческой истории под названием “Вторая мировая война”.

Следствием же подобных ассоциаций являются нередкие спекуляции со стороны любителей исторических аналогий на тему “не малой схожести актуальной политической ситуации с тем, что было перед ВМВ”. При этом упомянутое “что было” чаще всего представляется весьма упрощенно.

В связи с последним необходимо прежде всего напомнить, что, с момента случившегося на рубеже 60-70-х годов XIX в. выхода Японии из самоизоляции, сам период союзничества в отношениях между Токио и Берлином был весьма кратковременным и оказался следствием достаточно случайных обстоятельств. С указанного “рубежа” и вплоть до второй половины 30-х годов прошлого века Германия неизменно поддерживала Китай в его обострившихся отношениях с Японией.

Наверняка многих удивит тот факт, что особенно масштабный и всесторонний характер поддержка Китая (с неизбежно антияпонским подтекстом) приобрела с приходом к власти в Германии НСДАП во главе с канцлером (и вскоре рейхсфюрером) А. Гитлером. В развернувшемся в это время процессе придания современного облика китайским вооружённым силам во главе с Чан Кайши весьма весомым было участие германских военных специалистов (например, Й. фон Секта).

Рубежным в политике Германии в регионе Восточной Азии стало состоявшееся в ноябре 1936 г. заключение с Японией так называемого “Антикоминтерновского пакта”. Однако уже спустя три года по его дееспособности нанёс сокрушительный удар так называемый “пакт Молотова-Риббентропа”. Существенным образом предопределивший и конечный крах обоих “антикоминтерновцев”.

Также напомним, что вплоть до той же середины 30-х годов в качестве основного источника угрозы “пост Версальскому” миру считались не “какие-то” Германия с Японией, а перспектива войны между Великобританией и США, являвшихся на тот момент главными мировыми державами. Что, кстати, необходимо учитывать и в нынешних нередких разговорах на тему “во всём виноватых англосаксах”, а также о “морских державах, постоянно борющихся с евразийским хартлендом”.

И, тем не менее, упомянутый выше период в истории отношений Японии с Германией был и провоцируемые им ассоциации присутствует. Поэтому, повторим, на характере нынешнего состояния, а также перспективах дальнейшего развития японо-германских отношений необходимо хотя бы кратко остановиться.

Вновь обратим внимание на то, что сам факт наличия в отношениях между некоторой парой стран “формата 2+2” чаще всего (но не всегда, как, например, в паре “Япония-Россия”) свидетельствует о высоком уровне доверия между ними. В паре “Япония-Германия” первая японо-германская встреча в “формате 2+2” была проведена в режиме видеоконференции в апреле 2021 г. Опубликованный тогда МИД Японии по итогам полуторачасовых переговоров краткий пресс-релиз выдержан в самых общих тонах с устоявшимися оборотами на тему как двусторонних отношений, так и ситуации в Индо-Тихоокеанском регионе.

С учётом вышеизложенного вызвало недоумение присутствие в упомянутом документе тезиса о “160-летнем периоде японо-германской дружбы”. Напомним лишь о демарше, предпринятом в 1895 г. одновременно Германией, Россией и Францией, который заставил тогда Японию вывести свои войска с территории китайского Ляодунского полуострова. Где они находились в соответствие с “Симоносекским договором“, только что подписанным по итогам “Первой японо-китайской войны”. По разные стороны от линии фронта оказались Япония и Германия и во время “Первой мировой войны”.

Сегодня же обозначенное в пресс-релизе японо-германское взаимодействие в сфере безопасности находится на уровне, который выглядит весьма скромно по сравнению с тем, что уже достигнуто в отношениях Токио, например, с Лондоном (не говоря уже о других “англосаксах”, проживающих в Австралии и США). Как раз применительно к Соединённому Королевству и следовало бы отнести упомянутый выше оборот о “160-летней дружбе”. С изъятием, конечно, всё того же периода крупных международных недоразумений, начавшегося летом 1937 г. с “инцидента у моста Марко Поло” под Пекином и завершившегося в мае 1945 г. в Берлине, а также спустя три месяца в Токийском заливе.

К моменту состоявшейся весной 2021 г. первой японо-германской встречи в “формате 2+2”, таких японо-британских мероприятий было проведено уже четыре и даже чисто внешне (но, главное, с наполнением конкретикой) принятые по их итогам совместные документы смотрятся гораздо более внушительно. Летом с. г. появилось сообщение о том, что “профильные” компании  Японии и СК решили совместить исследовательские работы в области проектирования двигательных установок для истребителей 6-го поколения.

Ничего похожего пока не наблюдается в японо-германских отношениях. В ходе второй встречи “в формате 2+2” лишь наполовину было выполнено решение первой о том, что далее такие мероприятия будут проводиться “лицом к лицу”. В то время как министры иностранных дел (Ё. Хаяси и А.-Л. Бербок) действительно подобным образом поговорили в германском Мюнстере, министры обороны (Я. Хамада и К. Ламбрехт) снова пообщались дистанционно.

Но и первые провели двусторонние переговоры, вообще говоря, «по случаю». Каковой представился “календарным” мероприятием министерского уровня “Большой семёрки”, членами которой являются как Япония, так и Германия. Оно было заранее запланировано на проведение в Мюнстере. На полях данного мероприятия и прошла вторая японо-германская встреча “в формате 2+2”.

Сообщение о его содержании министерства обороны Японии ограничилось одним абзацем. Сообщения же японского МИД почти ничем не отличались от того, что было написано год назад. Документ вновь завершился выражением намерения сторон “в ближайшее время” продолжить проведение встреч “в формате 2+2”.

Наконец, ключевой (с учётом недавней трагической истории) вопрос, чтобы это всё значило? У автора нет на него сколь-нибудь определённого ответа. И главным образом потому, что он, видимо, вообще отсутствует в нынешней глобальной политической природе, подверженной высокой динамике. В этих условиях заниматься прогнозами дело неблагодарное. Но и отказаться порассуждать на такую тему с самых общих позиций тоже трудно.

Базу же для указанных “позиций” могут составить попытки (помянутые выше недобрым словом) выстраивания исторических аналогий, отслеживание перемещения звёзд, “современное прочтение” древних писаний и просто некие “озарения”. Последние к автору что-то никак не приходят, а из остального заслуживает внимания лишь первое.

Пока в японо-германских отношениях не просматривается ничего похожего на “Антикоминтерновский пакт”. Хотя дежурные антироссийские филиппики в публичной риторике обеих сторон присутствуют. В конце концов, “коллективный Запад” всё ещё подаёт признаки жизни, а, значит, ключевым его участникам приходится по разным поводам произносить некий общий пароль (“мы с вами одной крови”).

При том, что уже проводятся подрывы важнейшей инфраструктуры одного члена “коллективного Запада” другим. Кстати, о нелепом меме на тему “демократий, которые не воюют друг с другом”.

Что же касается обоих обозначенных членов, то первый уже не менее двух десятилетий развивает курс (повторим, наметившийся ещё в конце XIX в.) на выстраивание отношений с Китаем. Удививший многих недавний визит в Пекин действующего канцлера ФРГ О. Шольца, на самом деле продолжает указанный полуторавековой курс. И, конечно, это событие противоречит попыткам нынешнего лидера “коллективного Запада” если не блокировать расширение влияния Китая на международной арене, то хотя бы полностью монополизировать процесс выстраивания с ним отношений от имени первого.

Тот же, кого подозревают в подрыве, тоже встал на “традиционный” путь расширения присутствия в Восточной Азии. Но путём развития отношений с другим ведущим игроком данного региона, каковым является Япония.

На все эти зачатки турбулентности в самом “коллективном Западе” накладываются признаки смуты на территории его лидера, спровоцированный конфликт на Украине, панически-воинственные высказывания последнего времени со стороны некоторых из европейских политиков самого высокого ранга.

В общем, есть повод для проведения неких настораживающих аналогий. При желании можно найти нечто схожее с периодами, которые предшествовали как Первой, так и Второй мировым войнам.

В условиях же сохраняющейся геополитической неопределённости руководство как Германии, так и Японии, видимо, решило пока не торопиться с определением перспектив собственных двусторонних отношений и поразмыслить над тем, что же происходит в мире в целом. Не с этим ли связана “вялость” в работе японо-германского “формата 2+2”?

Но не только поразмыслить, а решительно действовать с целью предотвращения очередной актуализации какого-либо из двух (реализованных в прошлом веке, одинаково катастрофических) “сценариев” разрешения возрастающей турбулентности нужно всем ведущим участникам нынешнего этапа “Большой мировой игры”. И уже прямо сейчас.

Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона, специально для интернет-журнала “Новое Восточное Обозрение”


×
Выберие дайджест для скачивания:
×