18.11.2022 Автор: Владимир Терехов

Япония собирается закупить “Томагавки”

Появившееся в конце октября сообщение (с отсылкой к некоему “правительственному источнику”) одной из ведущих японских газет Yomiuri Shimbun о том, что руководство страны направило запрос коллегам в США на предмет возможности закупок крылатых ракет Tomahawk компании Raytheon, заслуживает внимания и комментирования. Поскольку в данном случае речь идёт не просто об очередном акте военного строительства Японии.

Уже сам факт подобного рода запроса подтверждает курс японского руководства на придание национальным Вооружённым силам (которые до сих пор обозначаются эвфемизмом Japan Self-Defense Forces) “обычного облика”. С присущей данному органу любого государства возможностью обеспечивать его оборону путём не только отражения атак противника на собственной территории, но и нанесения превентивных ударов по некоторым целям, находящимся за её пределами. Основанием для этого могут стать убедительные свидетельства (например, полученные с помощью разведки) того, что места расположения указанных целей используются государством-оппонентом для подготовки нанесения удара по вашей территории.

В случае Японии подобного рода подозрения публично адресуются главным образом КНДР, которая сама иногда предоставляет для этого поводы. Понятное стремление Пхеньяна обзавестись потенциалом сдерживания   как местных, так и пришлых “оппонентов” (с учётом относительно недавней трагической истории отношений с ними), иногда принимает демонстративно враждебный характер. В частности, подобным образом в Японии воспринимается факт прохождения траекторий некоторых испытательных полётов ракет КНДР над её территорией.

При том, что в современном международным праве отсутствует ответ на вопрос о высоте границ национального воздушного пространства. Следовательно, факт пролета над Японией на высоте нескольких сот километров северокорейской ракеты не может рассматриваться в качестве акта нарушения её суверенитета. Возможно, в силу “местной” географии, таких пролётов в ходе подобного рода испытаний вообще очень сложно избежать. Но остаётся хотя бы возможность предварительного оповещения, чтобы не давать повод для последующей (скорее всего, постановочного плана) панике в тех японских префектурах, над которыми осуществляются пролёты.

Подобного роды факты резко упрощают руководству Японии процесс обоснования перед собственным населением планов по удвоению в течение ближайших нескольких лет расходов на оборону (с нынешних 1% до 2% от годового ВВП). В частности, придётся изрядно потратиться на закупку тех же “Томогавков”. Это в условиях нарастающих проблем в мировой экономике, не обошедших Японию. Например, из-за начавшегося в январе текущего года резкого падения по отношению к доллару курса национальной валюты, сегодня на приобретение “Томагавков” придётся выделить на 30% больше йен, чем ещё год назад. При том, что процесс её ослабления продолжается, несмотря на “тайные” долларовые интервенции, осуществляемые национальным Банком Японии.

Между тем уже сегодня не хватает денег на то, чтобы хоть как-то компенсировать потери домохозяйств от роста цен на продукты питания, электроэнергию, теплообеспечение. В этих условиях обостряется проблема поиска источников финансирования роста амбиций в сфере обороны.

И то, что руководство страны твёрдо встало на путь резкого (прежде всего качественного) повышения своего оборонного потенциала, заведомо крайне затратного, свидетельствует, что “северокорейская угроза” служит в этом лишь подходящим поводом. В частности, о “гневных чувствах” в связи с ожидаемой очередной серией ракетных стрельб КНДР, охвативших премьер-министра Японии, поспешил сообщить его офис.

Обратим, однако, внимание на то, что, на картинке-иллюстрации к сообщению о ведущихся “исследованиях” в сфере обретения Японией потенциала запуска ударных ракетных комплексов с подводных лодок (именно в этих целях изначально и разрабатывался Tomahawk), не обозначена страна, с территории которой некий противник изготовился нанести ракетный удар по японской территории.

И это понятно, поскольку, повторим, тезис о “северокорейской ракетно-ядерной угрозе” является не более чем публично озвучиваемым объяснением наметившихся уже несколько лет назад масштабных изменений в стратегии военного строительства Японии. Основные положения новой редакции этой стратегии будут изложены в нескольких правительственных документах, которые появятся до конца текущего года.

Этапным же событием в длительном процессе эволюции указанной стратегии стало включение в сентябре 2020 г. (только что сформированным правительством во главе с премьер-министром Ёсихидэ Сугой) в проект оборонного бюджета на следующий 2021 год финансового обеспечения проектирования ракеты дальностью действия порядка 1000 км. Официально указанная ракета была отнесена к классу “земля-корабль”. Но нет никаких сомнений, что в ходе её разработки появятся и модификации, предназначенные для размещения на собственных боевых кораблях (возможно и на самолётах ВВС). Что резко повысит ударный потенциал JSDF.

Возглавивший тогда же министерство обороны Нобуо Киси (брат Синдзо Абэ, то есть предшественника Ё. Суги на посту премьер-министра) оказался едва ли ни первым действующим государственным деятелем Японии, который заявил об актуальности проблематики нанесения превентивных ударов по тем местам на территории соседей, с которых ожидается нападение на территорию страны. Вообще говоря, подобного рода заявления противоречат (во всяком случае “духу”) действующей пока статьи 9 национальной конституции.

Совсем не случайно данные слова Н. Киси непосредственным образом предшествовали появлению информации о планах по разработке упомянутой выше ракеты. Ибо к тому времени Япония уже обладала потенциалом нанесения обезоруживающего удара с воздуха по территории КНДР.

В сообщении же агентства Kyodo News об указанных планах, наряду со всё той же “исходящей от Северной Кореи ракетно-ядерной угрозой”, говорилось (со ссылкой на Н. Киси) и о необходимости “реагирования на растущую военно-морскую активность Китая вокруг островов на юго-западе Японии”. Под таковыми подразумеваются главным образом пять необитаемых островов Сенкаку\Дяоюйдао, которые находятся под контролем Японии, но на их владение претендует КНР.

Однако привязывание к факту качественно нового этапа в военном строительстве Японии темы необходимости защиты “удалённых островов” (указанным эвфемизмом обозначаются, помимо Сенкаку\Дяоюйдао, фактически вся южная часть архипелага Рюкю) выполняет столь же “инструментальную” роль, как и тема “северокорейской угрозы”. Повторим, появление в распоряжении JSDF упомянутой ракеты, конечные характеристики которой (например, по дальности действия) могут оказаться значительно выше ныне заявляемых, приспособленной к использованию ВМС и ВВС, обеспечит последние потенциалом нанесения удара по территориям противников совсем других масштабов по сравнению с КНДР.

Что касается этой последней, то укажем на совсем ненулевую вероятность попыток налаживания отношений с ней той же Японией. Несмотря на все гневные филиппики, раздающиеся в последнее время из Токио в адрес Пхеньяна. С не меньшим накалом они произносились и десять лет назад, когда (сначала на нейтральной площадке Улан-Батора) была предпринята первая подобная попытка. Которая закончилась неудачей только по одной причине: она была прервана тогда “старшим братом” Японии, впавшим едва ли не в ярость от такой “самодеятельности” ключевого азиатского союзника.

В обозначенный же здесь тренд военного строительства Японии вполне вписывается упоминавшееся сообщение о планах по закупке американских “Томогавков”. Базовые образцы широкого спектра ракет самого разного предназначения и характеристик, обозначаемых обобщённым термином Tomahawk, были разработаны ещё в 70-е годы прошлого века и до сих пор находятся в эксплуатации ВМС США (и Великобритании) с начала 80-х годов.

Что не даёт никаких поводов для обозначения данной системы вооружений термином “устаревшая”. Это весьма эффективное оружие, способное решать широкий круг задач, в том числе стратегических с использованием ядерных боеголовок. Подобные модификации Tomahawk могут применяться по целям на удалении до 2500 км. Напомним, кстати, что отказ Японии от обладания ядерным оружием носит добровольный характер. То есть ничто не мешает руководству страны, “в соответствие с изменившейся ситуацией”, подобным оружием обзавестись. По некоторым оценкам, временные затраты на это исчисляются месяцами.

Принимая во внимание сообщения о некоторых других новых трендах в военном строительстве Японии, в частности, связанных с проблематикой обеспечения безопасности космических аппаратов, о планах по развитию наземно-портовой инфраструктуры “двойного назначения”, уже сейчас можно составить общее представление о том, что же будет прописано в упоминавшихся выше долгосрочных документах.

Что, конечно, не снижает степень экспертного любопытства по отношению к их реальному содержанию. Которое придётся удовлетворять в условиях всё большего ощущения, что наблюдается лишь часть глобального “военно-промышленного пира”, который разворачивается на фоне глобальной же “чумы”.

Хотя, возможно, первый является органичной компонентой второй.

Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона, специально для интернет-журнала “Новое Восточное Обозрение”


×
Выберие дайджест для скачивания:
×