28.09.2022 Автор: Владимир Данилов

Россия переходит на безотходный ядерный цикл в своих АЭС

BEL4532

Разразившийся в мире энергетический кризис, пожалуй, самый тяжёлый с 1973 года, вынуждает вносить свои коррективы в политику Евросоюза и многих других регионов мира в отношении ядерной энергетики. Навязанная Вашингтоном, в явных целях энергетического удушения главного экономического конкурента – ЕС, политика по выдавливанию России с энергетического рынка Европы, выводу из эксплуатации европейских АЭС и навязыванию «зеленой повестки», полностью провалилась.

В этих условиях ряд европейских стран уже пошел по «реанимации» ранее закрытых АЭС. И среди таких стран Франция, пожалуй, едва ли не единственная в ЕС, сумевшая сохранить будущее для своей атомной энергетики, выдержав удары «зеленой повестки». Однако, в связи с коррозией сроки возобновления работы реакторов АЭС стали больше, и теперь проводимые работы «требуют увеличения количества рабочих часов в реакторной части строений», сообщило французское информагентство RFI. В этих условиях подрядчики французской энергетической корпорации EDF, которые участвуют в обслуживании атомных реакторов, изучают возможность увеличения нормативов по дозам радиации, чтобы сотрудники могли дольше работать внутри реактора, при том, что такая деятельность не была запланирована изначально.

С учетом того, что более трети стран Евросоюза (10 из 27) выступили за включение атомной энергетики в список отраслей, способствующих уменьшению вреда окружающей среде, многие государства всерьез задумались о строительстве АЭС в самом ЕС и за его пределами. Так, «Росатом» приступил к крупномасштабным земляным работам на площадке строительства двух новых энергоблоков АЭС «Пакш» в Венгрии, которая была построена по советскому проекту. На ней эксплуатируются четыре блока с реакторами ВВЭР-440, которые вырабатывают почти половину всей электроэнергии в Венгрии. А благодаря планируемому вводу в эксплуатацию двух новых блоков «Пакша» эта доля удвоится.

Казахстан принял решение построить  в стране АЭС, и в этих целях изучил уже накопленный в этой обрасти опыт, в частности, в России, Франции, Турции, Венгрии, Корее, казахские эксперты посетили АЭС в Китае. В целом, в Казахстане сформировалось мнение, что данный проект должен быть реализован международным пулом инвесторов, который будет максимально учитывать все лучшие технологии. В частности, рассматриваются предложения «Росатома», китайской CNNC, корейской KH&P, а также французской компании EDF.

Российской госкорпорацией «Росатом» и иракским Агентством по контролю за радиоактивными материалами  проводится совместная работа по актуализации двусторонней нормативно-правовой базы и подписанию меморандума о взаимопонимании по сотрудничеству в области мирного использования атомной энергии.

Многие другие страны также стали активно  интересоваться возможностями и накопленным положительным опытом России в строительстве новых АЭС. А России и ее соответствующим компаниям, в этом вопросе действительно есть, что показать иностранным заказчикам и удивить их. Особенно новыми технологическими решениями безотходного ядерного цикла, уже используемого в России.

Проявляемая странами во всем мире заинтересованность в строительстве АЭС оправдана, несмотря на попытки Вашингтона увести мир в совершенно другую сторону, решая собственные корыстные цели, в частности, по проталкиванию собственных энергоносителей и «зеленых технологий» на европейский рынок.

Хорошо известно, что атомная энергетика — это одна из самых экологичных с точки зрения выбросов углекислого газа и к этой проблеме приковывается в последнее время особое внимание на фоне происходящих повсюду климатических изменений. Ведь атомные электростанции выбрасывают всего 12 г СO2 за 1 кВт⋅ч, в то время, как у природного газа этот показатель составляет 490 г/кВт⋅ч, а у угля — 820 г/кВт⋅ч!

На данный момент существующие по всему миру 440 ядерных энергетических реакторов производят примерно 10 500 т отработанного топлива в год. Во время производства энергии атомными электростанциями потребляется только приблизительно 5% урана, а также генерируются побочные продукты, такие как плутоний, который, кстати, как и оставшийся уран, подлежит переработке.

Однако ограниченное распространение атомных электростанций обусловлено тем, что, как известно, одним из главных недостатков современных ядерных реакторов является наличие большого количества отработанного ядерного топлива, хранение которого создает большие риски для экологии и требует огромных финансовых затрат. И вопрос, что делать с отработанным ядерным топливом, остается нерешенным. В этих условиях многие политики предпочитают атомным электростанциям солнечные, ветровые и другие возобновляемые источники энергии. Прежде всего потому, что использованное ядерное топливо остается радиоактивным, а в обществе и во власти пока отсутствует консенсус, что с ним делать. Хотя всем известно, что отработанное ядерное топливо можно использовать повторно, в частности, для получения огромного количества энергии с нулевым содержанием углерода, которая позволит сократить выбросы парниковых газов.

В вопросе отказа от переработки отработанного ядерного топлива существуют разные причины. Например, в позиции правительства США основное препятствие для утилизации — это опасения в неэффективности затрат и вероятности распространения ядерного оружия. И в этом плане хорошо известно решение американского президента Джимми Картера 1977 года, который запретил перерабатывать ядерное топливо. Вместо этого его захоранивают глубоко под землей.

Ряд стран, в частности,  Франция, Великобритания, Япония, пошли другим путем,  воспринимая отработанное ядерное топливо как ценный актив, а не просто отходы, требующие утилизации.

Безусловным прорывом в этом направлении стала разработанная российскими ядерщиками уникальная безотходная технология, позволяющая перерабатывать ядерные отходы в новое топливо. На основе этой технологии уже разработан реактор «Брест-300» — уникальная установка 4-го поколения замкнутого типа, введение которого в строй окончательно снимет недостатки современных ядерных реакторов и все опасения возможности переработки отходов в военных целях. Так, если переработать только российские ядерные отходы, накопленные за 60 лет, в топливо для реакторов «Брест-300», то его хватит на работу в течение нескольких сотен лет. Кроме того, этот новый реактор отличается высочайшим уровнем безопасности, долговечностью, исключительно «мирной» спецификой, безупречной экологичностью и экономичностью.

Энергоблок № 4 Белоярской АЭС с таким новым реактором на топливе, вырабатываемом из отходов традиционных реакторов, впервые в истории выведен 23 сентября с.г. на 100% мощности. Загрузка этого реактора началась еще в июне 2022 года, после чего впервые в истории вся его активная зона была переведена на новое ураново-плутониевое МОКС-топливо. Само название МОКС происходит от английского MOX (Mixed-Oxide) и означает, что ядерное топливо состоит из оксидов делящихся элементов. В данном случае — диоксида плутония, получаемого из отработанного ядерного топлива и оксида обедненного урана, получаемого в качестве побочного материала при обогащении урана.

Использование такого топлива и разработанные в России реакторы под него приближают российскую атомную отрасль к новой технологической платформе на основе замкнутого ядерно-топливного цикла, что в десятки раз увеличит топливную базу атомной энергетики и минимизирует отходы производства. А также безусловно заинтересует многие страны мира.

Владимир Данилов,  политический обозреватель, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×