08.08.2022 Автор: Константин Асмолов

Военная риторика Ким Чен Ына

KIM93433

27 июля 2022 года лидер КНДР Ким Чен Ын выступил с речью на торжественном мероприятии, посвящённом окончанию Корейской войны 1950-1953 гг. Для современной КНДР это один из наиболее значимых праздников, в чём-то аналогичный российскому Дню победы, поскольку война была одним из самых кровопролитных конфликтов второй половины 20 века.

Но Ким не только славил ветеранов войны или давал наставления сотрудникам мест историко-революционной славы. В его речи было несколько пассажей следующего содержания: «В ожесточенной антиамериканской конфронтации, длившейся на протяжении около 70 лет после войны, наша Республика надежно отстояла социализм и создала могучий стратегический потенциал для защиты самого себя. Это представляет собой более великую победу, не менее серьезную, чем триумф в Отечественной освободительной войне. Однако мы не вправе на этом остановиться», так как США «и ныне не прекращают опасных враждебных акций против нашей Республики», подстрекая южнокорейские власти на самоубийственную конфронтацию с КНДР и ведя дело к точке невозврата.

В этом контексте Ким «еще раз уверенно заявил, что КНДР полностью готова к любым военным столкновениям с США» и строго предупредил «южнокорейскую «власть» консервативного толка и маньяков войны, которые неистовствуют в ненормальной излишней алчности и уверенности в своих силах, идут впереди в реализации американской враждебной политики в отношении КНДР».

Северокорейский лидер заявил, что в Северной Корее помнят неосторожные высказывания Юн Сок Ёля до и после прихода к власти, и подчеркнул, что Пхеньян не может просто наблюдать за подобными действиями Юн Сок Ёля и «военных бандитов» Юга.  По мнению Кима, власть Юн Сок Еля, впервые названного Кимом по имени, предпринимает «низкопоклоннические, продажные действия, затмевающие акции любого консервативного режима», вернув в отношении КНДР определение «главного врага» (в виду имеется «белая книга» минобороны) и заявляя об «обеспечении мира через силу».

Да, Сеул «намеревается в большом количестве притаскивать ядерные стратегические вооружения США и расширяет масштаб милитаристских игрищ под всякой вывеской» (что, в частности, было отражено в итогах визита в Сеул президента США), «но Южной Корее все-таки суждено воспринимать свою военную слабость по сравнению с нашими силами как роковую, ей никогда ничем не изменить ее к лучшему».

И главное! «Если «власть» и военная хунта Южной Кореи думают о своем военном противоборстве с нами и о том, что они смогут превентивным ударом обессилить или свести на нет часть наших военных сил при опоре на какие-то особые военные средства и методы, то это полный абсурд. Ни в коем случае! Подобная опасная попытка сразу получит кару со стороны от могучих сил, и «власть» Юн Сок Ёля и ее войска будут наголову разбиты». В общем, Сеулу стоит признать, что он «с самого начала слишком вышел за меру и что ему следует всерьез думать о своем поведении, навлекающем на себя опасность»: «больше шевелить мозгами, чем играть с языком, им не надлежит бездумно придираться в любое время к нам, а самое лучшее для них – вообще не намереваться иметь дело с нами».

Выступление Кима лежит в общей риторике страны. В мае 2022 г. на северокорейском пропагандистском сайте Uriminzokkiri была опубликована книга, посвященная военным и дипломатическим достижениям Ким Чен Ына за последнее десятилетие, и там также подчеркивалось, что Север извлек уроки из опыта других стран, включая военную интервенцию 2011 года в Ливии. «Тактика вторжения США заключается в том, чтобы заставить (страну) отказаться от своих возможностей самообороны», — говорится в нем. «США неустанно произносят приукрашенные слова, заявляя, что это поможет стране процветать, если она откажется от наращивания военной мощи и выберет другой путь».

Но в западной и южнокорейской прессе обсуждения высказываний лидера КНДР ушло в дежурный нарратив «Север опять грозит войной», тем более, что формально это стало первым официальным ответом Кима на северокорейскую политику администрации Юна.

28 июля Администрация президента РК выразила «глубокое сожаление» по поводу критики в адрес Юн Сок Ёля со стороны северокорейского лидера, — ее представитель Кан Ин Сон заявила, что правительство обеспечит безопасность страны, сохраняя готовность дать эффективный отпор любым недружественным действиям со стороны Севера и полагаясь на крепкий союз с США.

Министерство обороны РК оценило сообщение Кима как «ничего нового». «Угроза со стороны Ким Чен Ына не является чем-то новым в ситуации, когда Северная Корея продолжает наращивать свои ядерные и ракетные угрозы», — заявил заместитель официального представителя министерства полковник Мун Хон Сик.

Заместитель официального представителя генсека ООН Фархан Хак, комментируя слова лидера КНДР, заявил, что «мы против любой риторики, касающейся использования подобного смертоносного оружия и продолжаем призывать к возобновлению переговоров по мирной денуклеаризации Корейского полуострова» .

Однако, Север как обычно грозится нанести удар не просто так, а в ответ на провокации, и упоминания южнокорейского руководства отнюдь не являются фантазией. Юн говорил о превентивном ударе ещё будучи кандидатом в президенты, причем, будучи прагматиком, обосновывал это не сокрушением коммунизма во имя демократии, как это делали некоторые классические политики из ряда консерваторов, а соображениями исключительно практического характера. Т.к. продемонстрированные в 2020м году новые типы северокорейских БР создают очень большие проблемы ПВО и ПРО РК, прагматически настроенные военные не могут не просчитывать этот вариант.

Собственно, еще 9 октября 2016 г. парламенту Южной Кореи был представлен «Корейский план массированного наказания и возмездия» (Korea Massive Punishment & Retaliation). Таковой должен быть реализован в случае, если «Север покажет малейший признак использования ЯО». В этом случае «Пхеньян будет превращён в пепел и удалён с карты», для чего планировалось использовать ракеты «Хёнму-3» радиусом действия до 1 тыс. км и крылатые ракеты Taurus радиусом действия более 500 км. Главная цель — северокорейский лидер, которого будут убивать, не считаясь с «сопутствующими потерями». Если Ким Чен Ын укроется в подземном бункере, то в дело пойдут бетонобойные бомбы GBU-28, предназначенные для поражения укреплённых объектов. План позиционировали как разработанный в ответ на угрозы Пхеньяна после пятого ядерного испытания, однако есть несколько деталей. Во-первых, государство, подписавшее все соответствующие конвенции и позиционирующее себя как «ответственного члена мирового сообщества», заявляет о том, что в качестве цели будет взят заведомо невоенный объект с населением примерно в 2,5 миллиона жителей, которых планируется полностью уничтожить. Во-вторых, превентивным ударом маскируют прямую агрессию, т.к. когда удар уже был нанесён, непонятно, собирался ли действительно противник атаковать.

В качестве президента Юн часто призывал военных «жёстко и быстро покарать КНДР в случае провокаций», требуя развивать т.н. трёхосную систему, куда входит не только ПРО, но и силы и средства, призванные обеспечить превентивный удар и обезглавливание северокорейского руководства. Включая указанную выше Korea Massive Punishment & Retaliation.

За неделю до выступления Кима, 21 июля заместитель генерального директора Института разоружения и мира при МИД КНДР Чхве Чжин дал интервью пхеньянскому представительству Associated Press Television News. В нем он обратил внимание на то, сколько учений США и РК провели в июне-июле 2022 г., включающие противовоздушные, противокорабельные и противолодочные операции, а также перехват морских путей. Кроме того, в небе над Корейским полуостровом и его окрестностями почти ежедневно проводятся совместные воздушные учения ВВС США, Японии и Южной Кореи. В Тихом океане для учений «Доблестный щит» были мобилизованы ударные группы американских атомных авианосцев «Рональд Рейган» и «Авраам Линкольн». С 29 июня США совместно с РК начали в Тихом океане крупнейшие в мире международные военно-морские учения «RIMPAC» , а с 14 июня по 9 июля на базе Форт-Ирвин были проведены «объединенные тренировки сил специального назначения» с участием 5000 военнослужащих. И это не все — в августе США, Япония и Южная Корея планируют провести в водах у Гавайских островов учения «Тихоокеанский дракон», направленные на обнаружение баллистических ракет, а с 22 августа США и Южная Корея начнут совместные военные учения «как встарь».

Поясним. Если при Муне полевой компонент был минимален, то консерваторы и прагматики, включая Юна, заявляли о том, что военным нужен полномасштабный формат, тем более, что успешно проходящие учения должны проверить одну вещь: насколько южнокорейский генералитет умеет в стратегическом планировании. Без этого Южная Корея не получит контроль над собственной армией в военное время, которое осуществляют США со времён Ли Сын Мана. Тогда это было продиктовано как сверхнизкой боеспособностью южнокорейской армией, а также необходимостью приглядывать за южнокорейским режимом, как бы он снова не втравил Америку в свой конфликт.

В принципе, каждая сторона по обе стороны 38-й параллели так реагирует на военные приготовления другой, но крупномасштабные учения, как и в былые времена, несут определённый риск боевых инцидентов. Так, в 2010 г. во время учений погиб южнокорейский корвет Чхонан, в уничтожении которого обвинили КНДР. Оттого и Север, и Юг, заранее выступают с воинственными жестами, призванными заставить противника воздержаться от провокаций.

Припомнил Чхве Чжин и «Оперативный план 5015», лежащий в основе большинства учений и предполагающий совсем не оборонительные действия, и то, что на осенние учения может быть мобилизовано до 500 тысяч военнослужащих США и РК. Для сравнения – в мае 2022 года в Польше прошли военные учения НАТО с участием более 20 стран. Это стало большой новостью, но в них приняли участие всего 18 000 военнослужащих.

В такой ситуации КНДР не упустила шанс лишний раз стукнуть кулаком по столу и напомнить югу, что следование этой стратегии не кончится ничем хорошим.

Высказывания Кима имеют значение и для противоречий в лагере консерваторов. С одной стороны, Юн Сок Ель скорее прагматик, чем консерватор классического извода. С другой стороны, среди его команды, которая занимается вопросами безопасности, а также среди его ближнего круга, очень много людей, которые занимались этим вопросом, когда в некоторых аспектах южнокорейские правые бежали впереди своих американских хозяев. Естественно, это вызывает в стане консерваторов определённые дискуссии относительно того, до какого предела можно «обнулить» межкорейские достижения периода Мун Чжэ Ина.

Таким образом, Ким, с одной стороны, выступил традиционно жестко. С другой, необходимые оговорки были соблюдены и, описывая напряженность на полуострове, не стоит забывать, что действия Севера часто совершаются в ответ.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Китая и современной Азии РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×