27.10.2021 Автор: Константин Асмолов

Южнокорейский «Соннамгейт»

SEO943434

Скандал по поводу предполагаемой коррупции при застройке земель в городе-спутнике Сеула Соннаме набирает обороты: его главный фигурант — Ли Чжэ Мён, ныне ведущий кандидат в президенты от правящей Демократической партии, который инициировал проект, когда был мэром Соннама.

В чем суть дела?

  • Небольшая компания Hwacheon Daeyu с совокупным капиталом в 350 миллионов вон была назначена предпочтительным участником торгов, а затем получила колоссальную прибыль в размере 404 миллиарда вон в виде дивидендов, в то время как город – только 182,2 миллиарда.
  • Владелец Hwacheon Daeyu Ким Ман Бэ, бывший журналист, в 2014 году в преддверии проекта взял интервью у Ли, который в то время был мэром Соннама. Во время интервью мэр выразил свое стремление стать губернатором и президентом.
  • В 2020 г. во время всеобщих выборов Hwacheon Daeyu потратила более 400 миллионов вон на развлекательные цели, хотя в ней работает всего 10 сотрудников.
  • Экс-судья Верховного суда Квон Сун Иль был советником фирмы и в течение 10 месяцев получал 15 миллионов вон в месяц «за консультационные услуги», даже не регистрируясь в качестве адвоката. И именно Квон 16 июля 2020 года оправдал Ли Чжэ Мёна по обвинению в нарушении закона о выборах, которое могло стоить ему поста губернатора и политической карьеры, а уйдя на пенсию через два месяца, сразу же занял столь хлебное место. Установлено, что с июля 2019 по август 2020 года Ким Ман Бэ посещал офис Квона восемь раз в качестве репортера, что вызвало подозрения в том, что Ким мог лоббировать интересы Ли.
  • Вообще, в компании работала целая группа известных и высокостатусных юристов, которых Ким Ман Бэ пригласил как «братьев», но зачем невеликой фирме нанимать плюс-минус мощную группу юристов в качестве консультантов?
  • Работавшей в фирме дочери бывшего специального прокурора Пак Ен Су, который расследовал дело о коррупции экс-президента Пак Кын Хе, позволили приобрести квартиру, принадлежащую компании, за 700 миллионов долларов, хотя ее цена сейчас составляет более 1,5 миллиарда вон.
  • Однако консерваторы тоже задеты. Сын депутата Квак Сан До (который в то время президентства Пак Кын Хе занимал должность старшего секретаря президента по гражданским делам) после примерно семи лет работы в Hwacheon Daeyu получил огромное выходное пособие в размере 5 миллиардов вон. Такая сумма, которая более чем в 200 раз превышала его законную пенсионную выплату, чрезмерна, поскольку он работал в фирме рядовым сотрудником, получая всего 2,5 миллиона (по иным сведениям — 3,8 миллиона, но все равно мало) вон, и речь идет о замаскированной взятке. Квак, правда, утверждает, что с 2018 года у него возникли проблемы со здоровьем, и компания выплатила ему компенсацию.

Как идет расследование?

1 октября был задержан Ю Дон Гю, бывший исполняющий обязанности президента корпорации развития г. Соннам (Seongnam Development Corp. SDC). Отношения между Ю и Ли восходят к 2008 году, когда Ю был менеджером проекта по реконструкции квартир в городе, а Ли — адвокатом. Ю подозревают в том, что он сыграл ключевую роль в разработке состава акционеров и метода распределения прибыли таким образом, чтобы городу это принесло убытков на сотни миллиардов вон, но Hwacheon Daeyu получила указанные выше дивиденды. За это Ю Дон Гю получил от нее 1,1 миллиарда вон в виде откатов, но разрабатывается версия, что именно Ю был владельцем Cheonhwa Dongin № 1, одного из филиалов фирмы, а в награду за его схему распределения прибыли ему было обещано 70 миллиардов вон в виде дивидендов.

Согласно источникам в прокуратуре, бухгалтер Чон Ен Хак представил 19 записей разговоров между Ю и владельцем всей Hwacheon Daeyu Ким Ман Бэ, а также диалоги между акционерами Hwacheon Daeyu и должностными лицами SDC, включая Ю, за последние два года. В этих записях якобы подробно описывается требование Ю части дивидендов и обсуждение потенциально незаконных денежных выплат 8 миллиардов вон из средств компании. Кроме того, в записях фигурирует некий «этот человек», который владеет 50 процентами акций Cheonhwa Dongin № 1, — одного из филиалов компании по активам, который получил более 120 миллиардов вон прибыли. Консерваторы предполагают, что, судя по уважительному обращению участников разговора, эта фигура явно выше рангом Ю и Кима, — а значит, скорее всего, губернатор Ли Чжэ Мён!

11 октября Ким Ман Бэ предстал перед прокурорами для допроса, отрицая вину по всем обвинениям. На вопрос, кто является настоящим владельцем Cheonhwa Dongin No. 1, Ким заявил, что это он, а не губернатор Ли. Всю «путаницу» Ким приписал бухгалтеру Чон Ен Хаку, который якобы «намеренно отредактировал стенограмму бесед между заинтересованными сторонами о том, как распределять прибыль».

Прокуроры потребовали арестовать Ким Ман Бэ, полагая, что Ким нанес городу около 110 миллиардов вон убытков, вступив в сговор с Ю Дон Гю и разработав контракт так, чтобы убрать пункт, ограничивающий размер прибыли, которую может получить от проекта его компания. Однако 14 октября суд Сеула отклонил ордер на арест Ким Ман Бэ, сославшись на недостаточное объяснение необходимости его задержания.

Прямых улик против Ли Чжэ Мёна, по мнению автора, пока нет. Но по версии обвинения имело место т.н. «молчаливое согласие или даже молчаливое одобрение» действий Ю Дон Гю; этот перл юридической мысли «мунистов» позволяет не утруждаться с поиском подтверждений. Также у следствия есть «обоснованные подозрения», что Ю Дон Гю не мог быть единственным лицом, принимающим решения, и что губернатор Ли знал, как осуществлялся проект.

Консерваторы обвиняют Ли Чжэ Мёна в том, что он руководил всей схемой, и требуют от него уйти с поста кандидата в президенты. Представители кандидатов от демократов, проигравшие праймериз губернатору Ли, рассуждают о крахе правящей партии, если Ли действительно стоял за этой схемой, и допускают возможность его ареста (что позволит им снова вступить в гонку).

Сначала Ли Чжэ Мён категорически отверг все обвинения как «фальшивые новости», включая его отношения с Ю Дон Гю. Однако потом арестовали Ю Дон Гю, и 5 октября Ли выразил сожаление по поводу скандала, но явно отрицал свою причастность. Но скандал — это не то, за что губернатор должен извиняться, — благо в корейской политике извинение, в отличие от сожаления, означает признание вины.

18 октября Ли Чжэ Мен заявил, что чувствует себя преданным бывшим помощником и другими лицами, замешанными в масштабном коррупционном скандале, и принес «извинения за назначение не тех людей». Ли выразил сожаление в связи с тем, что не смог вернуть 100% прибыли от проекта муниципальному правительству Соннама, но обвинил оппозицию в том, что именно она разворовала прибыль. Честно говоря, звучит натянуто.

А что Голубой дом?

5 октября высокопоставленный чиновник администрации президента заявил, что Голубой дом внимательно изучает обстоятельства, связанные с коррупционным скандалом в Соннаме. Эту фразу все восприняли как рутинное высказывание, за которым ничего не стоит, но 12 октября Мун Чжэ Ин распорядился провести тщательное расследование.

Консерваторы, однако, все равно считают, что следствие идет медленно, и Национальное собрание, которое как раз начало свою ежегодную проверку правительства и государственных учреждений, стало местом пикетов и плакатов, которые устроили представители «Силы Народа» с требованием передать дело спецпрокурору — как в случае с Пак Кын Хе. В результате этого многие из аудиторских сессий пришлось приостановить.

Поскольку уже известно, что генпрокурор Ким О Су работал юрисконсультом муниципального правительства Соннам в течение пяти месяцев, прежде чем занять пост главного прокурора, критики требуют, чтобы Ким взял самоотвод от этого дела. Их требование звучит разумно. Согласно опросам, на которые ссылается «Чунъан ильбо», 63,9% респондентов хотели, чтобы это дело расследовало независимое следствие, однако вероятность назначения парламентом спецпрокурора невелика, учитывая, что правящая партия имеет 168 мест в 300-местном парламенте против 103 у консерваторов. Затем на формирование команды уйдет время, а расследование будет длиться 120 дней. Это значит, что результат будет объявлен практически после президентских выборов 9 марта.

Позиция президента тоже имеет значение. «Его призыв к тщательному расследованию со стороны прокуратуры и полиции означает публичное заявление об отказе от расследования специальным адвокатом». А депутат-демократ Ко Мин Чжун из ДПК, которая ранее была пресс-секретарем президента, прямо заявила в радиоинтервью, что, как она поняла, Мун против специальной процедуры, чтобы избежать политической борьбы, в то время как призыв консерваторов назначить спецпрокурора «эквивалентен политическому решению вопроса в преддверии президентских выборов».

На самом деле Голубой дом в довольно сложном положении. С одной стороны, Ли Чжэ Мён – давний противник Муна, который может многое ему припомнить. С другой стороны, если вывести его из игры, удар идет по всему лагерю – победитель праймериз оказался коррупционером! Демократам начинать с начала, консерваторы получают весомый шанс на победу, а поквитаться с действующим президентом постараются и Юн Сок Ёль, и Хон Чжун Пхё. В этом контексте возможна сделка типа «я не трогаю тебя сейчас, а ты меня потом». Слухи о том, что 12 октября Ли «попросил о встрече с Муном, и обе стороны обсудят эту просьбу», работают на эту версию. Тем не менее президенту и губернатору еще надо договориться, а в ходе расследования не должно возникнуть неотбиваемых аргументов, игнорировать которые не может даже сервильное правосудие.

Найдутся ли улики? Удержится ли в седле губернатор Ли? Ждут ли нас новые коррупционные скандалы в том или ином лагере? Смотрите и далее наш увлекательный сериал «внутренняя политика Южной Кореи»!

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×