03.06.2021 Автор: Константин Асмолов

Южнокорейско-американские учения 2020-2021 гг.

SKR365342

15 марта 2021 года «первая сестра» Ким Ё Чжон выступила с жёстким заявлением, касающимся проведения РК и США очередных совместных учений, обратив внимание на то, что «именно от подхода южнокорейских властей зависит то, сможем ли мы вернуться к отправной точки мира и процветания, как это было весной три года назад».

Ким указала, что в 2018 году «разномасштабные учения» проводились более 110 раз, в 2019 – более 190 раз, а в 2020 – более 170 раз. Конечно, возникают вопросы к методике подсчёта, но для автора это повод посмотреть, как выглядела южнокорейская активность на этом поприще в течение последних года-полутора.

В 2019 году и начале 2020 года американские бомбардировщики, которые базировались на Гуаме, периодически пролетали над Японским морем недалеко от КНДР. Однако при Трампе ВВС США убрали с базы на Гуаме формально для того, чтобы американская стратегия была менее предсказуема. Правда, это касается только бомбардировщиков B-52. Самолёты B-1B Lancer неоднократно выполняли полёты, хотя главнокомандующий американскими войсками на Корейском полуострове генерал Винсент Брукс утверждал, что они не связаны с ситуацией вокруг КНДР. Но в августе 2020 г. генерал ВВС США Ричард Кларк отметил, что «бомбардировщики ВВС США будут продолжать предоставлять гарантии безопасности, а также сдерживание против обычного и ядерного потенциала Северной Кореи союзникам Соединенных Штатов».

Тем не менее над Корейским полуостровом периодически летают самолёты-разведчики E-8C, JSTARS или беспилотники Global Hawk.

Учения в приграничной зоне тоже проводились. Обратим внимание на интересную новость от «Чосон ильбо», в которой утверждалось, что 6 мая 2020 г. администрация президента устроила военным разнос за раскрытие необъявленных совместных учений ВВС и ВМС в приграничных районах близ северо-западных островов.

С 16 по 17 июля 2020 г. Южная Корея и Япония приняли участие в многосторонних антипиратских учениях в водах у берегов Сомали.

С 17 по 31 августа 2020 г. на Гавайях прошли многонациональные морские учения RIMPAC, на которые РК отправила два эсминца, два военно-морских вертолёта Lynx и 570 военнослужащих. Для участия в предыдущих учениях, которые проходили в 2018 году, РК  отправляла два эсминца, подводную лодку, патрульный самолёт и около 700 военнослужащих, однако на этот раз масштабы учений были сокращены из-за пандемии COVID-19.

Не забудем и про традиционные совместные осенние учения 18 -28 августа 2020 года. Как и весной 2021 года, они проходили скорее в формате компьютерного моделирования, и их масштаб был сокращён, а начало отложено на несколько дней в связи с ковидными ограничениями. СМИ РК отмечали, что из-за этого сторонам не удастся проверить оперативные возможности Сеула самостоятельно управлять своими войсками в военное время.

По сути, мы наблюдаем тот же паттерн, который позднее раскритиковала Ким Ё Чжон: во-первых, отработка борьбы с Севером никуда не делась, во-вторых, сокращение масштаба в южнокорейских СМИ позиционировалось как проистекающее не из желания соблюдать межкорейские соглашения, а из обстоятельств пандемии: американские войска, необходимые для программы, не смогли прибыть в Южную Корею в условиях ограничений, связанных с коронавирусом.

С 19 по 30 октября 2020 г. на территории РК прошли ежегодные военные учения «Хогук». В программе учений – отработка совместных действий различных родов войск, высадка десанта, защита северо-западных островов в Жёлтом море. Как сообщили в Объединённом комитете начальников штабов вооружённых сил РК, учения носят оборонительный характер и нацелены на поддержание боевой готовности войск.

С 7 по 11 декабря 2020 г. РК и США провели совместные зимние военно-воздушные учения, — это была сокращённая версия регулярных зимних учений Vigilant Ace, в которых участвовали южнокорейские истребители F-15K и KF-16, а также американские F-16.

1 января 2021 года Мун Чжэ Ин «в знак приверженности национальной обороне» лично проинспектировал боевую готовность страны на самолёте дальнего радиолокационного обнаружения и управления E-737 Peace Eye. Это был первый полёт президента страны на военном самолёте: такого не было даже при консерваторах, и это как минимум важный демонстративный жест или кость, кинутая военным.

25 января министр объединения Ли Ин Ен выразил надежду на мудрое и гибкое решение вопроса о проведении совместных военных учений с Соединенными Штатами, чтобы этот вопрос не вызвал серьезной напряженности на Корейском полуострове, но 27 января министр обороны РК Со Ук сообщил, что учения состоятся в соответствии с планом. Со Ук напомнил, что речь идёт о командно-штабных учениях в виде компьютерной симуляции, подчеркнул, что совместные учения носят регулярный характер и являются оборонительными, и добавил, что южнокорейская сторона готова обсудить подробности с Севером по военным каналам, чтобы снизить напряжённость в регионе.

Весь февраль шли консультации и согласование деталей, при этом Сеул старался угодить «и нашим и вашим». Это было хорошо видно по выступлению тогда ещё кандидата на пост главы МИД РК Чон Ый Ёна в Национальном собрании. С одной стороны, учения должны продолжаться на приемлемом уровне для поддержания обороноспособности вооружённых сил, с другой — крупные манёвры «могут осложнить ситуацию на Корейском полуострове», спровоцировав Север.

Вообще, судя по южнокорейским СМИ, стороны больше занимало то, пройдёт ли во время учений так называемый тест полного оперативного потенциала (FOC). Он очень важен для того, чтобы к концу 2022 года США могли бы передать Южной Корее оперативное командование совместными войсками. Без развёрнутой проверки Соединённые Штаты не смогут сделать это, а значит, что обещание Муна получить контроль над совместными войсками к концу президентского срока не будет выполнено.

24 февраля начальник управления национальной безопасности администрации президента РК Со Хун сообщил, что учения середины марта пройдут в формате компьютерного моделирования и в сокращённом виде, а 25 февраля представитель министерства обороны РК Пу Сын Чхан известил, что РК и США пока не окончательно определили график и другие детали учений, но они будут проводиться с привлечением меньшего количества войск, чем обычно, и исключительно в формате компьютерного моделирования.

5 марта 2021 г. представитель Пентагона Джон Кирби подчеркнул, что «мы очень серьезно относимся к нашим союзническим обязательствам перед Республикой Корея». Эти замечания прозвучали после того, как некоторые СМИ сообщили, что Южная Корея рассматривает возможность отмены учений, однако с 2 по 5 марта 2021 г. начальники штабов вооруженных сил обеих стран уже отрабатывали координацию действий, а с 8 по 18 марта прошла и основная часть учений. В штатном режиме и без провокаций, хотя консервативные СМИ указали, что «некоторые отставные военные офицеры и эксперты обеспокоены длительным отсутствием полевой маневренной подготовки», и серьезных учений не было с лета 2018 года, так как «правительство пытается выслужиться перед Северной Кореей».

Тест FOC также решили не проводить. Вместо этого частично отрабатывалось функционирование будущего объединённого командования. Министр обороны США Ллойд Остин, находящийся с визитом в РК, оценил учения как «успешные».

Параллельно с ходом учений 8 марта Министерство по делам воссоединения РК в очередной раз призвало Пхеньян проявить «мудрое и гибкое отношение», подчеркнув, что южнокорейская сторона стремится проводить учения таким образом, чтобы поддерживать мир на полуострове. Однако 9 марта в ответ на вопрос, будут ли проводиться в этом году полевые учения, Пу Сын Чхан заявил, что РК и США могут проводить совместные полевые учения в течение всего года, а не в определённые периоды времени.

Критика Ким Ё Чжон тоже скорее осталась без внимания. 16 марта Пу Сын Чхан заявил, что учения являются командно-штабными, проводятся на регулярной основе и носят оборонительный характер. Пу призвал северокорейскую сторону проявить гибкость и в полной мере выполнить межкорейские договорённости в военной области от сентября 2018 года.

На этом военная активность РК не закончилась. В марте 2020 г. возглавляемое США Объединенное командование (UNC) провело учения с южнокорейскими правоохранительными органами, чтобы справиться с китайскими рыболовецкими судами, действующими «в рекордном количестве» вблизи нейтральных вод устья реки Хан.

18 мая стало известно, что в июне Южная Корея впервые за три года примет участие в ежегодных многонациональных учениях ВВС «Красный флаг — Аляска 21-2» под руководством США. Учения пройдут на Аляске с 10 по 25 июня с участием около 1500 военнослужащих и 100 самолетов, и ВВС РК планируют направить туда истребители F-15K, грузовые самолеты и десятки военнослужащих. ВВС самообороны Японии также примут в них участие.

Подводя итоги, можно сказать, что, хотя с точки зрения количества учений, Ким Ё Чжон, вероятно, несколько сгустила краски, постоянные военные приготовления налицо. К тому же сокращённый формат учений открыто объясняется не следованиям духу межкорейских соглашений, а проблемами коронавируса. Это означает, что, не будь эпидемии, весьма высока вероятность того, что масштаб учений был бы равнозначен тому, который был до «олимпийского потепления».

Надо отметить и принципиальную разницу подходов Севера и Юга. На Юге полагают, что если убрать провокационный или наступательный компонент и проводить военные манёвры в виде компьютерной симуляции, то это вызовет «понимание» Севера. Но в КНДР выступают против самого факта учений. Как заявила Ким Ё Чжон, «суть и характер агрессивных военных учений, нацеленных на соотечественников, не зависит от того, насколько будет уменьшен их масштаб: проводятся ли они тайно в подсобке или в особых условиях из-за злокачественной пандемии, участвуют в них 50 или 100 человек».

Что будет с учениями дальше? Неясно, так как новая американская администрация провозгласила курс на «восстановление альянсов», важным элементом которого является активное привлечение союзников к планам сдерживания Китая и КНДР.

Поэтому велика вероятность того, что сами по себе учения будут продолжаться, однако их масштаб действий будет зависеть от уровня регионального противостояния, поскольку в ответ на компьютерный формат учений КНДР ограничивалась грозными заявлениями, которые, в общем, можно перетерпеть.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×