12.04.2021 Автор: Константин Асмолов

Почему иностранные дипломаты «бегут из Пхеньяна»?

7789

Сначала 18 марта 2021 года NK News сообщило, что в Северной Корее не осталось ни одного иностранного сотрудника ООН или международных НПО. Страну покинуло около двух десятков граждан Чехии, Индии, Нигерии, Пакистана и Вьетнама, а также два сотрудника Всемирной продовольственной программы (ВПП). Они выехали из Пхеньяна и убыли в Китай.

А 1 апреля 2021 г. российское посольство в Пхеньяне поздравило коллег с окончанием двухнедельного карантина в Китае и подвело некоторые итоги – на данный момент иностранцев в КНДР осталось менее 290 человек. Из-за строгих карантинных мер и отсутствия товаров первой необходимости закрылись посольства 12 стран, в том числе Великобритании, Венесуэлы, Бразилии, Германии, Италии, Нигерии, Пакистана, Польши, Чехии, Швеции, Швейцарии и Франции. Свои государства сейчас представляют только 9 послов и четыре временных поверенных, причем персонал посольств сокращен до минимума. Представители международных гуманитарных организаций тоже почти полностью покинули страну.

По мнению посольства, уехавших можно понять — «далеко не каждый может выдержать беспрецедентные по своей строгости тотальные ограничения, острейший дефицит необходимых товаров, в том числе лекарств, отсутствие возможности решать проблемы со здоровьем».

Российским дипломатам тоже приходится «нелегко, проблем очень много, несколько семей по различным причинам были вынуждены прервать командировки. Но работоспособность коллектива в полной мере сохраняется». Разумеется, в западной и южнокорейской прессе цитировали исключительно пассаж про ограничения и дефицит, сопрягая его с громкой историей о том, как группа сотрудников посольства РФ пересекла границу по железнодорожному мосту. Кадры, где сотрудники российского посольства идут по рельсам и толкают тележку, на которой стоит их багаж и сидят дети, разлетелись по всему интернету в качестве иллюстрации ужасных условий жизни иностранных дипломатов в Северной Корее на фоне пандемии коронавируса. При этом активно западной пропагандой намекалось, что тяжёлое положение иностранцев в КНДР – это цветочки по сравнению с ужасным положением народа, и иностранцев специально выдавливают, чтобы никто не узнал о том, что в стране голод, который по масштабам сравним с бедствиями 90-х.

Помимо откровенно антипхеньянской пропаганды, исходящей из источников, которые не хочется даже лишний раз называть, этот вылет «уток» был частично построен на использовании умолчаний: если человек не знает специфических особенностей ситуации, он будет достраивать их, исходя из неких общих представлений. Одно из них, например, касается слова «посольство». В голове читающего сразу же возникает образ большой огороженной территории, которая может иметь несколько жилых корпусов для сотрудников, свою котельную, склад или школу для детей. Всё это есть в российском и китайском посольствах в Пхеньяне, однако это касается стран, у которых с КНДР давние связи и реальные интересы. Большинство других дипломатических миссий находятся на территории дипломатического квартала, где, конечно, есть свой магазин с товарами зарубежного происхождения и своя больница, но штат посольства может быть весьма невелик, а в некоторых случаях реально состоять из посла, бухгалтера, секретаря и переводчика.

Разумеется, когда Северная Корея в августе 2020 года ввела практически полный запрет на импорт, для дипломатов действительно настали очень тяжёлые времена. Контакты с северокорейскими чиновниками резко сократились, выход в город ограничен, привычные продукты кончились. И если у российских дипломатов, большая часть которых являются профессиональными корееведами, нет проблем с потреблением местной еды, кому-то из западных дипломатов может быть тяжело есть корейскую пищу. Добавим к этому, что запрет на импорт касается и лекарств, а это значит, что у людей с хроническими заболеваниями банально кончается запас таблеток, которые им надо пить по жизненным показаниям. Следовательно, необходимо возвращаться на родину.

Северокорейские власти периодически организуют вывозные рейсы для иностранных дипломатов, но после того, как авиасообщение тоже было перекрыто, единственный вариант – это эвакуация автобусом в приграничный китайский Даньдун. Там дипломаты находятся на карантине две или три недели, после чего разъезжаются по домам. При этом надо отметить, что рейсы Пекин-Москва или Шанхай-Москва всё ещё летают нерегулярно, и для экстренной эвакуации такой вариант подходит плохо.

Второе умолчание связано с тем, что, говоря о границе, предполагают вариант, когда её можно относительно беспрепятственно перейти или переехать. Однако исторически сложилось так, что у Российской Федерации и КНДР до сих пор нет автомобильного сообщения, но есть железнодорожное, при том что поезда, так же, как и самолёты, не ходят. Именно поэтому после определённого периода согласования был найден вариант, который с точки зрения быстрой эвакуации показался идеальным. Россиян довезли до приграничной зоны, где они погрузили багаж и детей на специально подготовленную тележку, после чего прошли пешком примерно полтора километра, и на российской стороне их уже ждал транспорт, после чего на следующий день они улетели из Владивостока в Москву. Так что никакого специального самодурства или желания поиздеваться над дипломатами, унизительно заставив их идти пешком, на самом деле не было.

Насколько подобное закрытие границ ударило по экономическому положению, оценить трудно. По фотографиям из Пхеньяна этого не видно, государство держит цены на рис и бензин, но, как утверждают западные наблюдатели с портала NK News, цены на иные продукты поднялись. Утверждается, что из продажи почти исчезла свежая рыба, поскольку достоверно известно, что рыбакам запрещено выходить в море по противоэпидемическим соображениям.

Разумеется, автор уже сталкивался с мнением, что подобное завинчивание гаек и добровольная блокада в форме «перехода страны на самоизоляцию» – это на самом деле коварный план коварного Ким Чен Ына: дескать, оценивая будущую политику администрации Байдена, северокорейцы поняли, что спустя какое-то время уровень санкционного давления вполне дойдёт до точки блокады, и в такой ситуации контролируемый локдаун лучше, чем неконтролируемый. Противоэпидемические меры являются хорошим объяснением для масс, а во внешней политике Северная Корея развязывает себе руки. Если на фоне обострения отношений с США и РК режим пойдёт на ракетно-ядерную эскалацию, «тиран будет показывать язык международному сообществу, которое не сможет адекватно его наказать, ибо любой уровень санкционного давления всё равно оказывается легче по последствиям, чем то положение, в котором северокорейский народ находится уже сейчас».

На взгляд автора, в этой идее есть доля благородного безумия, но жёсткие карантинные меры можно объяснить и иным образом. Во-первых, Ким Чен Ын хорошо понимает, что в условиях слабости северокорейской системы здравоохранения с эпидемией будет справиться тяжело, поэтому важно не пропустить вирус в страну, заплатив за это любую цену. Во-вторых, поскольку вирус ещё полностью не исследован, северокорейцы исходят из того, что он может передаваться потенциально всеми возможными способами, включая воду, перелётных птиц и недезинфицированные предметы. В такой ситуации карантин оказывается способом, надёжность которого вполне очевидна: ничего не впускать, любых подозрительных изолировать, ничего подозрительного не трогать. В-третьих, присущий авторитарным режимам охранительный рефлекс также предполагает подобные решения проблем, тем более что, к сожалению, у северокорейских властей есть теоретические основания опасаться диверсии.

Хочется ещё раз напомнить, что летом 2020 года в интервью левой южнокорейской газете «Хангёре синмун» перебежчик Хон Ган Чхоль открыто заявил, что в среде антипхеньянских НГО всерьёз обсуждался вариант биологической диверсии с заброской в Северную Корею не только листовок, но и предметов, заражённых вирусом. И хотя можно спорить о технических возможностях у тех лиц, что предполагали такую диверсию, власти КНДР не могут оставлять этот момент без внимания.

Виден ли свет в конце туннеля? — В начале апреля 2021 года возник виток слухов о том, что авиасообщение между Пекином и Пхеньяном скоро будет запущено. Другие неофициальные источники говорят о том, что Северная Корея получила какое-то количество вакцины, и прививать ею будут в первую очередь не столько элиту, сколько лиц, выезжающих за рубеж по долгу службы, или тех, кто имеет дело с приграничной торговлей. Таким образом, есть надежда на то, что в скором времени товарооборот между КНР и КНДР, который на данный момент практически равен нулю, вернётся к приемлемым значениям.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×