14.01.2021 Автор: Константин Асмолов

Рождественский подарок для генерального прокурора

YOON93242

Конец 2020 года поставил жирную точку в противостоянии генерального прокурора Юн Сок Еля и министра юстиции Чху Ми Э: первый сезон этого политического сериала закончился победой Юна, но в новом году может начаться второй, возможно, не менее увлекательный.

Для тех, кто не следил за темой. В июле 2019 года президент Мун назначил Юна генеральным прокурором в знак признания его роли как члена независимой группы адвокатов, расследующей дело бывшего президента Пак Кын Хе. Юн также возглавил расследование в отношении бывшего президента Ли Мен Бака, в результате чего ему было предъявлено обвинение и вынесен обвинительный приговор за получение взятки. Тогда Юн считался подходящим человеком, чтобы искоренить «старые пороки» предыдущих администраций, и на церемонии назначения Мун сказал ему: «Исследуйте действующую политическую власть без каких-либо ограничений до тех пор, пока существует коррупция».

Но Юн вызвал гнев Голубого дома, нацелившись на семью Чо Гука, экс-министра юстиции и доверенного лица Муна из-за предполагаемого мошенничества с его дочерью при поступлении в ВУЗ и сомнительных инвестиций его жены. Прокуратура взялась за дела близких помощников президента, обвинив их во взяточничестве, фальсификации выборов и торговле влиянием. Среди таких дел — досрочное закрытие ядерного реактора Wolsong-1 на фоне стремления Муна к политике безъядерной энергетики, вмешательство администрации президента в выборы мэра Ульсана Сон Чхоль Хо, давнего друга Муна, и скандал с финансовыми махинациями связанных с властью фондов-пирамид Lime и Optimus.

Сражение Юна с Голубым домом длилось весь год, но 16 декабря дисциплинарный комитет Минюста отстранил Юна от работы на два месяца, после чего на следующий день генпрокурор обратился в суд.

22 декабря Сеульский административный суд за закрытыми дверями приступил к обсуждению — тот же самый суд, который 1 декабря удовлетворил предварительный судебный запрет на приостановление его временного отстранения, наложенный министром юстиции Чху Ми Э. Юн не присутствовал на слушании, но утверждал, что запрет ему выполнять свои обязанности серьезно подрывает ценности политической беспристрастности и независимости прокуратуры. Кроме того, без него упомянутые выше серьезные расследования могут быть развалены.

23 декабря суд Центрального округа Сеула приговорил жену Чо Гука, Чон Ген Сим, к четырем годам тюремного заключения за подделку документов для поступления ее дочери в медицинскую школу и финансовые махинации. Улик было слишком много, чтобы петь песни о том, как прокуратура посадила невиновную.

На этом фоне 24 декабря суд возобновил слушания и после долгого обсуждения принял решение восстановить Юн Сок Ёля в должности генерального прокурора.  При вынесении решения суд сослался на процедурные недостатки в дисциплинарном процессе и непоправимый ущерб, который может быть причинен его отстранением. Суд отметил, что предполагаемые подозрения имели слабое обоснование, указал на недостатки в процессе формирования комитета и продолжения наказания, отвергнул утверждение минюста о том, что не должен был вмешиваться, поскольку решение было одобрено президентом.

Решение вызвало противоречивую реакцию политических партий. Правящая Демократическая партия Тобуро выразила «глубокое сожаление» по поводу того, что суд не учёл серьёзности нарушений, совершённых генеральным прокурором, и обеспокоенность тем, что недоверие народа к властям может усилиться, а это приведёт к углублению национального раскола.

Более истовые сторонники Муна назвали решение суда судебным переворотом, требуя провести полномасштабную реформу правового сектора. Депутат Ким Ду Гван даже предложил объявить генеральному прокурору импичмент, так как «Это не что иное, как государственный переворот, который приостановил власть президента, избранного народом. Без реформирования прокуратуры нет никакой гарантии, что Корея увидит развитие своей демократии и обеспечение власти президента… Мы должны принять все возможные меры для нормализации политики, контролируемой прокуратурой и судами», — написал Ким в Facebook.

Другие недовольные бросились писать петиции с требованием импичмента генерального прокурора, поскольку «обвинение во главе с Юном злоупотребило своей властью, чтобы провести несправедливое, необоснованное расследование, направленное против правящего блока, не ради народа или справедливости, а ради своих собственных интересов». Таковых нашлось (если считать ботов) более 70 000, и еще более 400 000 человек подписали петицию, призывающую к импичменту судей, которые приговорили Чон Гён Сим, заявив, что приговор был политически мотивирован, и судьи нарушили Конституцию, которая требует, чтобы судьи принимали решение, основанное на их совести.

Другой представитель правящей партии Чон Чон Рэ решил предложить законопроект о запрете ходатайств о судебных запретах, если они будут означать победу в соответствующих судебных процессах. По его мнению законодателя, если государственный служащий фактически выигрывает судебный процесс, выиграв судебный запрет, суд не должен допускать судебного запрета.

В этом контексте профессор философии Университета Хансин Юн Пен Чжун заявил, что ярые сторонники Муна разрушают основной принцип разделения юридической, административной и судебной власти. «У них есть только фашистская поляризация между товарищами и врагами, а также слепое поклонение лидерам».

28 декабря Чху Ми Э опубликовала на своем YouTube-канале призыв к импичменту Юна. Однако инициатива такого рода встретила критику не только оппозиции, но и его более вменяемых коллег. Ведь даже если парламент примет предложение об импичменте, оно будет остановлено Конституционным судом из-за отсутствия законных оснований, и это может «дать оппозиции боеприпасы для контратаки на нас».

В свою очередь, крупнейшая оппозиционная партия Сила народа приветствовала решение суда, которое свидетельствует о том, что в стране сохраняется законность. Другие оппозиционные партии также назвали решение суда благоразумным.

Как писала «Корея Таймс» в статье, подписанной ее главным редактором, «шаг суда следует рассматривать как шаг в правильном направлении, тормозящий безрассудную и безответственную попытку заставить Юна покинуть свой пост. Любой прокурор или государственное должностное лицо должны быть привлечены к дисциплинарной ответственности, если они совершают проступки или нарушают закон. Но для правительства беспрецедентно принимать дисциплинарные меры против главного прокурора за обвинения в проступках, которые не были основаны на фактах или доказательствах».

Голубой дом заклеймил Юна как врага, резко разделив нацию между прогрессистами и консерваторами. Его обвинили в нарушении политического нейтралитета прокуратуры, проводя политически мотивированные расследования в нарушение прокурорской реформы Муна. Но именно Мун и сотоварищи растоптали политический нейтралитет и независимость правоохранительных органов, подорвали верховенство закона, пытаясь скрыть преступления, совершенные их коллегами и политическими воротилами.

Президент Мун пришел к власти, воспользовавшись массовыми антикоррупционными митингами, которые ускорили падение Пак Кын Хе. Однако, к большому разочарованию общественности, правительство Муна совершило те же ошибки некомпетентной и коррумпированной администрации, не сдержав своего обещания создать справедливое — справедливое и равноправное общество.

Президент страны Мун Чжэ Ин заявил, что он «уважает» решение суда. А на следующий день принес народу извинения «за причинение неудобств и путаницы (confusion)». На этом фоне 23 декабря рейтинг одобрения президента упал до 36,6% и продолжает падать, что часть экспертов сочли началом превращения Мун Чжэ Ина в «хромую утку».

30 декабря 2020 г. Мун Чжэ Ин провел частичные перестановки в правительстве, сменив двух министров и одного руководителя управления, в том числе Чху Ми Э. В тот же день о намерении уйти в отставку сообщили президенту глава администрации Но Ён Мин, начальник управления по вопросам политики президентской администрации Ким Сан Чжо и старший секретарь президента по гражданским делам Ким Чжон Хо.

В этом контексте надо понимать, каков новый (четвертый по счету) министр юстиции. 57-летний Пак Пом Ге начал свою карьеру в качестве судьи в 1994 году после сдачи государственного экзамена на адвоката, а во время Но Му Хена работал в Голубом доме в качестве секретаря президента по гражданским делам и секретаря президента по правовым вопросам, а позднее – был старшим секретарем президента по гражданским делам. В этой команде он давно, еще готовясь стать судьей, Пак брал интервью у тогдашнего адвоката Но Му Хена для студенческого журнала, главным редактором которого он был.

В Национальное собрание он был избран в 2008 году и отсидел три депутатских срока, будучи членом парламентских комитетов по законодательству и судебной системе, по стратегии и финансам. Последний представленный им законопроект был направлен на облегчение запуска Управления по расследованию коррупции для высокопоставленных чиновников.

Голубой дом приписывает Паку большую проницательность и опыт работы в судебной системе, правительстве и Национальном Собрании. Однако, как и Чху Ми Э, он не имел опыта работы в прокуратуре.

Отношение Пака к Юну? — Сокурсник генерального прокурора Юна по судебному научно-исследовательскому и учебному институту, Пак очень доверял Юну. В 2013 году Пак сделал комментарии в поддержку Юна на своей странице в Facebook и назвал его праведным прокурором. Но после того, как Юн начал расследование обвинений в коррупции вокруг бывшего министра юстиции Чо Кука и его семьи, Пак отвернулся от Юна и как депутат обвинял его в осуществлении избирательного правосудия.

В тот же день 30 декабря Чху Ми Э заявила, что не будет обжаловать судебный запрет, который вернул генерального прокурора на его пост. «Принимая во внимание опасения по поводу путаницы и общественного разделения, которые могут возникнуть в результате стремления к немедленному исправлению через Апелляционный суд, я решила, что было бы более ответственно сделать все возможное, чтобы исправить (неправильное) через первоначальный иск». «Как министр, который потребовал дисциплинарных мер в отношении генерального прокурора, я глубоко сожалею о том, что вызвал большую путаницу среди людей», — добавила она.

Что теперь? По итогам «первого сезона» можно сказать, что поле битвы осталось за Юн Сок Ёлем. Чху Ми Э подала в отставку, однако в 2021 году нас, возможно, ждёт «второй сезон» этого политического сериала, в котором у Юн Сок Ёля заканчиваются полномочия генерального прокурора, а созданная Муном ВЧК для коррупционеров (CIO) начнёт работу.

В отличие от Чху Ми Э новый министр — профессиональный юрист, а не политический назначенец. Он видит разочарование общественности хаосом, созданным министром юстиции в ее войне с прокуратурой, и уже заявил, что «завершит реформу прокуратуры, внимательно прислушиваясь к голосу народа», что воспринимается как признак меньшей оголтелости.

С другой стороны, Чхве Ган Ук, глава открытой демократической партии и автор большинства запросов с обвинениями генпрокурора и его семьи, отметил Юн Сок Ёля в качестве первой цели расследования со стороны CIO. Кроме того, предложен законопроект, обязывающий действующих прокуроров и судей уходить в отставку более чем за год до того, как они будут баллотироваться на государственные должности. Законопроект, если он будет принят, сделает невозможным для Юна баллотироваться на пост президента в марте 2022 года.

Поэтому сказать, что всё закончилось, ещё нельзя.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×