22.12.2020 Автор: Владимир Терехов

О реформировании сельского хозяйства Индии

TOMAR4211

Будущие исследователи политических процессов современной Индии обозначат 27 сентября 2020 г. в качестве одной из самых значимых дат. В этот день парламентом, а вслед за ним президентом страны были приняты и утверждены три закона, которые запускают процесс радикального реформирования сельского хозяйства, в котором занято свыше половины трудоспособного населения Индии, производящего лишь 15% национального ВВП.

Собственно эти две цифры объясняют как актуальность самой проблематики реформирования сельского хозяйства страны, так и неизбежную болезненность протекания переходного процесса. При том что сельскохозяйственная отрасль независимой Индии продемонстрировала несомненные успехи, впервые за многовековую историю исключив перспективу массового голода (даже в неблагоприятных погодных условиях) в стране с общей численностью населения в 1,3 миллиарда человек.

Но руководством Индии, претендующей на позиции одного из ведущих мировых игроков, нынешняя ситуация в сельском хозяйстве рассматривается как далее не терпимая. Поэтому несомненно прав премьер-министр Н. Моди, который назвал дату 27.09.2020 “моментом водораздела” между прошлым и будущим страны. Он полон оптимизма (иначе просто и быть не может) в оценках перспектив реформирования сельского хозяйства, подготовка законодательной базы которого была инициирована им самим ещё в 2017 г.

Но вряд ли ему (и вообще кому-либо) сегодня известно, что же будет на самом деле, ибо запуск данного процесса сродни движению по минному полю сапёра, у которого нет возможности даже на единичную ошибку.

Укажем лишь на пример реформирования такой аграрной страны, каковой была Россия 150 лет назад: с 60-х годов XIX в. и до 30-х годов XX в. На этот период пришлось несколько серьёзных социальных катаклизмов, обусловленных протеканием российского “переходного процесса”. Его прямое порождение “кулак-мироед” был врагом не только В.И. Ленина, но и находившегося на другом конце спектра идейно-политических предпочтений Ф.М. Достоевского. В период коллективизации пришлось выправлять (известными способами) “перекосы”, возникшие в период функционирования “невидимой руки рынка” (“которой не надо мешать работать”).

Как добросовестные критики инициированного Н. Моди процесса реформирования сельского хозяйства Индии, так и политические оппоненты (а также просто противники) правящей Бхаратия джаната парти, соглашаясь с самой необходимостью либерализации сельскохозяйственной отрасли, указывают на перспективу возникновения “побочных эффектов” (как некогда в России) в виде разорения индивидуальных мелких и средних фермеров, а также дальнейшего обогащения крупных фермерских корпораций и перекупщиков произведенной продукции.

В ответ раздаются обвинения как в невнимательном прочтении законов (в которых “всё предусмотрено”), так и просто спекуляциях, а также “в слепом следовании за коммунистами, маоистами, наксалитами и прочими нехорошими людьми, которым нужен только повод для дискредитации БДП и действующего правительства. Сразу отметим, что если подобной “аргументацией” не брезгует даже премьер-министр, то, видимо, уже сейчас в стране (и вокруг неё, о чём чуть ниже) складывается ситуация повышенной напряжённости.

Весьма серьёзно выглядят упрёки критиков относительно процедурной стороны подготовки и принятия данных законов. Утверждается, что в их предварительном обсуждении не участвовали оппозиционные партии и заинтересованные общественные организации. Если справедливы претензии ведущей оппозиционной партии Индийский национальный конгресс, что подобные обсуждения в более или менее постоянном режиме не проводились даже в профильных комитетах парламента, то тогда верно и другое утверждение ИНК: в данном случае правительство придерживалось знаменитой стратегии “шок и трепет” (shock-and-awe).

Это хорошая стратегия, если ставилась цель “протащить” законы через парламент быстро и в формате, задуманном инициаторами. Но как любая стратегия, данная имеет свои недостатки, из которых наиболее актуальной (пока) оказалось уличное проявление недовольства теми, кто посчитал, что их интересы проигнорированы. После 27 сентября поднялись на новый качественный и количественный уровень массовые выступления части фермеров, получивших поддержку со стороны других профессиональных объединений страны и даже ряда зарубежных политических деятелей.

Столица фактически оказалась в состоянии осадного положения, когда в целях воспрепятствования проникновению в Дели сотен тысяч протестующих полиция не только использовала “традиционные” слезоточивый газ и водомёты, но и перекопала подъездные дороги, возводила на них баррикады, устанавливала поперёк трасс грузовики.

По состоянию на 8 декабря требования протестующих включали в себя несколько пунктов. Из них основные сводятся к отмене (путём проведения внеочередной сессии парламента) трёх новых законов в области сельского хозяйства, а также восстановлению действовавшего ранее правила закупки государством продукции фермерских хозяйств по некоторой минимально-гарантированной цене (Minimum Support Price).

Принятие указанных и прочих требований означало бы отказ правительства Н. Моди от курса на либерализацию сельскохозяйственной отрасли с понижением в ней роли государства.

16 декабря в интервью газете the Indian Express министр сельского хозяйства Н.С. Томар заявил, во-первых, что правительство ждёт ответа на список “уступок”, предложенных в ходе нескольких туров переговоров с представителями протестующих фермеров. Во-вторых, он настаивал на том, что правительство располагает мандатом на проведение данных реформ. Свидетельством чему, по его мнению, являются итоги состоявшихся весной 2019 г. очередных всеобщих выборов, в ходе которых БДП получила в нижней палате парламента Индии 303 места из общего числа 543.

Как выше отмечалось, всё происходящее в последние месяцы в Индии уже получило отклики со стороны политических деятелей тех стран, которые традиционно озабочены “правочеловечной” проблематикой где бы то ни было. Причём нередко делаются оценки достаточно определённого и резкого плана. В частности, высказывания на эту тему премьер-министра Канады Дж. Трюдо поставили двусторонние отношения на грань разрыва.

Любопытно, кстати, как поведёт себя в данном вопросе новый вице-президент США полуиндианка К. Харрис, в связи с избранием которой на этот пост в Индии наблюдалась немалая эйфория. Пока вызывает сомнение, что до 20 января, когда она официально займёт указанную должность, всё в Индии (как-нибудь и само собой) “рассосётся”. То есть исчезнет сама необходимость публичного обозначения позиции по “международно-резонансным” событиям на родине её матери. При том что появившийся 1 декабря в сетях скриншот якобы её твиттерной записи с поддержкой протестующих индийских фермеров был вскоре признан “фейком”.

Между тем несколько конгрессменов от обеих партий США уже выразили свою негативную оценку как “анти-фермерских” законов, так и действий полиции Индии в отношении протестующих.

С позиций же автора настоящей статьи, наличие весомой внешнеполитической компоненты в (казалось бы) чисто внутренней проблеме Индии обусловлено вовсе не “правочеловечными” аспектами оценок действий полиции в отношении протестующих, а гораздо более серьёзным фактором пребывания страны в узком пуле ведущих мировых игроков. Применительно к которым особенно отчётливо видна условность разделения внутренних и внешних аспектов функционирования государства.

Поэтому столь пристальное внимание уделяется, например, нынешней внутриполитической турбулентности в США. Ранее в НВО обсуждались международные аспекты последствий принятия в той же Индии ряда законов, затрагивающих интересы меньшинств, прежде всего мусульман.

Но то, что происходит в Индии сейчас в связи с запущенным процессом реформирования сельского хозяйства, кажется, не имело прецедентов в течение двух-трёх последних десятилетий. Остаётся пожелать народу и руководству страны пройти выпавшие испытания без тяжёлых издержек.

Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×