27.10.2020 Автор: Виктор Михин

Кувейт на пороге будущих изменений

EM3421

Печальная весть, пришедшая из Кувейта, где в возрасте 91 года умер эмир Сабах аль-Ахмед аль-Джабер Аль Сабах, буквально всколыхнула весь мир. Этому событию была посвящена специальная сессия Генеральной Ассамблеи ООН, когда делегаты со всего мира почтили минутой молчания утрату умного и добродетельного правителя, который был удостоен награды «Гуманитарный лидер» в память о его наследии в области гуманизма, дипломатии, миротворчества и мирного разрешения конфликтов.

После этих печальных событий перед Кувейтом и его народом встал вопрос выбора высшего руководства. Ряд политических обозревателей, пытающихся нажить себе информационный капитал, предрекали некое обострение обстановки и какую-то борьбу кланов при назначении эмира и наследного принца. Но все произошло на удивление четко, быстро и спокойно, что приветствовалось всеми кувейтцами. Дело в том, что эмират – конституционная монархия, где должность эмира, согласно закону, передается наследному принцу из семьи Сабахов. Именно поэтому новым эмиром Кувейта без больших проблем стал бывший наследный принц шейх Наваф аль-Ахмад аль-Джабер Аль Сабах, которому присягнули на верность члены остальных государственных высших органов.

Однако вакансия на пост наследного принца вызвала глубокие размышления и дискуссии, и даже, как написала весьма информированная «Аш-Шарк аль-Авсат», — «закулисную гонку» по выбору следующего лидера Кувейта. Эти размышления усугублялись тем, что новый эмир стар и болен, хотя в настоящее время находится в хорошем состоянии здоровья. Но рано или поздно у него могут возникнуть серьезные проблемы со здоровьем. Кувейтские СМИ по большей части избегали обсуждения вопроса о престолонаследии в стране, сосредоточиваясь в основном на достижении консенсуса среди правящих элит в отношении перехода власти. Однако публикации и СМИ за пределами эмирата, в основном связанные с Саудовской Аравией и Объединенными Арабскими Эмиратами, подняли этот вопрос задолго до кончины прежнего эмира Сабаха в сентябре.

«Поступление эмира Кувейта в больницу поднимает вопрос о правопреемстве», — гласил заголовок лондонской газеты «Аль-Arab», которая широко известна своими тесными связями с ОАЭ. Это пролило свет на ряд влиятельных фигур в правящей семье, которые претендовали на пост наследного принца после того, как шейх Наваф вступил в должность. Ссылаясь на кувейтские источники, газета сообщила, что вопрос о том, кто станет преемником шейха Сабаха, был быстро решен в пользу его брата шейха Навафа. Но вопрос в том, кто будет наследным принцем, был более важен, поскольку шейх Наваф страдает редким заболеванием крови, что вынудило его лечиться в США в последние годы.

В конце концов, консенсус был найден, и новым наследным принцем стал шейх Мишал аль-Ахмед аль-Джабер Аль Сабах, по общему мнению, — человек, зарекомендовавший себя как сильная личность. В отличие от ряда кувейтцев шейх Мишаль имеет плохие отношения с «Братьями-мусульманами» (террористическая организация запрещена в РФ — ред.), что, наряду с его прохладным отношением к Ирану, сделало его идеальным выбором для саудовцев и эмиратчиков. Пристрастие Эр-Рияда к шейху Мишалу полностью проявилось во время телефонного разговора с наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммедом бин Салманом, в котором были подняты вопросы о плане королевства помочь шейху Мишалу стать следующим наследным принцем Кувейта и, следовательно, будущим эмиром.

Дипломаты и аналитики говорят, что из-за своего скромного стиля и возраста Эмир Наваф может делегировать большую часть полномочий шейху Мишалу, влиятельному человеку, который был заместителем главы Национальной гвардии с 2004 года, а до этого возглавлял службу государственной безопасности 13 лет, избегая публичных ролей. Однако возвышение шейха Мишала контрастирует с правителями других стран Персидского залива, в первую очередь, с Саудовской Аравией, где правящие семьи начинают отдавать высшие должности младшим принцам.

Новый эмир и наследный принц имеют долгую историю создания органов безопасности и вооруженных сил Кувейта и большую часть своей карьеры провели в сфере безопасности и обороны. Шейх Наваф считается настоящим основателем современного министерства внутренних дел Кувейта. Он был министром внутренних дел два срока, первый — с 1978 по 1988 год, а второй — с 2003 по 2006 год. До вступления в должность он модернизировал институт безопасности, чтобы он мог противостоять вызовам, стоящим перед страной. Он также занимал пост министра обороны с 1988 по 1991 год, когда произошло катастрофическое вторжение Ирака в Кувейт. В первом правительстве, которое было сформировано после освобождения Кувейта, шейх Наваф был назначен министром социальных дел и труда, а затем был назначен заместителем начальника Национальной гвардии в 1994 году и позже вернулся в министерство внутренних дел в 2003 году. В 2006 году он был назначен наследным принцем.

Вместе с тем следует указать, что нынешний эмир (83 года) и наследный принц (80 лет) — люди преклонного возраста и представляют старшее поколение правящей семьи. Следовательно, весьма вероятно, что нынешний наследный принц будет последним эмиром старшего поколения и передаст власть более молодому наследному принцу, который мог бы править в течение более длительного периода. Это может быть причиной того, что саудовские и эмиратские СМИ и политики были так заинтересованы в процессе выдвижения наследного принца Кувейта, в чем, кстати, они и преуспели. А это свидетельствует о том, что эмират, несомненно, будет на стороне своих более богатых и сильных соседей в ближайшие десятилетия.

Шейх Наваф приходит к власти, когда страна борется с ухудшением экономики, на которую повлияли падение мировых цен на нефть, пандемия коронавируса, дефицит бюджета и кризис ликвидности. Богатая нефтью страна стоит перед выбором: устанавливать ли отношения с Израилем, как реагировать на падение цен на нефть в условиях кризиса с коронавирусом, делать ли изменения в системе внутренней и внешней политики. Новый эмир Кувейта — шейх Наваф аль-Ахмад аль-Джабер Аль Сабах, по мнению многих экспертов, вероятно, продолжит путь, выбранный его братом, покойным эмиром, особенно во внешней политике, хотя на него будут оказывать давление различные мощные силы. В центре внимания нового эмира будут в основном внутренние дела, особенно в ближайшие несколько месяцев, так как в ноябре страна избирает новый парламент. В своей приветственной речи новый эмир пообещал сохранить безопасность страны и единство ее народа.

Хотя Кувейт обладает одними из крупнейших финансовых активов в мире, большая часть из них принадлежит Фонду будущего поколения, и закон запрещает правительству выходить из фонда для пополнения бюджета. В августе парламент, тем не менее, принял закон, отменяющий положение о переводе в фонд 10 процентов доходов страны. Поскольку ожидается, что бюджетный дефицит в этом году будет большим, новые законы должны быть одобрены законодательным органом, чтобы поднять потолок долга и правительство смогло занять больше, чтобы заполнить пробел. Кувейт страдает от кризиса ликвидности, который вызвал предупреждения о том, что он не сможет платить зарплату государственным служащим. В августе министр финансов Барак Аль-Шитан призвал правительство утвердить закон о государственном долге, который позволит стране занять 20 миллиардов динаров или 66 миллиардов долларов через 30 лет. Кризис ликвидности означает, что Кувейт может быть не в состоянии выплачивать зарплату государству после октября, хотя он может похвастаться большим суверенным фондом, оцениваемым в 550 миллиардов долларов, что, кстати, соответствует золотовалютному запасу России.

Более резко выразилось агентство Bloomberg, которое констатировало, что Кувейт, являющийся глобальной нефтяной державой, оказался на мели. Уточняется, что это произошло в связи со снижением цен на энергоресурсы во время пандемии коронавируса и снижением доходов от нефти. Как отмечается, национальный бюджет Кувейта слишком мал, и в настоящий момент его недостаточно даже для выплат зарплат госслужащим.

Эти неотложные внутренние проблемы, а также предстоящие в следующем месяце выборы являются приоритетами нового руководства Кувейта. Ожидается, что во внешней политике не произойдет каких-либо серьезных сдвигов, и, скорее всего, она будет придерживаться курса, заданного покойным эмиром. Один информированный кувейтский источник из министерства иностранных дел сообщил Al-Ahram Weekly: «Я не думаю, что внешняя политика сильно изменится в краткосрочной перспективе, потому что она основана на прочном фундаменте […], но она может измениться в долгосрочной перспективе […] в зависимости от многих факторов, которые являются как внутренними, так и внешними ».

Ныне перед Кувейтом и его новыми правителями стоят весьма сложные проблемы, которые необходимо решать быстро, четко и в интересах всех кувейтцев. Но семья Сабахов, члены которой правят эмиратом около 400 лет, неоднократно оказывались и перед более сложными вызовами и всегда умели их решать на пользу Кувейта.

Виктор Михин, член-корреспондент РАЕН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение». 


×
Выберие дайджест для скачивания:
×