14.10.2020 Автор: Владимир Терехов

О министерской встрече участников “Четвёрки”

QUD34232

Состоявшаяся 6 октября встреча министров иностранных дел стран-участниц так называемой Четвёрки (Quad), которую образуют США, Япония, Индия и Австралия, представляет собой одно из самых примечательных событий последнего времени на мировой политической сцене. НВО более или менее регулярно обращается к теме зарождения (ещё в начале “нулевого” десятилетия) самой идеи Quad, а также многолетнего, извилистого и крайне трудного пути её развития.

В этом плане Токийскую встречу можно рассматривать в качестве важного признака начала формирования крупных “кристаллов” в том хаотичном “бульоне”, в каковой с завершением холодной войны постепенно превратилась картина мирового политического пространства.

Мотив “кристализации”, вообще, тот же и заключается в очередном формировании двух полюсов политической, экономической и военной мощи. Из них один (США) остался от прежнего противостояния, на роль же СССР периода холодной войны теперь претендует КНР. Оба они, США и КНР, будут выполнять роль “центров массы”, в поле тяготения которых окажутся многие другие, значительно менее весомые игроки.

Едва ли не центральное место в лексике участников мероприятия в Токио заняла аббревиатура FOIP (Free and Open Indo-Pacific). В последние годы озабоченность “свободой и открытостью” морских акваторий региона Индийского и Тихого океанов (которой “угрожает ясно, кто”) прямо или косвенно выражается по любому более или менее подходящему поводу и на различных региональных мероприятиях. Однако теперь аббревиатура FOIP и её расшифровка, похоже, станут своего рода “символом веры” Quad, обязательного для коллективного исполнения.

С открытыми выпадами в адрес КНР, в частности, в связи с угрозой FOIP выступил только один участник Токийской встречи, а именно госсекретарь США М. Помпео, который является ныне главным в мире антикитаистом (чем китайцы не угодили этому на вид добродушному, как и положено толстякам, мужчине?). В частности, прозвучал тезис о необходимости противостояния Китаю практически по всему периметру его морских и сухопутных границ.

Три других министра, а также открывший мероприятие премьер-министр С. Суга использовали язык иносказаний, когда пытались обозначить саму тему, а также возможный источник угроз FOIP.

В связи с этим нельзя не согласиться с репликой газеты Mainichi Shimbun о том, что, несмотря на более или менее общие опасения в связи с фактором превращения Китая в глобальную державу, у каждого из членов Quad имеются свои важные особенности в отношениях с этой страной. И ведущие газеты каждой из них по-своему прокомментировали токийскую встречу.

Но в большинстве комментариев неизменно присутствовало знаковое слово “формализация”. Впервые оно прозвучало 31 августа с. г. во время проведения очередного форума “Стратегическое партнёрство США-Индия”. В ответ на просьбу ведущего пояснить содержательную сторону этого термина первый заместитель госсекретаря США С. Биган отметил отсутствие в регионе “института типа НАТО и Европейского союза”, который должен создаваться не только в целях парирования “угрозы со стороны Китая”, но и для формирования “позитивной повестки дня”. Достаточно отчётливо прозвучал также тезис о необходимости расширения состава будущей организации, “как это произошло с НАТО после его образования в 1949 г.”

Таким образом, словом “формализация” на повестку дня текущей мировой политики ставится вопрос превращения фактически форумного образования (каких сегодня наблюдается вряд ли исчислимое множество) в полноценный военно-политический союз, что грозит радикальными изменениями в общей картине региональной и мировой политики.

Однако некоторые обстоятельства, включая отмеченные выше различия в риторике участников мероприятия, позволяют говорить о меньшей, чем стопроцентная (возможно, весьма меньшей) вероятности доведения процесса “формализации” Quad до состояния обязывающего военно-политического союза. Из них главный видится в принципиальном отличии состояния отношений между двумя новыми глобальными оппонентами по сравнению с тем, что наблюдалось в период холодной войны.

Указанное различие располагается в экономической сфере американо-китайских отношений, которая не без оснований определяется как “взаимозависимость”. Чего и близко не было в американо-советских отношениях.

Ранее мы уже отмечали, что в связке США-КНР присутствуют тренды прямо противоположной направленности. Речь идёт о сферах политики и экономики. Всё большее сомнение у американских экспертов вызывает как продуктивность, так и просто техническая реализуемость попыток (того же М. Помпео) “встроить” вторые в русло первых в рамках концепции “экономического разъединения” Вашингтона с Пекином.

Вряд ли возможно продолжение успешного функционирования механизма экономической “взаимозависимости”, когда один из партнёров собирается приставить пистолет к виску второго. Совершенно определённо подобные намерения не получат поддержки в кругах американского бизнеса.

Касательно Индии можно уверенно утверждать, что инцидент в Ладакхе, не разрешённый до сих пор, весьма поспособствовал занятию Индией гораздо более определённой позиции относительно участия в Quad, чем это было ещё в конце прошлого года. Хотя автор не исключает и другую точку зрения, согласно которой сам указанный инцидент оказался в немалой степени следствием давно обозначившегося курса Индии на сближение с каждым из трёх других участников Quad.

Но и в данном случае сошлёмся на фактор весьма немалой китайско-индийской экономической кооперации. При том что Индия ежегодно теряет в торговле с КНР свыше 50-и млрд долл. Однако “виноват” в этом отнюдь не Китай, а состояние индийской экономики. Вызывает сомнение продуктивность и реализуемость намерения индийского руководства провести нечто похожее на упоминавшееся выше американское “экономическое разъединение” с Китаем в рамках заявленной премьер-министром Н. Моди стратегии достижения страной всесторонней “автономии”.

Другой “Ладакх” (и опять странным образом “вовремя”) случился накануне Токийской встречи в японо-китайских отношениях, для общей характеристики которых подойдёт оборот “без того сложные, но далеко не безнадёжные”. Определённый всплеск негатива в них привнесло открытие в начале сентября в интернет-сетях китайского “электронного музея”, посвящённого проблематике владения пятью необитаемыми островами Дяоюйдао. Которые в Японии называются Сенкаку и по факту ею же контролируются. Между морскими пограничниками обеих стран в прилегающей к островам акватории периодически возникают некие “недоразумения”, к счастью, пока без последствий масштабов “ладакских”.

Открытие указанного “музея” состоялось спустя неделю после телефонного разговора китайского лидера Си Цзиньпина с японским премьер-министром Ё. Сугой, что можно было бы рассматривать в качестве начала налаживания отношений руководства КНР с новым правительством Японии.

В связи с этим отметим противоречивый характер, которое оставляет “ново-старое” руководство Японии. С одной стороны, пост министра обороны занял Н. Киси, который является младшим братом бывшего премьер-министра С. Абэ, что должно было символизировать преемственность политического курса страны. Но ранее Н. Киси демонстрировал “особую расположенность” к Тайваню и руководству острова. На что с настороженностью обратили внимание в Китае.

В то же время в Японии отмечают усиление роли “серого кардинала” (“сёгуна”) в правящем истеблишменте страны, каковым является нынешний генсек Либерально-демократической партии Т. Никаи. Последнему приписываются “прокитайские настроения”.

Наконец, важным фактором внутриполитической жизни Японии становятся приближающиеся всеобщие парламентские выборы, которые состоятся через год. Если Ё. Суга не распустит нынешний парламент досрочно, что не раз собирался сделать его предшественник С. Абэ. Между тем на “левоцентристском” фланге японской партийной шкалы появился вполне достойный конкурент ЛДП во главе с опытным политиком Ю. Эдано, у которого свои виды на курс в отношении Китая.

Что касается Австралии, то антикитайский тренд нынешнего консервативного руководства оборачивается всё более весомыми издержками в сфере экономики страны. Поэтому вызывает сомнение, что политико-экономический мазохизм правительства С. Моррисона получит сколько-нибудь значимое развитие. Тем более что и в Австралии на подходе всеобщие парламентские выборы, которые состоятся через полгода после японских.

В общем, вызывает крайнее сомнение перспектива сколько-нибудь существенной “формализации” Quad. По крайней мере, в ближайшем будущем. Если, конечно, не случится какой-нибудь “форс-мажор” в отношениях Китая с его соседями, значительно более масштабный по сравнению с инцидентом в Ладакхе и совсем второстепенным актом открытия упоминавшегося “электронного музея”.

Но, конечно, в Китае не оставили без едких комментариев мероприятие, проведенное в Токио участниками проекта Quad.

Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×