18.09.2020 Автор: Владимир Терехов

Франция подключается к азиатским региональным играм. На каких ролях?

IND422

Два примечательных события, случившиеся в первой декаде сентября с. г., позволяют вновь обратиться к теме намерения Франции подключиться к играм, которые разворачиваются в регионе Индийского и Тихого океанов, куда смещается фокус современного этапа “Большой мировой политики”.

“Вновь”, поскольку ещё в 2016 г. в НВО эта тема кратко затрагивалась в связи с выступлением министра обороны Франции того периода Ж.-И. Лё Дриана (ныне занимающего пост министра иностранных дел) на форуме “Диалог Шангри-Ла”, который ежегодно проводится в Сингапуре лондонским “Международным институтом стратегических исследований”.

Тогда впечатление, что Франция первой из бывших европейских колониальных держав вспомнила о втором (после Африки) по значимости регионе, где она наряду с Великобританией несла “бремя белого человека”, усиливалось последующим визитом Ж.-И. Лё Дриана во Вьетнам. Руководством и населением этой бывшей французской колонии гостю был оказан самый дружественный приём.

В упомянутом выше выступлении обратил на себя внимание перечень партнёров, с которыми Франция проявляла готовность сотрудничать в деле обеспечения безопасности в регионе. Среди них присутствовали США, Австралия “и даже Япония”, но не было Китая. Что вряд ли было недосмотром спичрайтеров высокого французского чиновника, поскольку, повторим, за Сингапуром последовала поездка во Вьетнам, отношения с которым КНР можно определить как “очень непростые”.

То же определение (возможно и более жёсткое) подойдёт к актуальным отношениям Китая с другим его соседом Индией, куда 9 сентября с. г. прилетела уже нынешний французский министр обороны Ф. Парли. Примечательными оказались формальный повод визита, некоторые озвученные ею слова, а также место, где они были произнесены.

Поводом для “молниеносной” поездки в Индию министра обороны Франции послужило введение в строй индийских ВВС пяти истребителей Rafale, то есть первой партии из общего количества в 36 самолётов, которые, согласно подписанному в 2016 г. контракту, обязана поставить французская компания Dassault.

Пятёрка Rafale размещается на авиабазе в Ладакхе (куда и прибыла госпожа министр), то есть в районе продолжающегося с начала мая конфликта между пограничными подразделениями Индии и КНР, которые поддерживаются усиливающимися группировками вооружённых сил обеих стран. До сих пор не наблюдается никакого прогресса в ходе нескольких переговорных встреч делегаций сторон. Более того, конфликт только обостряется. Накануне состоявшейся 11 сентября встречи в Москве министров иностранных дел обеих стран редакционная статья китайской газеты Global Times вышла под говорящим заголовком “Переговоры с Индией идут на фоне готовности к войне”.

Таковы фон и место, где прозвучали слова Ф. Парли о том, что Индия “может положиться на нас”, а также о “твёрдокаменном” характере двусторонней дружбы.

После этой церемонии состоялись переговоры гостьи с советником премьер-министра Индии по национальной безопасности А. Довалом, которого считают одним из авторов концепции национальной безопасности. Содержание переговоров не раскрывается, но высказывается предположение, что “тема Китая”, кажется, не затрагивалась.

Оговоримся, что торговля оружием, которая нередко определяется как “бизнес на крови”, — дело обычное в нашем несовершенном мире. Но выбранный французским министром обороны момент для акцентирования внимания на (вообще говоря) рядовом событии представляется крайне неподходящим.

Сейчас было бы очень кстати каким-либо образом посредничать в конфликте между крупнейшими мировыми державами, чреватом самыми серьёзными последствиями для всех. Как это пытается делать Москва, в том числе в рамках очередной министерской встречи ШОС, состоявшейся как раз во время французской активности в Индии.

Сегодня же нередко вспоминают, что ровно посередине временного отрезка, в начале и конце которых произносились знаковые для региона слова двух министров обороны Франции, была озвучена инициатива уже президента страны Э. Макрона о необходимости формирования тройственного стратегического союза “Франция-Индия-Австралия”. Достаточно определённо обозначался и главный мотив данной инициативы: “напористая политика”, которую проводит в регионе Китай. Вновь отметим, что закавыченное словосочетание является устоявшимся мемом, которое используется в последние годы “доброжелателями” КНР.

О том, что указанная инициатива не повисла в воздухе, а начала “стремительно реализовываться”, свидетельствует первая (видео)конференция на уровне чиновников высшего уровня внешнеполитических ведомств трёх стран. Она была проведена 9 сентября, то есть в тот же день, когда на индийской авиабазе, расположенной недалеко от границы с КНР, появилась госпожа министр обороны Франции.

В ходе данного мероприятия трое его участников обсуждали вопросы “сотрудничества на море” и взаимной логистической поддержки. В содержании конференции неким образом присутствовала также “тема Китая”.

И, конечно, нельзя не обратить внимания на то, что все “месседжи” Франции (вряд ли дружественные) первой декады сентября в сторону КНР последовали всего через неделю после трёхдневного визита в Париж китайского министра иностранных дел Ван И. В ходе визита высокий китайский гость встречался с президентом Э. Макроном, коллегой Ж.-И. Лё Дрианом, а также получил возможность выступить перед французским экспертным сообществом.

Что касается Австралии, то с её стороны также наблюдается встречная (в сторону Франции) активность. Прежде всего отметим, что упоминавшаяся выше инициатива Э. Макрона прозвучала в ходе его поездки в эту страну, состоявшейся в мае 2018 г. Как сегодня подчёркивается в документе, посвящённом перспективе развития отношений с Францией, опубликованном в августе с. г. сенатом парламента Австралии, тема двустороннего сотрудничества в сфере обороны заняла “центральное место” в принятом тогда “Совместном заявлении”. Той же теме посвящена отдельная глава и данного парламентского документа.

В НВО не раз отмечалось, что “адресатом” разнообразной внешнеполитической активности Австралии последнего времени является КНР, где первую уже начали обозначать термином “анти-Китай”. Указанная активность выглядит всё более странно по причине того, что КНР является главным торговым партнёром Австралии и существенным образом этим фактором обусловлено её экономическое процветание. Которое теперь подрывается как раз антикитайским курсом правительства С. Моррисона.

Наконец, отметим, что “постколониальный синдром” начинает проявляться и в политике Великобритании, то есть прежней соперницы Франции в ходе выполнения упоминавшейся “миссии белого человека”. Ранее мы уже отмечали признаки данной тенденции в политике Лондона последнего времени.

Однако с тех пор появилась новая фактура, что побуждает к её отдельному очередному рассмотрению.

Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×