20.07.2020 Автор: Владимир Терехов

О возможном участии Австралии в учениях “Малабар”

ME1313

10 июля ряд новостных агентств распространил информацию о том, что руководством Индии рассматривается возможность приглашения Австралии принять участие в очередных международных учениях ВМС “Малабар”, проведение которых запланировано на конец текущего года. Указанное сообщение заслуживает внимания по ряду причин и главным образом с позиций оценки ситуации в регионе Индийского и Тихого океанов, к процессу трансформации которой прямое отношение имеет уже история учений “Малабар”.

Под таким наименованием в 1992 г. в Бенгальском заливе были проведены первые за несколько предшествовавших десятилетий совместные учения отрядов ВМС Индии и США. Что стало одним из заметных свидетельств начала перекройки всей геополитической карты после только что завершившейся холодной войны, из которой Индия (с исчезновения прежней опоры в лице СССР) вышла в состоянии стратегического одиночества перед лицом всё тех же внешнеполитических вызовов в лице КНР и Пакистана.

Естественно, что индийское руководство начало поиск нового внешнего “балансира”, и Вашингтон проявил готовность предоставить Дели такие услуги. Сам факт проведения учений “Малабар 1992” показал, что запущен процесс американо-индийского сближения, ещё несколько лет до этого казавшийся невероятным. Отнюдь не гладко и весьма прерывисто указанный процесс протекает до сих пор.

Первой “точкой разрыва” на данном пути послужило проведение Индией в 1998 г. испытаний собственного ядерного оружия. Среди прочих “санкций” в отношении Дели оказалось и прекращение учений “Малабар”.

Однако по сравнению с периодом холодной войны на этот раз Вашингтон не долго пребывал в рассерженном состоянии. Перспектива появления нового геополитического оппонента в лице КНР, совершенно отчётливо обозначившаяся уже тогда, заставила Вашингтон закрыть глаза на недавние “ядерные прегрешения” Дели и возобновить процесс развития отношений с Индией, которая с тех пор сама и всё более определённо рассматривает США в качестве “естественного балансира” тому же быстро растущему Китаю.

Отправной точкой восстановления упомянутого процесса стал визит в Индию президента Б. Клинтона, состоявшийся в марте 2000 г. Через год в Вашингтоне дали понять, что готовы признать Индию ядерной державой де-факто и вообще развивать сотрудничество в сфере мирного использования ядерной энергии, решение о котором было подписано в 2006 г. президентом Дж. Бушем. Ещё через год (в 2002 г.) возобновилось ежегодное проведение учений “Малабар”.

В это же время в Вашингтоне стала обсуждаться идея формирования “азиатского НАТО” очевидно антикитайской направленности, ядро которого должны были составить (наряду с США) та же Индия, Япония и Австралия. В 2007 г. на полях очередного “Регионального форума АСЕАН” (ASEAN Regional Forum) тогдашним министром обороны США Р. Гейтсом была сформулирована концепция создания “Четвёрки” (Quad) в составе упомянутых выше стран.

Свидетельством серьёзного отношения потенциальных участников к предложенному проекту стало участие Японии и Австралии (к которым присоединился Сингапур) в состоявшихся в том же году очередных учениях “Малабар”.

Однако это был первый и на долгие годы последний случай проведения данных учений в четырёхстороннем формате. Впрочем, и о самой идее “Четвёрки”, казалось бы, забыли. Среди прочих причин отметим внутреннюю турбулентность, поразившую тогда же Японию, и резкую смену внутриполитической обстановки в Австралии.

Что касается Японии, то с досрочным (и достаточно скандальным) завершением в 2007 г. первого премьерства Синдзо Абэ страна вступила в полосу ежегодной смены правительства. В такие времена сложно проявлять сколько-нибудь значимую внешнеполитическую активность. У партнёров (включая союзника США) тоже возникали сомнения в возможности ведения серьёзных дел со страной, лица руководителей которой не успевали отложиться в памяти.

Внутриполитическая обстановка в Японии стабилизировалась только после (триумфального) возвращения в конце 2012 г. в премьерское кресло С. Абэ, который резко активизировал и внешнеполитическую деятельность страны. Летом 2014 г. японские ВМС, после семилетнего перерыва, приняли участие в очередных учениях “Малабар”, которые на этот раз (и впервые) прошли не в Бенгальском заливе, а в районе восточного побережья Японии.

С тех пор данные учения приняли трёхсторонний формат, а японские корабли отправляются для участия в них в Индийский океан. Впрочем, не только по этому поводу ВМС Японии зачастили с посещениями акватории Индийского океана.

Австралия же прервала своё участие в учениях “Малабар” в связи с приходом в 2007 г. к власти блока левоцентристских партий, внешняя политика которых исходила (наряду с определёнными соображениями идеологического плана) из приоритетности экономической целесообразности. Китай уже тогда начал занимать положение ведущего торгово-экономического партнёра, портить отношения с которым из-за некой “солидарности с демократическими странами региона” новому руководству Австралии, видимо, показалось абсолютно ненужным.

Её внешнеполитические предпочтения вновь претерпели резкие изменения с возвращением в 2013 г. к власти блока правоцентристских партий, затем дважды (в 2016 и 2019 гг.) подтверждавших завоёванные полномочия в ходе парламентских выборов. Для правоцентристского правительства оказался значимым фактор как раз упомянутой “солидарности”, которую Канберра до сих пор не устаёт демонстрировать по самым разным поводам. Из последних её проявлений упомянем, обсуждавшийся в НВО, вопрос “о виновнике” зарождения пандемии SARS COV-2 и присоединение Австралии к пропагандистской кампании западных стран в связи с событиями в Гонконге.

Сразу с момента прихода к власти правительство правоцентристов возобновило интерес к учениям “Малабар” и неоднократно обращалось к руководству Индии с просьбой принять участие в их проведении. Последнее такое обращение состоялось в конце апреля 2018 г. По вполне понятным причинам каждый раз из Дели следовал отказ.

Ибо положительный ответ очевидным образом свидетельствовал бы об отходе индийского руководства от стратегии удержания страны на позициях (со временем всё более относительного, но всё же) нейтралитета в обостряющемся противостоянии двух ведущих мировых держав.

Несмотря на все сложности в китайско-индийских отношениях, лидеры обеих стран Си Цзиньпин и Нарендра Моди предпринимали в последние годы усилия с целью удержания их развития в позитивно-конструктивном русле. В этом плане особое значение имели две “неформальные” встречи между ними, из которых первая в Ухане пришлась как раз на конец апреля 2018 г., вторая состоялась спустя полтора года в индийском курортном городе Мамаллапурам.

Что-то негативо-серьёзное должно было произойти в последнее время в китайско-индийских отношениях, чтобы в Дели начали рассматривать возможность присоединения Австралии к учениям “Малабар”, а следовательно, и перспективу возрождения концепции формирования антикитайской “Четвёрки”. И это “нечто” не вызывает сомнений. Оно связано с очередным обострением с начала мая ситуации на одном из участков китайско-индийской (квази)границы в высокогорье Ладакха, которое в ночь на 16 июня вылилось в небывалое за последние 40 лет масштабное столкновение между пограничными отрядами обеих стран.

Обратим внимание на примечательное событие, случившееся на временном отрезке между началом мая и 16 июня, каковым стал австралийско-индийский (видео)саммит с участием премьер-министров С. Моррисона и Н. Моди. Он был посвящён некоторым аспектам кооперации в обобщённой проблеме обороны и безопасности.

Возможно, случившийся 16 июня инцидент в Ладакхе был призван сыграть роль “предупредительного месседжа” в адрес Индии в ответ на итоги данного саммита. В свою очередь, этот последний тоже может рассматриваться в качестве реакции на начавшееся ещё в мае обострение ситуации в Ладакхе. Но тогда и возможное приглашение Австралии к участию в очередных учениях “Малабар” вполне может оказаться реакцией на “ответ от 16 июня”.

В этом случае возникает вопрос, как далеко может пойти процесс раскрутки спирали взаимных “ответов”. Уже сама постановка такого вопроса наводит на невесёлые размышления.

Будем всё же надеяться, что “дух Уханя” не полностью выветрился из отношений между двумя азиатскими гигантами. А также на то, что даже с (возможным) проведением в четырёхстороннем формате учений “Малабар” идея строительства “азиатского НАТО” с участием Индии не получит развития.

Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×