10.07.2020 Автор: Константин Асмолов

Президент РК меняет команду… или не меняет?

moon

3 июля 2020 г. президент Южной Кореи Мун Чжэ Ин произвёл частичные перестановки в руководстве страны, сменив министра по делам воссоединения, директора Национальной службы разведки и начальника управления национальной безопасности администрации президента РК. Эта перестановка была воспринята многими экспертами как знак того, что Сеул «будет стремиться сосредоточиться на межкорейских обменах и сотрудничестве, независимо от того, как это противоречит политике США», или «шаг к поиску прорыва в зашедших в тупик отношениях с Северной Кореей и более активному продвижению межкорейских проектов». Но так ли это?

Новый министр воссоединения 56-летний Ли Ин Ён хорошо известен как первый президент Национального совета студенческих представителей (кор. — Чондэхёп / Jeondaehyeop), возглавлявший в 1980-х годах демократическое студенческое движение, и активный участник Движения за демократизацию 1987 года против авторитарного правительства Чон Ду Хвана. Ли начал свою политическую карьеру в 1999 году, отсидев четыре срока в парламенте, где работал в комитете по иностранным делам и объединению. В 2018 году он был председателем Специального комитета по межкорейскому экономическому сотрудничеству, а в 2019-2020 годах занимал пост руководителя Демократической партии.

На встрече с прессой Ли сказал, что принял предложение Муна «с чувством срочности, так как мы должны снова открыть дверь мира, прежде чем она закроется». Он подчеркнул необходимость возобновления диалога между двумя Кореями и выполнения их существующих договоренностей, включая сотрудничество на гуманитарном и дипломатическом фронтах.

Его предшественник Ким Ён Чхоль, бывший директор Института национального объединения, был назначен на этот пост 8 марта 2019 г. и был известен заявлениями вроде «Я намерен сделать все возможное, чтобы реализовать новый режим Корейского полуострова, о котором объявил президент Мун Чжэ Ин», или «нам придется придумать творческий способ заставить США и Северную Корею возобновить переговоры после саммита в Ханое и, более того, обеспечить их успех». В комментариях в социальных сетях он даже подвергал сомнению официальную версию гибели корвета «Чхонан», за что консерваторы чуть не прокатили его кандидатуру. В отставку он подал после того, как северяне взорвали центр связи в Кэсоне, взяв на себя ответственность за неспособность поддерживать стабильные межкорейские отношения. Поэтому нельзя сказать, что сторонника американского подхода заменили на приверженца независимой политики. Скорее левого профессионала заменили на не менее левого политического назначенца из ближнего круга Муна.

Три других громких назначения оказались своеобразной «рокировкой», в который каждый покидавший пост не уходил из политики, а поднимался на ступеньку выше.

Начнем с нового руководителя национальной службы разведки. 78-летний Пак Чи Вон – еще более знаковая фигура, чем Ли, особенно для тех, кто помнит прошлое. Бизнесмен из Лос-Анджелеса занялся политикой после того, как в 1970-х годах познакомился с Ким Дэ Чжуном, когда будущий президент РК находился в изгнании в Соединенных Штатах. Он был правой рукой Ким Дэ Чжуна и основным организатором первого межкорейского саммита 2000 года, за который Ким получил Нобелевскую премию мира.

Во время президентства Ким Дэ Чжуна в 1998-2003 годах Пак занимал должности его пресс-секретаря, министра культуры, старшего секретаря по вопросам политики и главы администрации, до сих пор называя себя бессменным главой администрации президента Кима.

Пак был сторонником Ким Дэ Чжуна, но не Но Му Хена, который в рамках фракционной борьбы посадил его по обвинению в том, что Пак Чи Вон вымогал у компании «Хёндэ» 15 млрд вон, которые были направлены в КНДР в качестве тайной оплаты за проведение саммита 2000 г. Процесс был начат еще в правление Ким Дэ Чжуна представителями оппозиционной партии, однако, придя к власти, Но Му Хён закопал конкурента. Выйдя по амнистии в 2007 г., Пак вернулся в политику, но в левоцентристскую Народную партию, а не в лагерь демократов, где правили бал сторонники Но Му Хена (в том числе Мун Чжэ Ин, который был у Но главой администрации), однако на парламентских выборах 15 апреля 2020 г. проиграл кандидату от правящей партии.

То, что такого человека вытащили из политического небытия и поставили руководить разведкой, говорит о нескольких вещах. Во-первых, это признание того, что в КНДР Пак обладает таким кредитом доверия, которого нет ни у одного политика из окружения Муна, но именно такой сейчас нужен Сеулу, чтобы «вернуть застопорившиеся межкорейские связи в нужное русло». Напомним, что в ходе июньского обострения Сеул предлагал Пхеньяну отправить в КНДР специальных посланников в лице тогдашних начальника управления национальной безопасности Голубого дома Чон Ый Ёна и директора национальной службы разведки Со Хуна, однако в Пхеньяне категорически отвергли это предложение как «неискреннее», назвав его «не более чем уловкой».

Во-вторых, это указание на то, что национальная служба разведки будет заниматься не только работой «по специальности», но и налаживанием контактов с Севером, в том числе и секретных.

В-третьих, хотя это можно трактовать как «ради общего блага Мун готов поручить этот важный пост чужаку», де-факто на чужака взвалили всю черновую работу, а все его инициативы будут визировать все те же упомянутые выше Чон и Со.

Каждый из них получил повышение — Со Хун ушел на пост начальника Управления национальной безопасности администрации президента РК. Как директор разведки, Со занимал этот пост с самого начала президентства Муна и был специалистом по КНДР, имевшим, по сведениям СМИ, сеть неформальных контактов на Севере. На своем посту он не светился ни с хорошей, ни с плохой стороны, хотя уток про Север «в его правление» стало несколько меньше.

На новом посту Со пообещал «благоразумно реагировать на текущую ситуацию на Корейском полуострове, но иногда готовиться к смелым шагам» и отметил, что берет на себя эту работу в «тяжелое время как внутренне, так и внешне». Он отметил, что целью администрации Муна является системное установление мира на полуострове и она будет прилагать неустанные усилия для достижения полной денуклеаризации. Для этого Со планирует «постоянно заручаться поддержкой международного сообщества в отношении внешней и северокорейской политики» и «не пренебрегать связью с соседними странами и особенно с союзником — Соединенными Штатами».

Обратим внимание и на упоминание «полной денуклеаризации», и на специальное подчеркивание США как союзника номер один; этого достаточно, чтобы не воспринимать Со как пропхеньянски настроенную личность.

Тот пост, на который пришел Со Хун, ранее занимал Чон Ый Ён. Этого человека мы помним по его роли в организации диалога США и КНДР, где он был замечен в убеждении одной стороны в том, что другая готова согласиться на их условиях. На своем посту Чон находился с появления Муна у власти и по южнокорейским меркам мог считаться политическим долгожителем. До этого он был карьерным дипломатом, который работал преимущественно на американском направлении.

Теперь доверенное лицо Муна стало еще более доверенным – теперь он советник президента по вопросам безопасности. Пост, который дает больше влияния, но меньше формальной ответственности.

Второй новоназначенный советник президента по вопросам внешней политики – тоже весьма знакомое лицо. Им Чжон Сок, бывший глава администрации президента, руководил подготовкой к трем межкорейским саммитам и возглавляет Фонд межкорейского сотрудничества, — «частную некоммерческую организацию, занимающуюся объединением двух Корей». Как и Ли Ин Ён, он из «олдовых» деятелей студенческого движения (в 1991 г. он был заключен в тюрьму за организацию поездки в КНДР студенческих активистов), известный своей независимой позицией в отношении США.

Ярый сторонник межкорейского примирения, Им призывал министерство воссоединения не следовать американской линии, согласно которой межкорейское экономическое сотрудничество должно идти в ногу со значительным прогрессом в денуклеаризации Севера. Консерваторы считали его главным криптокоммунистом после Муна и постоянно требовали его отставки, которая случилась, когда Им оказался замаран в ряде скандалов, включая «скандал из-за слежки». 8 января 2019 года Им потерял свой пост, после чего фактически ушел из политики, резко заявив, что не будет участвовать в выборах и планирует сосредоточиться на проведении кампании «вне политики истеблишмента» за воссоединение двух Корей.

Тем не менее его возвращения в политику ждали – сначала к апрельским выборам (где он выступили с парой речей, но сдержал слово и в депутаты не пошел), а потом именно его предполагали заменой Ким Ен Чхолю.

Назначения Чон Ый Ена и Им Чжон Сока вызывают более интересный вопрос – куда девается Мун Чжон Ин, профессор университета Ёнсе, который до этого момента был советником президента по вопросам национальной безопасности и международных отношений. Взгляды этого человека – точно левые, и пару раз он даже получал выговор от президента за слишком вольные высказывания. Кроме того, хотя некоторые эксперты считают, что «то, что у одного Муна на уме, у другого на языке», относить Мун Чжон Ина к ближнему кругу президента (в отличие от Чона и Има) некорректно. Скорее он лидер общественного мнения в левом крыле ДПК.

И сейчас его пост разделили на два, а что будет далее с ним – непонятно.

Итоги перестановки можно подвести так:

  • В целом произошло традиционное для кризиса «ритуальное переодевание». О радикальной смене политической линии говорить не стоит. По политическим взглядам новый министр воссоединения не отличается от старого.
  • Никто из ближнего круга Муна никуда не делся. Все они скорее упрочили свои властные позиции за счет более левого крыла. Да, Ли и Им имеют заслуги в движении за демократизацию, но с точки зрения фракционной борьбы их правомернее относить к сторонникам президента. Давним и верным.
  • Пак Чи Вон, похоже, востребован как единственный человек, который не запятнан политическими играми Муна, и Пхеньян может ему доверять. Если у него получится что-то исправить, это будет общая победа, если нет, то, как говорят в футболе, – «победа — заслуга команды, поражение — вина тренера».
  • С точки зрения политических игр Мун сделал красивый финт; остается понять, насколько с его помощью он сумеет сохранить дух «олимпийского потепления».
  • Либо нам стоит воспринимать данный шаг не только как экзерсисы на межкорейском направлении, но и как упрочение позиций ближнего круга президента в сфере безопасности вообще – а это может означать, что подготовка к президентским выборам потихоньку начинается…

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×