11.03.2020 Автор: Константин Асмолов

Японо-южнокорейские отношения 2020 года: хроника

7743

1 марта 2020 года, выступая на церемонии по случаю 101-й годовщины Первомартовского движения за независимость Кореи, президент РК Мун Чжэ Ин затронул тему взаимоотношений с Японией. Он назвал её самым близким соседом, отметив, что только признание прошлого поможет идти в будущее.

По сравнению с прошлогодней речью «японская тема почти не прозвучала» и это означает, что тема противостояния Японии вытеснена текущими проблемами. В этом контексте особенно любопытно представить очередную сводку с фронтов торговой войны Японии и РК.

Ход националистической истерии и экономические последствия конфликта мы рассмотрим отдельно, а сейчас весьма любопытно посмотреть, как, продолжая делать громкие заявления, официальный Сеул начинает пятиться.

16 ноября 2019 г. стало известно, что Япония впервые разрешила две поставки фтористого водорода (входит в число трёх наименований высокотехнологичного сырья, экспорт которых  Япония ограничила) для южнокорейских компаний Samsung Electronnics и SK Hynix. Как оказалось, со времени начала торговой войны Япония 12 раз одобряла экспорт вышеуказанных видов сырья для южнокорейских компаний, хотя, по мнению СМИ РК, это не говорит об изменении позиции Токио. Дескать, отправка в РК фтористого водорода была разрешена в связи с истечением 90-дневного срока рассмотрения запроса на продажу данной продукции, и если бы этот срок был превышен, то данный факт мог быть использован против Японии в ходе разбирательства в ВТО.

19 ноября 2019 г. в ВТО состоялся второй раунд переговоров между представителями РК и Японии, в ходе которого обсуждались претензии южнокорейской стороны, связанные с мерами Токио по ограничению экспорта стратегического сырья в РК. Переговоры шли 9 часов, но, как заявил по их окончании глава южнокорейской делегации Чон Хэ Гван, «стороны не смогли сузить разногласия, однако углубили понимание позиций друг друга». Более того отметил, что не верит в достижение договорённостей в ходе третьего раунда переговоров, если он состоится. В связи с этим РК намерена рассмотреть возможность обращения в ВТО для формирования панели независимых экспертов.

В тот же день 19 ноября в телепрограмме »Вопросы народа, диалог с народом — 2019» Мун Чжэ Ин заявил, что РК продолжит сотрудничество с Японией в сфере безопасности даже в том случае, если Соглашения о защите конфиденциальности при обмене военной информацией не будет действовать.

В декабре между двумя странами чуть не случился скандал, согласно сообщению японского еженедельного журнала «Сюкан Бунсюн»: 28 ноября министр иностранных дел Японии Тосимицу Мотэги заявил, что министр иностранных дел Южной Кореи Кан Ген Хва не имеет никаких рычагов влияния на процесс принятия решений и, по сути, является «мебелью». Мотэги категорически отверг приписываемые ему слова, сказав: «Если утверждаете, что я так сказал, то может представите какие-нибудь доказательства?».

15 декабря в Мадриде на полях встречи министров иностранных дел стран-членов форума »Азия — Европа» (АСЕМ) состоялся короткий (примерно 10 минут) контакт Кан Гён Хва и Тосимицу Мотэги.

Стороны договорились о тесном сотрудничестве в противодействии северокорейской ядерной угрозе, но лишь подтвердили свои противоположные взгляды по другим вопросам, связанным с торговыми и историческими спорами.

Не закончился прорывом и саммит Муна и Абэ 24 декабря на полях трехсторонней встречи в Чэнду, о которой мы уже упоминали.

Более важным событием автор считает принятое 27 декабря 2019 г. решение Конституционного суда по поводу соглашения 2015 г. между Сеулом и Токио по поводу «женщин для утешения». В начале 2016 года 29 выживших в то время бывших комфортанток и 12 родственников умерших жертв обратились в суд с просьбой пересмотреть конституционность соглашения. Они утверждали, что это соглашение ущемляет их достоинство, имущественные права и право на дипломатическую защиту. Однако в решении суда указывается, что документ носит политический характер, и его оценка относится к сфере политики.

В своем новогоднем обращении Мун Чжэ Ин выразил готовность пойти на улучшение отношений с Японией, однако отметил, что будет продолжать требовать пересмотра введенных Японией положений об усилении контроля за экспортом.

В ответ министр экономики, торговли и промышленности Японии Хироси Кадзияма подчеркнул, что все решения относительно контроля экспорта будут приниматься только после повторного политического диалога с Южной Кореей.

15 января Мун Чжэ Ин сказал, что Сеул и Токио должны работать вместе, чтобы решить острые вопросы, в том числе вопрос о компенсации для принудительных рабочих военного времени. Он отметил что НГО и юристы обеих стран предложили создать совместный консультативный орган, и корейское правительство готово принять в нем участие. По мнению президента, самое важное в решении проблемы — получить согласие жертв на решения, чтобы не повторить судьбу соглашения 2015 года. «Но я считаю, что, кроме этих вопросов, отношения между Сеулом и Токио находятся в хорошем состоянии. Сеул и Токио привержены развитию двусторонних отношений, ориентированных на будущее, рассматривая друг друга как ближайшего соседа», — сказал при этом Мун.

6 февраля директор департамента Азиатско-Тихоокеанского региона МИД РК Ким Чжон Хан и директор департамента Азии и Океании МИД Японии Сигэки Такидзаки провели в Сеуле переговоры на рабочем уровне. Участники  встречи выразили стремление разрешить  разногласия, но к какому-либо консенсусу не пришли.

Помимо этого, стороны обсудили обмен информацией о загрязнённой воде с АЭС Фукусима, а также вопросы сотрудничества в противодействии новому коронавирусу.

12 февраля 2020 г. анонимный представитель Голубого дома заявил, что сохранение соглашения Южной Кореи с Японией об обмене военной информацией является жизнеспособным вариантом в зависимости от отношения соседней страны к ее экспортному контролю.

Очередная, но рутинная вспышка напряженности в отношениях произошла в преддверии 22 февраля, которое отмечается в Японии как день Такэсима. 20 января в Токио открылся новый выставочный зал «территорий и суверенитета», в котором представлены материалы о спорных территориях.

22 февраля Тосимицу Мотеги заявил в парламенте, что Токто  являются территорией Японии. В ответ МИД РК выступило с резким протестом по поводу возобновления притязаний Японии на острова Токто в Восточном море.

Кроме того, МИД РК выразило сожаление по поводу ежегодного мероприятия Японии, призванного предать гласности ее территориальные претензии на Токто.

Что дальше? Южнокорейские эксперты полагают, что отношения двух стран могут стать хуже после того, как с марта по май по решению южнокорейского суда начнется ликвидация активов японских фирм.

А пока, как можно заметить, южнокорейская администрации аккуратно пытается пятиться назад. Не делая явных уступок в торговом споре она, тем не менее, снова начала перекладывать основную тяжесть «народного гнева» на плечи негосударственных организаций.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×