17.01.2020 Автор: Константин Асмолов

Северокорейские рабочие уезжают домой. Перекроет ли это кислород Пхеньяну?

5533

22 декабря 2019 г. истек срок депортации всех северокорейских рабочих, работающих за рубежом, установленный резолюцией Совета Безопасности ООН в декабре 2017 года. На этом фоне в Москве закрылись все северокорейские рестораны, а компания Air Koryo до 20 декабря увеличивала количество рейсов между Пхеньяном и Владивостоком с двух до пяти в неделю. Уже на 19 ноября домой вернулись 23 200 северокорейских рабочих.

Аналогичная ситуация и в Китае — 20 декабря прекратили работу северокорейские рестораны в городском округе Даньдун китайской провинции Ляонин. Источник сообщает, что из КНДР поступило уведомление с предписанием о возвращении сотрудниц ресторанов на родину. Рестораны, которые были открыты совместно с китайской стороной, продолжают работу, но в них трудятся только китайцы. При этом СМИ РК отмечают отсутствие признаков вывода рабочих, находящихся в КНР по туристическим и другим визам, и утверждают, что Китай и Монголия отказались раскрыть точное число северокорейских рабочих, что не дает возможности выяснить, сколько убыло домой.

В 2015 году считалось, что КНДР имеет более 50 000 человек, работающих за рубежом, в основном в России и Китае, и зарабатывающих от 1,2 до 2,3 миллиардов долларов в год. В России, по официальным данным на 2017 год, находилось около 30 тыс. северокорейских рабочих. В 2019 г. СМИ РК насчитали 100 000 северокорейцев, работающих за рубежом, которые зарабатывают более 500 миллионов долларов в год.

В этом контексте автор хотел бы напомнить нишу этих людей в экономике страны. Пробыв в России в течение двух-трех лет, реально вернуться домой с 4-6 тыс. долларов, и когда северокорейские рабочие возвращаются домой рейсом Владивосток-Пхеньян, этот рейс забит товарами, которые северокорейские рабочие накупили на свою «отнимаемую» зарплату – от видеомагнитофонов до автомобильных шин или промышленного или сельскохозяйственного оборудования, явно рассчитанного на применение в условиях малого бизнеса.

В России рабочие из КНДР высоко ценятся, так как были не вовлечены в криминал, прекрасно управляемы и самоизолированы от внешнего мира, что снижало шанс любых конфликтов между ними и местным населением. Из-за этого местный бизнес был очень заинтересован в увеличении их числа и рассматривает их как хорошую альтернативу как гастарбайтерам из Средней Азии, так и китайцам.

В этом контексте хочется задать вопрос о том, насколько отъезд гастарбайтеров полностью перекроет возможность таких заработков. В СМИ РК отмечается, что эта мера будет иметь ограниченное влияние, поскольку в законах есть лазейки, такие как выдача туристических виз вместо разрешений на работу. Как считает профессор Ким Дон Еп, Китай и Россия могут изменить визовый статус этих работников на другой, такой как поездки и учеба, поскольку Китай и Россия нуждаются в рабочей силе Севера и наоборот. В иных публикациях встречается информация о том, что Север намерен в следующем году отправить на работу в КНР около 10 тыс. человек, включая тех, кто вернулся в КНДР из иных стран-членов ООН.

Похоже, что в новом году к обвинениям РФ и КНР добавится укрывательство северокорейских рабочих или обвинения в том, что эти рабочие ездят за границу под видом туристов.

Но отметим, что обычный туризм является одним из немногих оставшихся источников дохода для Пхеньяна, поскольку он еще не под санкциями. В этом контексте СМИ РК обращают внимание на строительство целого ряда объектов туристической инфраструктуры, предположительно рассчитанных на китайских туристов. В начале декабря КНДР открыла туристический центр, ориентированный на горячие источники в округе Яндок, провинция Южный Пхенъан. Готовится к вводу туристический комплекс Вонсан-Кальма, расположенный на изолированном полуострове, но представляющий собой зону гостиниц и инфраструктуры, отвечающую международным стандартам. Как туристический комплекс рассматривается и район Самчжиён, расположенный в пограничной зоне Севера с Китаем, хотя на самом деле это не столько туристическое место, сколько пилотный проект освоения отдаленных регионов.

Такая активность воспринимается как часть усилий Севера по диверсификации источников доходов на фоне санкций. Китай также якобы помогает экономике Севера, предоставляя помощь и туристические доллары на фоне опасений по поводу экономического спада. Так, в 2018 году Китай предоставил Северной Корее помощь на сумму 56 миллионов долларов, а по состоянию на август 2019 г., Китай предоставил Северной Корее помощь на сумму более 35 миллионов долларов.

Поэтому действительно не стоит думать, что высылка рабочих нанесет стране смертельный удар.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×