03.11.2019 Автор: Владимир Терехов

К итогам выборов в двух штатах Индии

цй34

В воскресенье 21 октября с. г. в двух штатах Индии (“Махараштра” и “Харьяна”) состоялись выборы в местные парламенты, которые занимают вторую (после союзного) позицию в иерархии законодательных органов власти страны.

Прошедшие выборы стали значимым событием во внутриполитической жизни государства “Республика Индия”, которая занимает второе место в мире по численности населения. По объёму ВВП (порядка 2,7 млрд долл. в “номинальном” исчислении, то есть без учёта фактора ППС) уже в завершающемся году Индия выйдет на пятое место, потеснив с него бывшую метрополию.

Совокупность обозначенных и прочих факторов (например, наличие мощных вооружённых сил, находящихся на стадии модернизации, быстро протекающий процесс создания ракетно-ядерной “триады”) определяют нынешнее положение страны как одной из ведущих участниц современного этапа “Большой мировой игры”.

Что, в свою очередь, с неизбежностью привносит внешнеполитическую компоненту в любые сколько-нибудь значимые события (казалось бы, чисто внутреннего характера), происходящие в такой стране как Индия. Которая, впрочем, не является в данном случае исключением. Достаточно сослаться на пример ведущей мировой державы, где разные кланы местного “истеблишмента” учинили такой внутренний погром, что “мурашки по спине” начинают бежать не только у союзников, но и геополитических оппонентов.

И вообще, (“пофилософствуем” ещё немного) разделение государственной политики (то есть искусства управления страной в поле внутренних и внешних факторов на пути к достижению заранее сформулированной цели) на упомянутые две части оправдано только тогда, когда нужно уделить особое внимание некоторой конкретной, остроактуальной проблеме.

Но вернёмся к заявленной в заголовке теме. Для её раскрытия потребуются краткий экскурс в недавнюю историю, а также сведения самого общего плана об устройстве современного государства Республика Индия.

Извлекаем их из доступных источников (например, такого или такого), которые говорят, что сегодня мы имеем дело с крайне сложно устроенной (в этно-религиозном, историческом, хозяйственно-экономическом и прочих аспектах) федеративной республикой парламентско-президентской формы правления. Фактическая власть в ней существенным образом сосредоточена в руках Союзного (“центрального”) правительства.

Что определяет исключительную важность вопроса о том, в руках какой политической силы (по итогам всеобщих выборов, проходящих раз в пять лет) оказывается нижняя палата Союзного парламента. Поскольку именно ей президент поручает формирование правительства.

В Индии много политических партий, но рамки функционирования большинства из них ограничены одним из 28-и (теперь уже, то есть после фактической отмены 370-й статьи Конституции) штатов страны. Значимость (нередко весьма заметная) подобных партий на “федеральном” уровне проявляется в ходе всеобщих парламентских выборов, когда некая “общефедеральная” партия (каковых насчитывается менее десяти) почти всегда прибегает к помощи “местных”.

С момента завоевания независимости (в 1947 г.) и вплоть до 2014 г. во главе страны почти неизменно (за исключением 1999-2004 гг.) находилась старейшая партия “Индийский национальный конгресс” в коалиции с рядом других партий левоцентристского толка. Именно ИНК с союзниками сформировали светский облик независимой Индии. Чему несомненно способствовала её тесная кооперация с СССР периода холодной войны.

Стремительное укрепление в 90-е годы позиций “Бхаратия джаната парти”, то есть де-факто “легальной вершины политического айсберга”, состоящего из нескольких праворадикальных движений (некоторые из которых зародились ещё в “Британской Индии” и тогда же не раз запрещались) уже в 1998 г. обеспечило ей с союзниками большинство на очередных парламентских выборах.

В период 2004-2014 гг. власть в стране вновь оказалась в руках ИНК с союзниками. Но электоральная катастрофа весны 2014 г. оказалась неизбежным следствием совокупности факторов накопления ошибок в управлении страной, отсутствия прилива “cвежей крови” в руководство партии (бессменно контролировавшееся “кланом Неру-Ганди”) и, напротив, появления во главе БДП харизматичного Нарендры Моди с его несомненными экономическими успехами в руководимом ранее штате Гуджарат.

Безоговорочное лидерство БДП, установленное по итогам парламентских выборов 2014 г., подтверждалось в ходе последующих электоральных актов меньшего уровня значимости. С важными оговорками, которых коснёмся ниже.

Отметим, что разнесение по времени выборов в законодательные органы штатов, обновление каждые два года на треть верхней палаты парламента позволяют почти в непрерывном режиме отслеживать колебания электоральных предпочтений индийского общества. И вплоть до второй половины прошлого года складывалось впечатление, что старейшая политическая партия страны уходит в историю, а далее интересы “светско-левоцентристской” части индийского общества будет выражать кто-то другой.

Но в конце 2018 г. на выборах в трёх из пяти штатов совершенно неожиданно победила партия ИНК, которую годом ранее возглавил Рахул Ганди – внук Индиры Ганди, с 1966 вплоть до убийства в 1984 г. возглавлявшей (с коротким перерывом) правительство страны. Казалось бы, партия возрождается из пепла, а особые “доброжелатели” БДП начали предсказывать последней поражение на предстоявших весной 2019 г. очередных парламентских выборах.

Но в силу ряда причин, обсуждавшихся ранее в НВО, для ИНК в итоге всё получилось даже хуже, чем в 2014 г. После заявления Р. Ганди об уходе с поста президента, руководство партии казалось полностью деморализованным и в предвыборной борьбе в “Махараштре” и “Харьяне” от ИНК был заметен только недавний лидер.

Тем более неожиданными оказались итоги последних выборов, главным из которых стали немалые потери, понесённые БДП вместе с крайне правой “Шив сеной”. При столь же заметном росте присутствия в местных парламентах ИНК со своими партнёрами.

Итоги последних выборов вполне понятным образом оказались в центре внимания индийских СМИ. Во-первых, нужно было проанализировать причины случившегося и, во-вторых, ответить на вопрос: появилась ли перспектива возрождения в стране роли “светско-левоцентристского” политического течения?

Мотивация последнего голосования носит сложный и противоречивый характер. Сказывается замедление темпов экономического роста страны, очевидным образом проявившееся в последние месяцы. Особенно сложная ситуация складывается в сельском хозяйстве. Именно в деревне БДП понесла наибольшие потери.

Нельзя исключать присутствия в итогах голосования скрытого протеста тех граждан, которые опасаются негативных последствий для страны (как внутренних, так и внешних) отмены особого статуса (бывшего) штата “Джамму и Кашмир”, проведенной уже после парламентских выборов.

Почти единодушно отмечается отсутствие “заслуг” ИНК в итогах голосования в “Махараштре” и “Харьяне”. Однако указанные итоги рассматриваются как появление для партии “окна возможностей”. Ответ на вопрос, сможет ли она им воспользоваться, полностью зависит от перспективы консолидации руководства ИНК и более эффективной координации с политическими союзниками.

Наконец, необходимо отметить, что характер взаимодействия Индии с ведущими мировыми державами определяется факторами глобальных изменений мировой политической карты последних 30-и лет и почти не зависит от партийной принадлежности правительства Индии.

Что же касается “местно-регионального” уровня, в частности отношений с Пакистаном (и стоящим за ним Китаем), то здесь у БДП и ИНК наблюдаются весьма существенные “нюансы”.

В том числе поэтому процесс трансформации электоральных предпочтений 1,3 миллиарда индийцев заслуживает дальнейшего внимания.

Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×