04.06.2019 Автор: Владимир Терехов

Дональд Трамп в Японии

55

Из всех лидеров других стран для президента США Дональда Трампа наиболее частым собеседником является премьер-министр Японии Синдзо Абэ. Они находятся практически в постоянном контакте, используя для этого как телефонную связь, так и непосредственные встречи в двустороннем формате, а также разнообразные международные площадки.

Кроме того, периодический “зондаж ситуации на месте” осуществляют ответственные лица обеих администраций. Так, за день до последнего четырёхдневного визита Д. Трампа в Японию, состоявшегося 25-28 мая с.г., Токио посетил советник по национальной безопасности Джон Болтон.

Приоритетное внимание, которое среди ближайших союзников США уделяют Японии, имеет предельно простое объяснение. Центр тяжести мировой геополитической игры, а вместе с ним и ключевые интересы Вашингтона уже давно смещаются из Евроатлантики в регион Индийского и Тихого океанов. Здесь располагается Китай – ныне главный источник геополитических вызовов этим интересам, а следовательно, резко возрастает роль региональных союзников де-юре и де-факто.

Важнейшим из них является Япония, отношения с которой принимают существенно более сложный характер, чем это было до недавнего времени и тем более в период холодной войны. Сохраняя крайнюю заинтересованность в поддержании и укреплении военно-политических связей с США, установленных почти 70 лет назад, Япония в последние годы всё более определённым образом позиционируется на мировой арене в качестве вполне самостоятельной участницы “высшей лиги” глобальной политической игры.

У неё собственные виды на развитие отношений с такими ведущими оппонентами Вашингтона, каковыми являются Пекин и Москва. Впрочем, и к выстраиванию отношений с обеими Кореями, то есть с гораздо менее значимыми участницами игры в регионе Северо-Восточной Азии, у Токио свои подходы.

Кроме того, Япония (наряду с КНР и ЕС) оказывается в перекрестии прицела новой американской стратегии в области международной торговли, призванной ликвидировать образовавшиеся в ней “дисбалансы” не в пользу США. С Японией он достигает порядка 70 млрд долл. в год. Это, конечно, не 400 млрд долл., которые Вашингтон ежегодно теряет в торговле с Пекином, но сумма тоже весьма значительная и, главное, нетерпимая для нынешнего американского президента.

То есть накопился комплекс самых разных вопросов, обсуждение которых потребовало очередной встречи руководителей обеих стран–союзниц. Подходящим поводом для неё оказалась необходимость непосредственного выражения президентом ключевому союзнику знаков уважения к вступившему 1 мая на японский престол императору Нарухито. Что и было сделано 27 мая.

Отметим, что поездка Д. Трампа в Японию прошла на фоне серии испытаний ракет малой дальности, проведенных КНДР в начале мая, то есть всего двумя-тремя неделями ранее. На глазах “больших дядей”, озабоченных проблемами столь же “большой политики”, северокорейский «шалун» запустил очередной плоский кругляш по поверхности Японского моря и, с интересом наблюдая за его прыжками над водой, ожидал, что будет.

В общем, ничего серьёзного не случилось, если не считать ритуальных возмущений со стороны нескольких персон, включая тех же С. Абэ и Дж. Болтона. Последний в связи с этим был удостоен представителем МИД КНР характеристики “поджигателя войны” и “дефективного продукта человеческого развития”.

Ничего даже близко похожего официальный Пхеньян уже давно не позволяет себе относительно американского президента, с которым планируется продолжение курса на двусторонний диалог. Кстати, и факт упомянутых запусков северокорейских ракет Д.Трамп, видимо, склонен оценивать в качестве мелких шалостей регионального “анфан террибль”, на которые не стоит реагировать излишне серьёзно. В очередной раз выясняется, что американский президент резко расходится в подходах к оценкам некоторых ситуаций на международной арене со своим советником – “ястребом” Дж.Болтоном.

Вербально более жёстко, чем Д.Трамп оценил эти запуски и С. Абэ. Обратим, однако, внимание на крайне важный нюанс, заключающийся в том, что задолго до этих запусков (по крайней мере, с лета прошлого года) японский премьер проявлял желание улучшить отношения с КНДР. Сначала при выполнении Пхеньяном некоторых условий (среди которых основное место занимала так называемая “проблема похищенных”), но к концу 2018 г. – уже без всяких условий. Примечательно, что и после упомянутых запусков С. Абэ подтвердил готовность к “безусловной” встрече с северокорейским лидером.

Однако на проведение такой встречи требовалось получить “добро” Вашингтона. Здесь важно принять во внимание следующие моменты. Из них первый связан с фактической ролью КНДР в региональной игре тех самых “больших дядей”. На авторский взгляд, в этой роли фактор обладания Пхеньяном ракетно-ядерным оружием занимает второстепенно-вспомогательное место.

КНДР интересна выполнением в регионе функций того субъекта, который, не отличаясь обширным умом, очень полезен. Всем “дядям” сразу (возможно, за исключением России), но каждому по-своему. Кстати, это отнюдь не исключение из правил, а скорее само правило в нашем жестоком, увы, политическом мире. Взять, хотя бы, того же беспокойного российского соседа, “незалежность” которого базируется только на его упоминании в списке стран-членов ООН.

Для Японии (и здесь мы переходим к пункту “во-вторых”) упомянутая роль КНДР расщепляется на две достаточно противоречивые компоненты. С одной стороны, Пхеньян десятилетиями был едва ли не главным источником “внешней угрозы”, от которой надо было защищаться с помощью (в том числе) строительства собственных вооружённых сил. Которых, согласно п. 2 статьи 9 Национальной конституции, не должно быть, но они, тем не менее, есть и уже являются одними из самых мощных в мире.

В тоже время КНДР нужна Японии как важный инструмент во всё более сложных отношениях с Южной Кореей при сужении в них пространства для компромиссов. Напомним, что ещё в 2013 г. Токио предпринимал попытки налаживания отношений с Пхеньяном под предлогом решения “проблемы похищенных”. Однако в Вашингтоне почувствовали “запах измены” в едином фронте противостояния с “тоталитарным режимом Кимов” и уже было установившиеся официальные японо-северокорейские контакты пришлось прервать.

Теперь, повторим, С. Абэ получил “добро” на их возобновление. Это очень важный для Токио бонус, позволяющий, во-первых, подключиться к играм, которые “старший брат” ведёт на Корейском полуострове в последние два года. Во-вторых, в ходе предстоящих переговоров с северокорейским лидером, которые вполне возможно могут начаться уже в конце июня в Осаке на полях очередного саммита G-20, Япония будет решать и сугубо собственные проблемы в связи с общей ситуацией в СВА.

Очевидно, что такого рода “бонусы” не предоставляются “за просто так”. Они являются продуктом обсуждения всего накопившегося пакета вопросов в американо-японских отношениях. Для США сегодня важнейшее значение приобретают два: “С кем вы, господа японцы, в нашем обостряющемся противостоянии с китайцами, и когда, наконец, закончится это безобразие в наших двусторонних торговых отношениях”.

Что касается первого вопроса, то С. Абэ постоянно (и на последнем саммите с Д. Трампом тоже) подчёркивает приверженность своей страны укреплению военно-политического союза с США.

Кроме того, обратило на себя внимание прекращение сотрудничества с китайской Huawei известной японской компании Panasonic, о чём агентство Reuters сообщило за два дня до прибытия американского президента в Японию. Panasonic продавала китайской компании (являющейся сегодня главным объектом глобальной атаки Вашингтона на Пекин) важные комплектующие элементы для её IT-продукции. В 2018 г. такой продукции было поставлено на 3,6 млрд долл. Об аналогичном решении заявило и японское отделение международной торговой сети Amazon.

В связи с этими решениями китайская Global Times задаётся крайне актуальным вопросом: “Устоит ли Япония перед требованием США занять позицию сдерживания Китая?”. Автор предлагает собственный вариант ответа: “Устоит. Хотя Токио и предпримет меры, призванные продемонстрировать приверженность союзническим обязательствам”.

Япония присоединилась (как, впрочем, и КНР) к требованиям США прекратить закупки иранской нефти. При этом С. Абэ ответил положительно на просьбу Д. Трампа сыграть посредническую роль в отношениях Вашингтона с Тегераном. Однако в самом Иране к этой идее отнеслись без видимого энтузиазма, настаивая на прямых переговорах с США.

Что касается центральной проблемы американо-японских отношений последних лет, связанной с упомянутыми выше “безобразиями” в торговле, то, судя по всему, ничего толком пока решить не удалось. И главным образом этим эксперты объясняют отсутствие “Совместного заявления” по окончании саммита, вместо которого оба лидера ограничились лишь выступлениями перед журналистами.

В июле С. Абэ ждут крайне важные выборы в верхнюю палату парламента и ему совсем ни к чему накануне их проведения злить собственных фермеров уступками Д. Трампу облегчением доступа на японский рынок американской сельхозпродукции. Это понимает и Д. Трамп. Впрочем, у него через год свои выборы и ему тоже нужны успехи на внешнеполитической арене.

Косвенным образом обозначенная выше ключевая проблема присутствовала и в ходе посещения обоих лидеров японского вертолётоносца Kaga. Этот корабль будет первым из серии аналогичных военных судов, которые подлежат переоборудованию под базирование на них (в количестве 8-10 единиц) истребителей пятого поколения укороченного взлёта и вертикальной посадки F-35B, разработанных американской компанией Lockheed Martin.

На палубе корабля Д. Трамп объявил (как о вполне решённом деле) перспективе закупки министерством обороны Японии “дополнительной партии” истребителей F-35 разных модификаций в количестве порядка 100 единиц. С чем и поздравил ключевого союзника. Лидер последнего, однако, воздержался от комментариев данного пассажа. Напомним, что в настоящее время свыше 40 F-35 уже изготавливаются японской компанией Mitsubishi в кооперации с той же Lockheed Martin.

Отметим, что вплоть до недавнего времени в МО Японии говорили, скорее, об “изучении” такой перспективы. Кроме того, в японских экспертных кругах (как, впрочем, и в самих США) звучали претензии к качеству и характеристикам F-35, говорилось о желательности “довести до ума” собственные аналогичные разработки и вообще неактуальности именно сейчас тратиться на столь дорогостоящие закупки.

Автор, однако, подозревает, что как только на конкретных переговорах что-то подобное прозвучит с японской стороны, американский vis-à-vis выкатит примерно следующий контраргумент: “Что-то ваша Toyota шибко много себе позволяет на наших рынках, а наше мясо вы к себе вообще не пускаете”. Кстати, Д. Трамп уже говорил нечто похожее. После этих слов с качеством и характеристиками истребителей F-35, а также актуальностью их закупок Японией сразу станет “всё OK”.

Следующий сеанс всё более сложных манёвров лидеров США и Японии произойдёт через месяц в Осаке. Будем наблюдать.

Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×