23.05.2019 Автор: Владимир Терехов

Индия в условиях “перестройки”

3221

Слово “перестройка” (rejigging) занимает центральное смысловое место в недавней статье популярного издания Indian Express, посвящённой стратегии поведения Индии на внешнеполитической арене в отношениях с ведущими мировыми державами. Опубликованный газетой текст заслуживает внимания и потому, что её автором является один из наиболее авторитетных индийских экспертов С. Раджа Мохан.

Отметим, что приведенное выше слово, содержащее в себе самую зловещую для подавляющего большинства россиян коннотацию, на самом деле абсолютно нейтрально. Как и все прочие словесные значки, обозначающие некие реальные явления.

Автор настоящей статьи, описывая примерно тоже самое, предпочитает использовать другие слова, например, “радикальные изменения”. Но оба эти термина одинаковым образом отражают текущие процессы в мировом политическом пазле, в котором С. Раджа Мохан ищет наиболее оптимальный (с его точки зрения) образ поведения собственной страны.

Как правило, явления, обозначаемые словами “перестройка” и “радикальные изменения” содержат в себе “скоростную” характеристику. Процессы, сопровождающие указанные явления, протекают “быстро” (по историческим меркам). И автор статьи в Indian Express, обращая на это внимание, подчёркивает “кратковременность окна возможностей” для Индии, если она намерена ими воспользоваться.

При этом, естественно, не рассматриваются перемещения всех элементов мирового политического пазла, а выделяются среди них основные, что методологически абсолютно верно. При изучении любой сложной системы неизбежно приходится “обрезать” некоторые относительно второстепенные элементы. Но таким образом, чтобы упрощенная модель несильно (в некотором смысле) отличалась от реальной системы.

С. Раджа Мохан ограничивается оценкой динамики процессов в треугольнике “США-Китай-Россия” и данная модель нуждается в комментариях. Во-первых, сама схематизация реальных мировых политических процессов в виде “квадратиков-государств”, связанных неким образом между собой, не учитывает (нередко крайне важных) процессов, протекающих внутри каждого из них. С этим связаны, например, проблемы с ответом на вопрос, что такое ныне главный квадратик “США” и чем мотивированы его манёвры на пространстве мирового пазла. Впрочем, индийским экспертом затрагивается фактор внутриполитической борьбы в США.

Во-вторых, современная Индия отнюдь не является посторонним наблюдателем и лишь объектом “Большой мировой игры”, но во всё большей мере её активным участником первостепенной значимости. То есть Индию следует включить в число ведущих мировых игроков, каждый из которых занимается собственным маневрированием в том самом “кратковременном окне возможностей”.

Не следует также упускать из виду Японию и Германию, которые (и в этом проявляется ирония истории) без единого выстрела, а также излишних военных расходов существенным образом добились того положения на мировой арене, которого не смогли достичь ценой гигантских (своих и чужих) потерь во время Второй мировой войны.

Отметим, что Япония всё более определённо рассматривает Индию в качестве одного из основных стратегических партнёров. Что касается Германии, то её активность в Азии проявляется как в формате двусторонних отношений с основными странами континента, так и через структуры ЕС.

Пожалуй, для составления самого общего представления о том, что происходит в мировом политическом пазле, хватит рассмотрения системы отношений, складывающейся в обозначенной шестёрке ведущих игроков. Если же речь идёт о деталях происходящего в отдельных регионах, то потребуется, конечно, подключить такие его элементы, как Великобритания, Франция, обе Кореи, Тайвань, Австралия, Вьетнам, Индонезия, Пакистан, Иран, Турция, Израиль, Бразилия.

Однако индийский эксперт перспективы своей страны, её проблемы и “возможности” связывает с тем, что она оказывается сегодня в условиях сложного выбора между участницами двух предельно простых связок, которые формируют лишь США, КНР и РФ. Первую образуют две главные мировые экономики (США и КНР), которые “вместе производят около 40% глобального ВВП”, вторую – две основные ядерные державы (США и РФ). Для оценки реальной ситуации в этих связках и в треугольнике в целом автор предлагает индийскому правительству воспользоваться предстоящими саммитами ШОС (Бишкек, середина июня) и G-20 (Осака, конец июня).

Комментируя неудачу последнего раунда американо-китайских переговоров на тему разногласий в двусторонней торговле, С. Раджа Мохан полагает, что в США, видимо, пришли к выводу о системном характере проблематики отношений с Китаем, которая отнюдь не ограничивается торгово-экономической сферой. С чем полностью согласен автор уже настоящей статьи. Подтверждением данной позиции может служить ситуация вокруг Тайваня, постоянно обсуждаемая в НВО, на которую ссылается и С. Раджа Мохан.

Индийский эксперт обращает также внимание на недавнее (достаточно скандальное) заявление руководителя отдела планирования политики госдепартамента Кирон Скиннер о том, что в отличие от периода противостояния с СССР (“который так или иначе принадлежал Западу”), сегодня США и Китай разделяет непроходимая цивилизационная пропасть.

Развивая тему нюансов “цивилизационного” плана и ссылаясь опять-таки на некие американские источники, С. Раджа Мохан полагает, что у Д. Трампа есть возможности и он стремится резко улучшить отношения с РФ, но ему всячески препятствует в этом “глубинное государство в Вашингтоне”.

На взгляд автора, предложенная индийским экспертом картина всё же излишне упрощена. На поведении страны не может не отражаться (и серьёзным образом) характер отношений с такими соседями, как Пакистан и Иран. Это вполне самостоятельные и важные игроки с собственными внешнеполитическими предпочтениями. О том, чем чревато для Индии обострение отношений с Пакистаном, можно судить по недавним событиям в районе “Разделительной линии” в Кашмире (которая, подчеркнём, не является признанной границей).

Что касается Ирана, то трудно переоценить значимость для Индии вопроса реагирования на требование США присоединиться к полному запрету импорта иранской нефти. В комплексе проблем, сопутствующих судьбе так называемого “Совместного всеобъемлющего плана действий” (Ирана и партнёров по данному документу), этот вопрос обсуждался в ходе состоявшегося 15 мая визита в Дели министра иностранных дел Ирана Джавада Зарифа. В ходе прошедших переговоров его коллега Сушма Сварадж заявила, что указанный вопрос будет решаться после завершения 23 мая парламентских выборов.

Наконец, представляется уместным в рамках данной статьи затронуть (вновь актуализированную СМИ) тему сделки по закупке Индией партии некоторых видов российских вооружений (прежде всего, систем ПВО С-400), крупнейшей за многие годы. Напомним, что в течение десятилетий кооперация в сфере производства и торговли оружием является главной компонентой российско(советско)-индийского сотрудничества.

Отметим также, что в условиях катастрофы второй половины 80-х-90-х годов частичное выживание российского ВПК едва ли не в решающей степени стало следствием резкого увеличения заказов со стороны оборонных ведомств Индии и частично КНР. Этот фактор действовал в критически важный период второй половины 90-х-начала нулевых годов.

Сегодня Индия имеет возможность покупать по доступным ценам современную продукцию комплекса, в спасении которого она приняла самое непосредственное участие. Двустороннее военно-техническое сотрудничество развивается не без проблем, но это проблемы “рабочего плана”, существенным образом вызванные обостряющейся конкуренцией на рынке вооружений.

С фактором конкуренции связываются и некие “утечки из достоверных источников” о предложениях США в адрес Индии заменить российские С-400 американскими системами THAAD.

Но если даже такие предложения действительно имеются, с высокой вероятностью они не будут иметь никаких последствий для упомянутой российско-индийской сделки. Которая была подтверждена в конце декабря 2018 г. на встрече министров обороны Сергея Шойгу и Нирмалы Ситараман. Особо подчеркнём, что это случилось после поездки Н. Ситараман в США и её переговоров с тогдашним американским коллегой Дж. Мэттисом.

Вряд ли может вызывать сомнения, что при любом сценарии развития событий в двусторонних отношениях в целом и в сфере оборонной кооперации в частности, а также “перестроек” в стратегическом треугольнике “США-Китай-Россия” Москва останется в качестве одной из самых значимых фигур в шахматной игре, которую сегодня ведёт Дели.

Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×