24.04.2019 Автор: Константин Асмолов

К итогам апрельской сессии Верховного народного собрания КНДР

11 апреля 2019 г., в Мансудэском дворце съездов КНДР началась первая сессия Верховного народного собрания 14-го созыва. Это очень важное событие в политической жизни страны и ожидалось, что на ней будет озвучено новое видение политики дальнейшего развития КНДР и проведены важные кадровые перестановки.

Незадолго до того, 10 апреля прошел 4-ый пленум ЦК ТПК 7-го созыва. Именно там Ким произнес фразу о строительстве самостоятельной экономики как ударе по санкциям, ставшую поводом для медиаистерики. Кроме того, на пленуме решались организационные вопросы. Пак Пон Чжу и Ли Ман Гона избрали заместителями председателя ЦК партии, частично сменился состав Центрального Военного Комитета ТПК и заведующих отделами ЦК партии.

Что же до сессии Верховного народного собрания (ВНС), то она привлекала внимание с 10 марта 2019 г., когда в стране прошли выборы, и стало известно, что, в отличие от младшей сестры, Ким Чен Ын не вошёл в список депутатов. Обратили внимание и на то, что если пять лет назад на выборах в Верховное народное собрание 13-го созыва северокорейский лидер отдал свой голос представителю военных кругов, в этот раз Ким проголосовал на избирательном участке в Политехническом институте имени Ким Чхэка, символически подтвердив направленность политики в сторону развития науки и экономики.

ВНС – однопалатный парламент. 687 депутатов избираются прямым тайным голосованием на пятилетний срок. Сессии Верховного народного собрания проходят один раз в год и обычно длятся один день. В перерыве между сессиями законодательная власть сосредоточена в руках президиума Верховного народного собрания.

16,2% депутатов составляют рабочие, 9,6% — сельхозкооператоры, 17,2% — военнослужащие, остальные относятся к номенклатуре. 4,8% депутатов моложе 39 лет, 63,9% – с 40 по 59 лет, а 31,3% – старше 60 лет. 94,8% — обладатели знаний на уровне выпускника университета.

Женщины составляют 17,6% депутатов. Мало, но, по данным Межпарламентского союза, среди депутатов Национального собрания РК женщин еще меньше — 17,1% депутатского корпуса. Это гораздо ниже среднемировой отметки, составляющей 24,3%.

Главным событием сессии стало переизбрание Ким Чен Ына на пост председателя Госсовета (иногда этот орган переводят как Комиссию по государственным делам). Ким был избран на этот пост в июне 2016 года, когда Госсовет только создали. Хотя после этих выборов прошло всего три года, его новый пятилетний срок руководства технически должен начинаться с начала работы вновь сформированного парламента.

Ряд руководящих постов заполнился новыми фигурами. 90-летний Ким Ён Нам, бессменный председатель Верховного народного собрания, наконец ушел в отставку, и его место занял Чхве Рён Хэ, который «почтительно предложил» выдвинуть Ким Чен Ына на пост председателя Госсовета. Ранее Чхве был «заместителем» Кима по партийной линии и сейчас занял целый ряд руководящих постов: кроме руководителя ВНС, он первый зампред Госсовета КНДР, глава организационно-руководящего отдела ЦК ТПК и член Постоянного комитета Политбюро.

Поменяли и премьер-министра. Пак Пон Чжу заменил Ким Чжэ Рён (которого ранее пленум ЦК ТПК избрал членом ЦК и членом военного комитета ТПК), однако Пак занял пост зампреда Госсовета. Также в состав этого высшего органа власти вошли как новые партийные боссы типа Ли Ман Гона, так и участники переговорного процесса с США — глава парламентской комиссии по иностранным делам Ли Су Ён, главный переговорщик Северной Кореи по ядерным вопросам Ким Ён Чхоль и Чхве Сон Хи (нет только Ким Хёк Чхоля).

Привлекает внимание и доклад об итогах исполнения государственного бюджета за 2018 г. и государственного бюджета на 2019 г. Там, в частности, приводятся данные о структуре расходов — 47,6% общей суммы расходов ушло на развитие народного хозяйства, включая благоустройство уезда Самчжиён, строительство Вонсан-Кальмаской прибрежной туристической зоны и Оранчхонской и Танчхонской гидроэлектростанций, создание современных лесопитомников.

36,4% расходов пошло на всестороннее развитие социалистической культуры, куда, однако, отнесли и расходы на спорт, образование и здравоохранение. Расходы на укрепление оборонной мощи составили 15,8% общей суммы ассигнований, причем в 2019 г. их процент не поменялся.

Однако самое важное на сессии – объявление новой стратегии. В течение мероприятия Ким выступил с целым рядом речей, в том числе программной «О социалистическом строительстве, внутренней и внешней политике правительства Республики на данном этапе».

В целом от речей складывается ощущение, что существующий период разрядки – вещь желательная, но недолгая, и, несмотря на хорошие личные отношения с президентом Трампом, Ким Чен Ын понимает, что лидер США неспособен одной подписью сразу же развернуть американскую государственную машину в другом направлении. Ещё в новогодней речи Ким предупреждал о наличии плана «Б», и здесь этот намек прозвучал снова. Однако что будет, если разрядка закончится? Будет новое усиление санкций, которое фактически превратится в блокаду или тотальное эмбарго. В этой ситуации северокорейская экономика должна быть организована так, чтобы выдержать этот удар.

Кроме того, тот рост качества жизни, который почувствовали на себе жители КНДР в последние годы, не должен останавливаться или проваливаться вниз. Ким много говорит об идеологической мобилизации масс, установлении социалистического образа жизни и морально-нравственной атмосферы, но при этом он понимает, что людям нужна не только идеология, но и печеньки в магазинах или яркие детские рюкзаки.

Поэтому Ким указывает в качестве первоочередной задачи развитие самодостаточной экономики. При этом в качестве первоочередных целей он упоминает объекты, имеющие комбинированное политическое и экономическое значение. Взять, например, развитие района Самчжиён, который намерены превратить в «нормативный культурный городок в горной местности, где сконцентрирована современная цивилизация, и в идеальный уголок социализма». С одной стороны, выбор именно этого места как «образцового города» продиктован идеологическими соображениями. С другой стороны, по меркам КНДР, это глушь и вот в этой глуши строится, по сути, пилотный проект городка нового типа с соответствующей инфраструктурой и большим количеством сельскохозяйственных предприятий нового типа, в том числе по производству картофеля.

… И снова, будто невзначай, говоря о развитии энергетики, Ким упоминает, что «нужно разрабатывать и создавать больше мощностей перспективных энергоресурсов, включая гидроэнергетику, энергию приливов и атомную энергию». Заметим, что об этом он говорил и в новогодней речи, и это ответ на вопрос: есть ли у Северной Кореи иные ядерные объекты, кроме реактора в Ёнбёне.

Не менее важна автору реплика о том, что правительство «должно усовершенствовать юридическую систему государства и укрепить роль закона в общественной жизни государства». Ранее намеки в эту сторону делались, но в данном случае Ким фактически прямо говорит о необходимости перестройки законодательства и борьбе с коррупцией и иными пороками бюрократической системы. Не случайно новым главой комиссии ВНС по подготовке законов назначен Чхве Бу Иль, ниша которого примерно равнозначна посту министра внутренних дел.

Конечно, наибольший интерес вызывают высказывания Кима по поводу разрядки на полуострове. Благо эксперты подсчитали, что в его речи слово «США» встречается 26 раз, Южная Корея — 8 раз, а Китай и Россия не были упомянуты.

Ким довольно правильно понимает причины, побудившие Соединенные Штаты к изменению курса: «США, почуявшие опасность своей материковой части от реальности резкого развития наших ядерных сил, пришли на место переговоров и, с одной стороны, щупают котомку улучшения отношений и мира. А с другой стороны, отчаянно цепляясь за происки экономических санкций, изо всех сил лезут вон повернуть наш путь назад и уготовить условие для осуществления первым делом разоружения, а затем притязания на свержение строя».

Действительно, даже теоретическая возможность достижения территории США северокорейской ядерной ракетой ставит их перед неприятным выбором «война или переговоры». Трамп пытался избежать этого выбора, сначала де-факто продолжая линию Обамы (но укрепив ее «вторичным бойкотом»), а затем, возможно, нашел вариант, при котором переговоры ведутся, а процесс поставлен на паузу. По мнению Кима, это было «имеющее огромное значение событие, повернувшее вспять серьезную ситуацию, с каждым днем все более мчавшуюся на грань войны».

Но так как США не собираются снижать планку давления, Ким исходит из того, что «противопоставление между нами и США во всяком случае продлится, а также санкции враждебных сил все же продолжатся».

Также на сессии ВНС Ким впервые высказался о ситуации на Ханойском саммите. Его замечания во многом зеркально повторяли реплики американской стороны о том, что КНДР была не готова к их предложению. США «были не в готовности решать вопрос, сидя визави с нами, и не было у них явных направлений и методики». И в этом контексте саммит в Ханое «возбуждает сильное сомнение, правы ли были наши шаги, выходившие из стратегического и смелого решения», и заставил «питать настороженность, поистине имеют ли США намерение к улучшению корейско-американских отношений». Отметил он и раздражающие действия более позднего времени, включая военные учения.

Таким образом, Ким фактически выразил сомнение, правильным ли был его курс на диалог с Америкой. Возможно, этот пассаж отражает то, что подобные сомнения присутствуют не только у Кима, но и в руководстве КНДР вообще. Опять-таки вспомним, что говорила Чхве Сон Хи про то, что перед саммитом Ким получал письма и петиции с просьбой не сдавать позиций.

Тем не менее Ким подтвердил, что диалог не разорван, и в целом он не против третьей встречи, однако она должна пройти конструктивно, и со своей позиции северяне не сдвинутся ни на шаг. У Пхеньяна «нет радости и воли к повторению» очередного бесплодного саммита, и «в условиях наличия закоренелого чувства вражды между КНДР и США обоим сторонам следует бросить взаимные односторонние требования и найти конструктивный метод решения, соответствующий интересам каждой из сторон».

Многое из уст Кима было похоже на мартовское выступление Чхве Сон Хи. США должны сменить свою систему «политических калькуляций», и если они найдут «методику, которую можно разделить с нами с верной позицией», то третьему саммиту быть. Ким готов подписать «справедливое содержание, которое соответствует интересам КНДР и США и приемлемо обеим сторонам». Хотя вообще-то «нет необходимости привязываться к саммиту с США из-за некого вопроса отмены санкций от невыносимости».

При этом Ким воздерживался от грубостей в адрес США и даже специально отметил, что «частные отношения между нами с Трампом не являются враждебными, как отношения между двумя странами, и мы по-прежнему сохраняем прекрасные отношения, и если захочется, то в любое время сможем друг с другом обмениваться письмами, осведомляясь о здоровье».

Более того, по сути, Ким поставил дедлайн: он будет «с терпеливостью ждать смелое решение США до конца нынешнего года», но «если США будут настаивать на текущем политическом способе расчета, перспектива решения вопроса будет мрачна и весьма опасна».

Это очередное указание на возможный план Б, но, кроме того, к концу 2019 года окончательно станет понятно, насколько Трампу удастся укрепить свое политическое положение, и будет ясно, выиграет ли он президентские выборы 2020 года. Это очень важно для Кима, потому что даже если они с Трампом добьются полного согласия, где гарантия, что преемник Трампа не дезавуирует шаги предшественника. Поэтому вопрос о договоренности на третьем саммите – это вопрос о договоренности с Америкой в целом, а не с конкретным Трампом. А здесь прогноз скорее пессимистический.

Значительная часть выступления была посвящена межкорейским отношениям и содержала завуалированный вопрос Муну: «на чьей ты стороне?». Ким отмечает, что «США откровенно принуждают южнокорейские власти к «регулированию темпа» и со всех сторон пытаются подчинить выполнение межкорейских соглашений своей политике санкционного давления на КНДР».

Ким подчеркивает, что южнокорейское руководство должно действовать не в духе низкопоклонства перед внешними силами и «служения старшему» (в данном случае США), а солидаризоваться с КНДР. Ему «следует положить конец духу преклонения перед великой державой и политике опоры на внешние силы, нарушающей совместные интересы нации, и подчинить все оздоровлению межкорейских отношений».

«Южнокорейские власти не должны заглядывать и вперед, и назад, держа нос по ветру, и вести себя как бесцеремонный «арбитр» и «катализатор», торопясь с чрезмерно суетным вояжем, а должны в своем уме достойно поднять свой голос как один член нации, и стать заинтересованной стороной, защищающей интересы нации».

Таким образом, нынешнюю стратегию КНДР можно описать русской пословицей «надейся на лучшее, готовься к худшему». Ким понимает, что в стратегической перспективе разрядка на полуострове может прекратиться, но стремится продлить «мирную передышку» как минимум до конца года, готовя экономику страны к новым возможным испытаниям. С другой стороны, он, как и Трамп, старается повысить ставки. Увидим, что из этого получится.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×