26.02.2019 Автор: Владимир Терехов

О “продаже” Пакистану китайского авианосца

3VAPDSUGCVDOBN24VFXWXPT5VA

5 февраля издание Navy Recognition (входящее в группу аналогичных онлайн–изданий, зарегистрированных в Бельгии) с туманной отсылкой к неким “китайским военно-политическим планам”, сообщило «сенсационную новость», быстро ставшую предметом комментариев в мировых СМИ.

И понятно, почему, ибо сообщается о возможности продажи Пакистану пока единственного китайского авианосца “Ляонин”, то есть уникальной боевой морской платформы, общее количество которых в мире находится в районе двух десятков. Из них половина самых крупных и наиболее боеспособных (которые, собственно, и можно называть “настоящими авианосцами”) входят в состав ВМС США. Что существенным образом служит базой обеспечения американского контроля мирового океана.

Представляются примечательными некоторые пассажи в статье-комментарии к содержащейся в ней новости. Например, тот, в котором говорится о необходимости для “Пакистана–союзника Китая уравновесить военную мощь Индии на море”.

Из комментариев Navy Recognition и других изданий следует, что в данном случае речь идёт не о рядовом акте купли-продажи некоторой единицы военной техники, каковых в пакистано-китайских отношениях за несколько последних десятилетий было много. Продажа (гипотетическая) Пакистану китайского авианосца затрагивает ключевые аспекты состояния и развития политической игры в субрегионе Южной Азии (важной составляющей региона Индийского и Тихого океанов), а также стратегий её основных участников. К таковым относятся те же Китай, Пакистан, Индия и, конечно, США.

На авторский взгляд, сам факт данного информационного “вброса” является одним из проявлений возобновившейся китайско-американской “борьбы за Пакистан”. Ибо, похоже, что “уходя” из Афганистана, Вашингтон хочет “вернуться” в Пакистан (чему будет противодействовать Пекин).

Однако прежде чем продолжить тему места (гипотетической, ещё раз подчеркнём) сделки с “Ляонинем”, полезно напомнить некоторую связанную с этим авианосцем фактуру.

Корабль стал результатом глубокой модернизации бывшего советского (недостроенного) авианесущего крейсера “Варяг”, доставшегося Украине после развала СССР. В конце 90-х годов он был продан КНР за символическую сумму, “доведён до ума” и в конце 2012 г. введён в состав ВМС Китая под названием одной из северо-восточных провинций страны. Основным вооружением авианосца является группа из 24 истребителей J-15, которые представляют собой модернизированную копию российских Су-33.

Несмотря на то, что по характеристикам и боевому потенциалу “Ляонин” не может составить конкуренцию каждому из 11-и современных американских ударных авианосцев (оснащённых ядерными силовыми установками и палубными катапультами), его появление в составе китайских ВМС свидетельствует о преодолении ВПК Китая важной ступени на пути быстрого развития.

Основная цель программы модернизации и принятия на вооружение “Ляонина” заключалась в приобретении опыта в разработке и последующей эксплуатации совершенно новой и крайне сложной боевой системы. Этот опыт используется в процессе проектирования и строительства серии новых авианосцев, из которых второй (фактически однотипный с “Ляонином”) сейчас находится на стадии ходовых испытаний.

Согласно озвученным десять лет назад планам, к концу двадцатых годов будут построены ещё 4-5 уже “настоящих” авианосцев. Их тактико-технические характеристики будут сопоставимы с новейшими американскими кораблями данного класса.

Однако “Ляонин” используется не только в качестве “учебной лаборатории”, но участвует также в акциях “демонстрации флага” в крайне важных для КНР ареалах мирового океана. Наиболее заметной из подобного рода акций стал “круиз” вокруг Тайваня (с выходом в акваторию Тихого океана через пролив Мияко в японском архипелаге Рюкю), совершённый в конце декабря 2016 г. отрядом кораблей китайских ВМС во главе с “Ляонинем”.

Основными адресатами месседжа, посланного указанной акцией, были США, Япония и Тайвань. Американским военным планировщикам было показано, что не удастся “запереть” ВМС КНР в прибрежных водах, ограниченных на востоке так называемой “Первой островной линией” (то есть теми же архипелагом Рюкю и Тайванем, а также Малайским архипелагом).

Месседж в сторону Токио сводился к демонстрации готовности КНР побороться с Японией за контроль как раз прибрежных вод, включающих в себя ареалы Японского и Жёлтого морей, Тайваньский пролив, а также обоих “китайских” морей (Восточного и Южного).

Госпожа Цай Инвэнь, избранная к тому времени тайваньским президентом, получила сигнал о том, что не следует увлекаться политическими играми в независимость острова.

Весомость всем этим посланиям придавало главным образом то, что отряд китайских кораблей, осуществивший данную акцию “демонстрации флага” в западной части Тихого океана, возглавлял первый в составе ВМС КНР авианосец.

Что касается Пакистана, то сделка по закупке данного корабля может случиться (если вообще произойдёт) не сейчас и не в ближайшие годы. Сам Китай пока располагает, повторим, только одним авианосцем. Второй такой же войдёт в состав китайских ВМС едва ли раньше конца 2021 г. Как выше говорилось, Китай планирует сформировать несколько современных авианосных ударных групп только к концу следующего десятилетия.

К тому времени “Ляонин” выполнит свою главную функцию приобретения опыта проектирования, строительства, эксплуатации и (будем надеяться, имитации) боевого применения такой крайне сложной системы вооружения, как авианосец. При этом корабль будет находиться во вполне рабочем состоянии, ибо нынешний “Ляонин” унаследовал от “Варяга” только корпус, а все его системы (включая двигательную установку) новые.

То есть где-то к 2030 г. его действительно можно будет продать той стране, которая проявит к нему интерес. Между тем никакой официальной реакции со стороны Пакистана на “журналистский вброс” пока не последовало. Более того, было бы странным, если бы такая реакция появилась, принимая во внимание тяжесть текущих проблем страны. На их фоне выглядело бы профанацией озвучивание официального отношения к (заведомо дорогостоящему) проекту, который может быть практически рассмотрен и реализован не ранее, чем через 10 лет.

Здесь можно сослаться на нечто похожее, случившееся свыше десяти лет назад в Индии. Во второй половине прошлого десятилетия в США решили “перебить” проект приобретения индийскими ВМС советско-российского авианесущего крейсера “Адмирал Горшков”. Судно проходило тогда трудную, затянувшуюся во времени модернизацию на российских вервях, завершившуюся, в конце концов, появлением в составе индийских ВМС авианосца “Викрамадитья” (близкого по характеристикам “Ляонину”). В самый разгар упомянутых “трудностей” США (“задаром”) предложили Нью-Дели “настоящий” авианосец Kitty Hawk.

После несложных размышлений предложение было отвергнуто. И даже не по соображениям политического плана, занимающим важное место в индийской практике военно-технического сотрудничества. Решающую роль сыграла чистая прагматика. Индия просто не располагает необходимой логистикой для обслуживания военных кораблей таких размеров (Kitty Hawk в полтора раза больше и неизмеримо сложнее “Викрамадитьи”). Кроме того, у неё не оказалось “под рукой” команды из шести тысяч моряков необходимой квалификации, а “задаром” оказалось фикцией. Ибо стоимость только 80-и разного типа палубных самолётов авианосца Kitty Hawk (спущенного на воду в 1960 г.) дороже самого этого корабля.

Вполне вероятно, что схожие соображения возникнут и у руководства Пакистана, если проект закупки “Ляонина” выйдет за рамки журналистских сенсаций. К подобным соображениям прибавится и то, что один этот пакистанский авианосец всё равно не уравновесит быстро растущий потенциал индийских ВМС. А приобретение “корабля-символа” чреват появлением дыры в госказне Пакистана. В дополнение к уже имеющимся.

В целом же, сама актуализация вопроса о возможной продаже Пакистану китайского авианосца иллюстрирует крайне непростую ситуацию в регионе Индийского и Тихого океанов. С одной стороны, именно РИТО уже является локомотивом развития мировой экономики и со временем роль региона в ней будет только повышаться. В тоже время РИТО демонстрирует в последние годы наиболее высокие темпы милитаризации как в количественных, так и качественных измерениях.

Пока оба тренда идут параллельными курсами и вопрос о том, какой из них станет превалирующим, остаётся открытым.

Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×