23.02.2019 Автор: Константин Асмолов

Соглашение о распределении военных расходов США и РК наконец подписано

DQLSGVKKWBD2TBLMPPLROXWN5E

В предыдущих материалах об американо-южнокорейском военном сотрудничестве мы не раз уделяли внимание проблеме согласования расходов Сеула на содержание американских войск, дислоцированных на юге Корейского полуострова. Таковые включают заработную плату южнокорейского персонала американских баз и материально-техническое обеспечение военных объектов, принадлежащих США.

Срок предыдущего пятилетнего соглашения о финансировании пребывания американских военнослужащих в РК истекал 31 декабря 2018 г., и 7 марта стороны приступили к обсуждению условий нового. К концу года прошло 10 раундов, но в связи с постоянными заявлениями Трампа о повышении доли союзников в расходах на собственную безопасность консенсус был не виден.

Изначально США потребовали увеличить расходы РК практически в два раза до 1,6 млрд долларов. Впоследствии планка была снижена сначала до 1,4 млрд, затем до порядка 1 млрд 250 млн долларов в год, что почти в полтора раза выше предыдущей суммы в 860 млн долларов или 960 млрд вон (ранее ежегодный рост расходов соответствовал росту инфляции за предыдущий год). Здесь столкнулись две важные психологические установки: для РК «1 триллион вон» – своего рода «психологическая линия Мажино», но и для США «1 млрд долларов» больше, чем просто сумма.

Также в Вашингтоне потребовали от Сеула покрытия расходов по развёртыванию на Корейском полуострове в случае необходимости стратегических вооружений.

Кроме того, если южнокорейская сторона стремилась заключить новое соглашение на срок от трёх до пяти лет, США настаивали на том, чтобы документ был заключён на год.

К началу 2019 г. дискуссия уже приобрела характер разговора в стиле «кто кого переупрямит» и стала делом принципа для обеих сторон.

Как отмечают отдельные аналитики, в правящем лагере РК считали требования американцев невыгодными. Государственный бюджет страны в 2019 году уже предполагал увеличение оборонных расходов на 7,5% (46,7 трлн вон или 41,7 млрд долларов) из-за проведения военной реформы. Вероятно, в администрации Мун Чжэ Ина опасаются, что дополнительное повышение трат на содержание контингента США в стране вызовет недовольство у представителей либерального лагеря. Кроме того, перед руководством Южной Кореи стоит ряд социально-экономических проблем, включая рост безработицы и невысокий уровень пенсионного обеспечения в стране, так что лишние траты были бы нежелательны. Муну даже пришлось опровергать информацию умеренно консервативной газеты JoongAng Ilbo о том, что когда лидеры США и РК кратко встречались в Аргентине в ноябре 2018 г., президент США требовал от Южной Кореи 1,2 миллиарда долларов (1,34 триллиона вон) ежегодно.

Консервативная оппозиция, выступающая за сохранение американского военного присутствия в стране, наоборот, полагает, что мелочиться в этом вопросе неприемлемо. Ли Ха Гён, шеф-редактор JoongAng Ilbo, называет американский контингент в РК живым доказательством союза двух стран: Соединенные Штаты являются важнейшим партнером в предотвращении северокорейского вторжения, а их стратегические интересы, в отличие от РФ, КНР или Японии, не имеют территориальных амбиций в отношении Кореи (да, именно так!), сдерживая экспансию России на юг и продвижение Китая к Тихому океану. Кроме того, по его мнению, после вывода войск США инвестиционная привлекательность РК упадет и «наша экономика понесет смертельный урон», а Япония может задуматься о ядерном оружии.

С другой стороны, они же обращают внимание на то, что при Трампе вывод американского контингента может случиться: для них это «мрачное напоминание о кошмаре 1979 года в конце правления администрации Пак Чон Хи, когда Джимми Картер пытался вывести американские войска из Южной Кореи». По их мнению, Трамп собирается вывести войска, чтобы уменьшить бюджетный дефицит, вызванный его массовым сокращением налогов. Сразу после сингапурского саммита он объявил о плане прекращения совместных военных учений, что «сэкономит нам огромную сумму денег». Затем Трамп потребовал вывода войск, потому что «нет причин тратить на них 3,5 миллиарда долларов”, а министр обороны Мэттис, который выступал против, утверждая, что сохранение военного присутствия на Корейском полуострове является “предотвращением Третьей мировой войны”, ушел в отставку. Автор добавил бы к этому то, что на данный момент с учетом военного потенциала армии РК американский контингент имеет скорее символическое значение.

В новом году США выдвинули крайним сроком заключения соглашения 15 апреля, отметив, что если к тому времени переговоры останутся в тупике, южнокорейский персонал американских военных баз будет временно уволен. В этой связи южнокорейская сторона планировала обратиться за помощью в разрешении конфликта к третьим лицам, не имеющим отношения к переговорам, например, к госсекретарю США Майклу Помпео.  Довлело над сторонами и преддверие второго американо-северокорейского саммита.

И вот 3 февраля 2019 г. дипломатический источник в РК сообщил, что стороны сошлись во мнении о нежелательности затягивания ситуации отсутствия договорённости по этому вопросу на очередной период и готовы подписать соглашение, активно работая над устранением разногласий.

4 февраля о том же сообщил представитель госдепартамента США. По его словам, США «благодарны РК за вклад в покрытие расходов на содержание американского военного контингента, а также за финансовые средства, предоставляемые в рамках поддержки двустороннего союза. РК на протяжении 70 лет является образцовым союзником, партнёром и другом США и позиция Америки по обеспечению защиты южнокорейского народа крепка, как сталь».

10 февраля 2019 г. РК и США наконец подписали злосчастное соглашение — сумма расходов на содержание 28,5 тыс. военных США составила 1 трлн 38 млрд 900 млн вон или 890 млн долларов, что на 8,2% больше суммы 2018 года. Это превышает психологический порог в 1 трлн вон, но тем не менее ниже 1 млрд долларов. США отозвали своё требование в отношении расходов на развёртывание стратегических вооружений, а РК согласилась на сокращение срока действия соглашения до одного года, после чего, скорее всего, соглашение опять будут пересматривать в сторону повышения.

Формально соглашение еще не вступило в силу — в апреле его должен ратифицировать южнокорейский парламент, где каждая партия отреагировала на новости сообразно политической повестке. Правящая Демократическая партия охарактеризовала его как «позитивное и мудрое» решение, приняв во внимание размер платежей. Основная оппозиционная партия «Свободная Корея» скорее обращает внимание на период действия контракта, из-за чего Южная Корея и США скоро начнут очередной виток торгов, что скорее повышает вероятность углубления раскола в альянсе.

Таким образом, обе стороны немного уступили по сравнению со своими первоначальными позициями. Так, США немного уступили по цене, но взяли свое на вопросе о сроках. Эксперты РК в связи с этим пишут, что нынешний компромисс можно считать лишь половиной успеха. С одной стороны, удалось снять беспокойство по поводу того, что трения в отношениях между РК и США из-за денежного вопроса могут оказать негативное влияние на переговоры по северокорейскому ядерному вопросу. С другой стороны, остаётся необходимость скоро вернуться к переговорам.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×