26.01.2019 Автор: Владимир Терехов

Пакистан на перепутье

KG5642

Мы уже использовали термин “перепутье”, когда обсуждали тему новых тенденций во внешней политике Японии. Сами эти тенденции вызваны развивающимся процессом радикальной трансформации политической карты мира в целом и региона Индийского и Тихого океанов в частности.

Все сколько-нибудь значимые её элементы пребывают в состоянии повышенной и хаотичной динамики, в ходе которой каждый из них выискивает себе (путём “проб и ошибок”) новое место в меняющемся политическом пазле.

Не является исключением Пакистан – вполне значимый его элемент. Ибо речь идёт о стране с населением свыше 200 млн человек, обладающей ядерным оружием, годовым ВВП объёмом около 1 трлн долл. и занимающей крайне важное стратегическое положение в субрегионе Южной Азии региона Индийского и Тихого океанов. Пакистан не только служит объектом сложной игры с участием таких ведущих мировых игроков, как США, КНР, Индия, но и сам является самостоятельным её участником.

Внешнеполитический курс страны находится также под воздействием сложных внутренних процессов. Отметим прежде всего факт и первые последствия прихода к власти партии “Движение за справедливость”, одержавшей летом прошло года убедительную победу на очередных парламентских выборах. Партия была создана в 1996 г. нынешним премьер-министром Имран Ханом, как альтернативная политическая сила по отношению к двум старейшим партиям страны, каковыми являются “Пакистанская народная лига (Н)” во главе с бывшим премьер-министром Навазом Шарифом и “Партия пакистанского народа”.

Судя по всему, две последние, несмотря на жёсткую в прошлом двустороннюю борьбу, сейчас оказались по одну сторону баррикады, отделившей их от ныне правящей партии И. Хана. И противостояние с ней “политических ветеранов” приобретает всё более острый характер, что накаляет внутриполитическую обстановку в стране.

Укреплению позиций политических оппонентов правительства И. Хана способствует отсутствие за прошедшие полгода какого-либо прогресса в решении ключевой проблемы, связанной с опустошением государственной казны. Высказываются разные мнения о причинах почти критической ситуации в финансах страны. Западные “благожелатели” указывают пальцем главным образом на постепенное вползание в “долговую западню”, возникшую якобы в связи с реализацией грандиозного “Китайско-Пакистанского экономического коридора”.

Не касаясь вопроса обоснованности подобных предположений, а также того факта, что сам проект КПЭК был инициирован как раз политическими предшественниками И. Хана, отметим лишь, что в складывающейся внутриполитической обстановке это мало кого интересует. Поскольку, по свидетельству пакистанской прессы, уже нынешней зимой наблюдается дефицит в поставляемых населению газе и электроэнергии, то “виноватыми” в этом оказываются те, кого ещё полгода назад встречали с энтузиазмом.

Видимо, безрезультатно завершился “визит за деньгами” в Турцию, который И. Хан провёл в начале января, поскольку у Анкары сейчас примерно схожие проблемы. В МВФ обращаться крайне не хочется, ибо последуют обычные для этого фонда требования понижения госрасходов, то есть в конце концов повышения тарифов на те же электроэнергию и газ.

В порядке промежуточного резюме можно привести оценку сложившейся в стране ситуации из популярной пакистанской газеты The Nation: “Силы, которые привели “Движение за справедливость” к власти, возможно, переоценили способности Имрана и теперь они беспомощно наблюдают за тем, как экономика тонет”.

Отметим, кстати, что “демократическая процедура”, с помощью которой данные “силы” (эвфемизм, обозначающий главным образом армию, продолжающую играть ключевую роль в пакистанской общественно-политической жизни) осуществили упомянутую выше операцию, мягко выражаясь, не отличалась безупречностью.

Речь идёт, прежде всего, о смещении в 2017 г. Н. Шарифа с поста премьер-министра и осуждении его же через год (за 3 недели до выборов) к 10-и годам тюремного заключения по обвинению в коррупции. Сегодня ПНЛ (Н) Н. Шарифа и другие политические оппоненты усиливают нападки на правительство И. Хана, сполна используя сложности в экономической сфере. Отвечая 15 января особо жёстким критикам, И. Хан употребил такие сильные выражения, как “сфабрикованная пропаганда” и “гнусная повестка дня”.

Некоторые пакистанские комментаторы полагают, что в условиях обострения внутриполитической ситуации, а также исходя из необходимости подтверждения мандата народной поддержки, полученного летом 2018 г., И. Хан может прибегнуть к процедуре проведения внеочередных парламентских выборов.

В соседней Индии, внимательно наблюдая за усилением политической турбулентности на территории Пакистана, не торопятся с реальным позитивным ответом на попытки правительства И. Хана снизить изматывающую напряжённость в двусторонних отношениях. С момента обретения обеими странами независимости (в 1947 г.) она более или менее постоянно поддерживается на достаточно высоком уровне, периодически принимая форму вооружённых конфликтов разной интенсивности.

В армии Пакистана, на которую ложится главная тяжесть противостояния с Индией, давно воспринимают его в качестве непосильного для экономики страны бремени. Поэтому вторая цель, тесно связанная с первой, привода к власти “Движения за справедливость” заключалась в снижении уровня напряжённости в двусторонних отношениях.

Ранее мы обсуждали инициативы в этом направлении, которые были предприняты И. Ханом сразу после занятия поста премьер-министра. Пока всё ограничилось открытием на границе между двумя странами так называемого “Картарпурского коридора” для беспрепятственного посещения индийскими сикхами священного для них места на территории Пакистана. Принимая во внимание низкий уровень участия в этом событии правительства Индии, его значимость пока вряд ли выходит за рамки некой позитивной символики.

В Нью-Дели, похоже, полагают, что время работает на Индию, которая может позволить себе разговаривать с Пакистаном “с позиции силы”. Кроме того, выжидательная пауза, взятая нынешним индийским руководством в политике на пакистанском направлении, может быть обусловлена также вхождением страны в период внутриполитической борьбы (протекающей в крайне острой форме) накануне предстоящих весной с. г. очередных парламентских выборов. Их исход пока остаётся неясным, хотя уже появляются прогнозные оценки, согласно которым у “светской” партии ИНК немало шансов вернуться к власти. Что, скорее всего, приведёт к активизации позитивной повестки дня в индийско-пакистанских отношениях.

Наконец, Пакистан остаётся в поле глобальной борьбы между двумя ведущими мировыми державами. После небольшой паузы правительство И. Хана продолжило политику предыдущих десятилетий на сближение с Китаем и, в частности, подтвердило актуальность проекта КПЭК. Хотя в самом Пакистане и продолжается критика данного проекта.

Вместе с тем, видимо, приостанавливается (казалось бы, уже необратимый) процесс разрушения почти союзнических отношений с США, сложившихся в период холодной войны. Об этом свидетельствует положительная реакция И. Хана на письмо Д. Трампа с предложением предпринять совместные усилия по решению афганской проблемы. Впрочем, тема Афганистана, видимо, послужила в данном случае лишь поводом для попыток восстановления американо-пакистанских отношений.

В заключение вновь подчеркнём переходный характер нынешнего мирового политического пазла, все сколько-нибудь значимые элементы которого (например, Пакистан) находятся в состоянии поиска в нём наиболее “удобного” для себя места.

Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×