14.01.2019 Автор: Владимир Терехов

Китай посылает Европе очередной позитивный сигнал

MET453456367

18 декабря агентство Xinhua распространило правительственную “Белую книгу о политике Китая в отношении ЕС”. Отметим сразу, что это не уникальный документ в истории официальных двусторонних отношений, установленных в 1975 г.

Аналогичные “Белые книги” выходили в 2003 и 2014 гг. Но именно последний подобный документ вызвал повышенный интерес экспертов. Что имеет простое объяснение: он появился в момент резкого ускорения слома мироустройства, которое на короткое время установилось с окончанием холодной войны.

В такие периоды исторического процесса от его основных участников требуется более оперативное реагирование на быстро меняющуюся обстановку. Обратим внимание на почти трёхкратную разницу во временных интервалах, разделяющих опубликование первого и второго, а также второго и третьего документов.

Едва ли в 2014 г. кто-либо мог предположить, что уже через два года давно обозначившиеся трещины в трансатлантических отношениях буквально на глазах превратятся в фундаментальные разломы. Что многолетний “знаменосец” глобализации (США) выбросит её символ, как ненужную тряпку, а знамя будет поднято его главным теперь конкурентом (Китаем).

Также трудно было предположить, что постепенно обозначившееся в прошлом десятилетии всестороннее американо-китайское конкурентное позиционирование на мировой арене примет в последние год-полтора столь острый характер. Применительно к торгово-экономической сфере уже используется термин “война”. А в условиях предвоенной обстановки крайне актуальным становится вопрос о потенциальных (пусть и квази) союзниках.

Комментаторы, анализирующие содержание “Белой книги-2018”, а также мотивы её нынешнего появления, в первую очередь обращают внимание как раз на фактор резкого обострения отношений между обеими глобальными державами.

В НВО не раз отмечалось, что КНР уже давно рассматривает ЕС в качестве потенциального геополитического, если и не союзника, то благожелательно-нейтрального партнёра. Чему, конечно, не может не способствовать нарастающая проблемность в трансатлантических отношениях.

Естественно, что Пекин хотел бы видеть ЕС в качестве единого, действенного игрока на мировой арене и, поэтому, настороженно относится к различного рода проблемам в Союзе. Из которых наиболее значимая обусловлена предстоящим выходом из ЕС Великобритании, что уже в первых абзацах “Белой книги-2018” обозначается в качестве “негативного явления”.

Далее, впрочем, выражается (скорее надежда, чем утверждение), что “ЕС привержен движению в сторону интеграции, форсированию реформ в ответ на вызовы и выполнению важной роли в региональных и международных делах”.

Однако пока нет никаких оснований полагать, что процесс нарастания проблем в отношениях с США “автоматически” предопределит взаимно-встречное движение Пекина и Брюсселя. За рамки громких декларативных заявлений на двусторонних встречах разного уровня дело до сих пор не выходит.

Более того, в крайне важном вопросе предоставления Китаю ‘Статуса страны с рыночной экономикой” (Market Economy Status, MES) ЕС и США выступили единым фронтом. Оба “берега” Атлантики отказались признать за ним этот статус по истечении в декабре 2016 г. 15-летнего срока, установленного в 2001 г. при вступлении КНР в ВТО.

Тогда Пекин был вынужден согласиться на условие, согласно которому в течение указанного срока государственное присутствие в его экономике понизится до некоторого “допустимого” уровня.

Вполне каучуковая формулировка, предоставившая возможность обоим главным торговым конкурентам Китая заявить (ЕС — в декабре 2016 г., США — спустя год) о том, что по истечении “контрольной” даты условие 2001 г. не выполнено.

Тем самым ведущие страны ЕС (прежде всего Германия), экономики которых наиболее сильно страдают от наплыва дешёвых китайских товаров, сохранили возможность устанавливать на них “истинные” (“не демпинговые”) цены, используя некие “суррогатные” методики.

В течение 2015-2017 гг. резко активизировался процесс возведения ЕС преград на пути “шопинг-туров” китайских компаний по скупке (в том числе путём инвестирования) наиболее привлекательных европейских производств, прежде всего, в сфере высоких технологий. Причём последнее стало оцениваться также с позиций угроз европейской безопасности.

Кроме того, из Брюсселя со всё большим подозрением наблюдают за активизацией Пекином работы форума “16+1”, в рамках которого рассматриваются разного рода совместные проекты КНР с группой стран Восточной Европы. Главным образом речь идёт о проекте создания транспортного коридора “Юг-Север”, который берёт начало в греческом городе Пирей.

Указанный коридор должен стать важным элементом глобального проекта НШП, важнейшей целью которого является облегчение и ускорение перетока товаров между КНР и Европой в целом (отнюдь не только с её восточной частью). Но в Брюсселе, видимо, опасаются, что формат “16+1” может способствовать (как побочный эффект) “восточноевропейскому сепаратизму”.

Отметим, впрочем, что Европа уже при нынешних (“через пень-колоду”) транзитных путях несёт крупные потери от торговли с Китаем. Что же будет, когда они станут “гладко-шёлковыми”?

Таким образом, уже через год-два после выхода “Белая книга-2014” перестала отвечать возникшим принципиально новым условиям не только геополитического уровня, но и в двусторонних отношениях Пекина с Брюсселем.

Новый документ 2018-го года включает в себя 5 разделов:

  • Руководящие принципы отношений между Китаем и ЕС;
  • Кооперация в сферах политики, безопасности и обороны;
  • Кооперация в сферах торговли, инвестиций, коммуникаций, а также в фискальной и финансовой политике;
  • Кооперация в области научных исследований, инноваций, новых отраслей промышленности и устойчивого развития;
  • Социальное и межличностное сотрудничество.

Впечатляющий формат предлагаемого Пекином сотрудничества с Брюсселем. Сегодня совершенно невозможно себе представить инициирование нечто похожего в связке Пекин-Вашингтон (особенно это касается п. 2).

Все пять приведенных разделов иллюстрируют и развивают заключительную фразу преамбулы данного документа: “На 2018 г. пришлись 15-я годовщина установления Всеобъемлющего стратегического партнёрства, а также 20-я годовщина первого саммита между Китаем и ЕС. Опираясь на прежние достижения и в соответствии со временем, третий документ о политике Китая в отношении ЕС имеет целью определение направлений, принципов и конкретных мер по углублению Всеобъемлющего стратегического партнёрства на новом этапе и содействие развитию более широкой кооперации между Китаем и ЕС”.

Отметим, что появление сейчас этого документа можно рассматривать и в качестве “ответного паса” на опубликование Брюсселем в сентябре 2018 г. “Стратегии развития связей между Европой и Азией”. В данной “Стратегии” не раз упоминается Китай (второй после США торговый партнёр ЕС), например, в связи с планами развития железнодорожных и морских путей связи со странами Азии.

В заключение всё же повторим, что в неоднократно заявленном обоюдном желании Пекина и Брюсселя совершенствовать все сферы отношений, а также решать давние, серьёзные проблемы пока больше слов, чем дел.

Не исключено, впрочем, что дальнейшее обострение отношений с США как ЕС, так и Китая подтолкнёт двух последних к переходу от слов к конкретным делам.

Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×