29.11.2018 Автор: Виктор Михин

Иран: новые американские санкции и иранские действия

U.S. President Donald Trump and Singapore’s Prime Minister Lee Hsien Loong speak during a joint statement at the White House in Washington

Каждый день без всякого перерыва президент США Дональд Трамп извергает громы и молнии в отношении Ирана и иранцев. Если почитать подконтрольные Белому дому американские СМИ, то сейчас нет зверя страшнее, чем Иран.

В связи с этим возникает вполне закономерный вопрос: чем же вызвано недовольство, гнев и страх Д. Трампа в отношении Тегерана? Разве иранцы уже оккупировали территорию США, разместили в соседних странах свои военные базы, которые угрожают американской независимости, на международной арене запугивают американское руководство и призывают небесные кары на них, собираются совершить государственный переворот в далекой стране? Да нет. Ничего этого нет, и Тегеран, не вмешиваясь в дела далекой страны, ведет себя весьма корректно, спокойно и благоразумно, согласно международным законам и правилам.

Но со стороны Д.Трампа и его ближайшего окружения — госсекретаря М. Помпео, советника по национальной безопасности Дж. Болтона и даже постоянного представителя в ООН Никки Хейли, которой по статусу положено вести себя дипломатично, постоянно несется площадная брань и проводится политика удушения простых иранцев. Дело дошло до того, что лично Д. Трамп громогласно вышел из так называемой ядерной сделки, которую подписал ряд ядерных держав, и наложил несправедливые и жесточайшие санкции на Иран. Например, строжайше запрещено поставлять в страну продукты питания и медикаменты, использование которых в качестве оружия по международным законам, как известно, является преступлением против человечности. Посол Ирана и заместитель постоянного представителя Ирана при ООН Исхак аль-Хабиб совершенно правильно констатировал, что негативные последствия санкций США, в первую очередь, почувствуют на себе рядовые граждане Исламской Республики, которые отнюдь до сих пор не испытывают никакой враждебности в отношении американского народа. Именно Д. Трамп и его ближайшее окружение делают все возможное, чтобы стравить народы двух стран, действуя по волчьим законам колониального времени.

В этом плане внимание мировых СМИ привлекла только что состоявшая встреча представителя Ирана в ООН Голамали Хошроу и Генерального секретаря ООН Антониу Гутерреш. На ней иранский представитель жестко призвал Организацию Объединенных Наций занять официальную и справедливую позицию в отношении «уклонения от соблюдения международного права» США, и тем самым осудить односторонний выход Вашингтона из ряда международных многосторонних соглашений, прежде всего отказ Д. Трампа от так называемого ядерного соглашения, подписанного прежним президентом США Бараком Обамой. Г. Хошроу назвал беспрецедентным в истории мирового сообщества, когда США — постоянный член Совета Безопасности наказывает других членов ООН за то, что они остались приверженными резолюции Совета Безопасности. Он также осудил попытки США угрожать другим странам «вторичными санкциями», если они нарушат санкции США против Ирана: «Международное сообщество должно противостоять этим произвольным и внесудебным действиям».

Необходимо сказать, что экономические санкции редко когда работают. И в данном случае они являются тупым инструментом, который дестабилизирует Ближний Восток, в то же время поощряя сторонников жесткой линии и грубой силы. Если более точно и согласно международному закону, экономические санкции отдельного государства — это акт агрессии одного государства против другого. Новые санкции, введенные США в ноябре против Ирана, значительно расширены, чтобы охватить любую страну, компанию или физическое лицо, имеющее дело с Тегераном вопреки диктату Вашингтона.

Трудно придумать вескую причину для нынешних санкций, кроме стремления импульсивного Д. Трампа доказать не только в США, но и всему миру свое превосходство. Ведь по определению экономические санкции являются конечной «мягкой силой», сигнализирующей о своем превосходстве богатых государств над бедными и слабыми. Они якобы работают, утверждает американская пропаганда, побуждая обедневшее иранское население восстать и требовать от своего правительства капитуляции. Но этого до сих пор никогда не происходило и навряд ли сработает в Иране. Санкции, в основном, укрепляют и «цементируют» властные структуры и усиливают власть на отпор внешнего врага. В качестве примера можно привести Северную Корею, Кубу и Иран, а санкции против России в отношении Крыма совершенно бессмысленны и бесперспективны, о чем ныне убедился и весь Запад.

В мировых СМИ существует мнение, что односторонний и плохо продуманный выход США из иранской сделки является не просто простым нарушением международного порядка, закона и всех существующих правил. Грубо и бесцеремонно распространяя санкции даже на своих союзников, Д. Трамп также подрывает веру в основу «демократических США» и ссорится со всем миром. В то же время более серьезные санкции усилят позиции военных и религиозных центров власти в Иране против более либеральных коммерческих, настроят иранцев еще больше против самих Соединенных Штатов. Кроме того, несомненно, что последние действия Д. Трампа также увеличат стремление Тегерана к более тесному союзу с Россией и с другими противостоящими США странами. Такова действительность, которую плохо представляет себе редко выезжающий за пределы далекой Америки президент-бизнесмен и совершено не представляющий себе как дипломатично, не прибегая к силе, вести дела с окружающим миром.

Нельзя сказать, что иранское руководство активно не ищет выхода из сложившегося трудного положения. На его стороне колоссальный опыт противодействия санкциям со стороны Запада, начиная с 1979 года. Сейчас Тегеран в обход американских санкций довольно широко заключает торговые соглашения с теми странами, которые просто игнорируют диктат заокеанских правителей. Например, Южная Корея и Иран договорились перейти на южнокорейскую национальную валюту в торговых обменах для обхода санкции США в отношении Тегерана, о чем сообщило информационное агентство Tasnim. Страны также договорились осуществлять платежи и расчеты по своим финансово-банковским счетам с использованием южнокорейской национальной валюты — вона. Это позволит южнокорейским и иранским компаниям продолжать работу в различных областях.

Посол Ирана в Южной Корее подчеркнул, что заключенные ранее тегерано-сеульские отношения были основаны на «реальности». Именно поэтому сохраняется решимость стран углублять связи перед лицом «враждебных и незаконных односторонних действий США». А посол Южной Кореи в Иране Рю Чжон Хен заявил, что, несмотря на уход многих европейских компаний из Ирана под давлением санкций США, «южнокорейские фирмы понимают значение иранского рынка и решили остаться». Отметим, объем двусторонней торговли Ирана и Южной Кореи в прошлом году превысил величину в 12 миллиардов долларов.

В последнее время значительно укрепились экономические, политические и торговые связи с Ираком, президент которого Бархам Салих во время своего визита встретился со своим иранским коллегой Хасаном Рухани и верховным лидером аятоллой Али Хаменеи. Он говорил о важности экономических отношений между двумя странами, поскольку Ирак восстанавливается после войны против ДАИШ. Ирак сегодня стремится восстановить свое хозяйство и стабильность, и для этого необходимы внутренние и внешние политические инициативы, требуется стабильная региональная среда, в том числе стабильность в Иране. Иранский лидер Хасан Рухани заявил, что Иран и Ирак договорились о создании зоны свободной торговли. По его словам, в ближайшем будущем объём торговли между государствами может увеличиться до $20 млрд, при этом обе страны отказались в своей торговле от доллара в пользу национальных валют.

Заявление о том, что европейцы сделали существенно меньше, чем ожидали иранцы для спасения ядерной сделки 2015 года после выхода США из многостороннего соглашения, сделал заместитель министра иностранных дел Ирана Аббас Аракчи. В частности, Тегеран недоволен скоростью создания совместной с Европейским союзом проектной программы (SPV), которая позволит обойти новые антииранские санкции США. ЕС стремится использовать SPV для того, чтобы сохранить экономические выгоды от сотрудничества с Ираном, прежде всего дешевле покупать нефть и ее производные, которые приносят европейцам колоссальные барыши.

Комментируя заявление госсекретаря США Майка Помпео об отношении Ирана к ядерной программе, Аббас Аракчи заявил, что «Иран будет оставаться в ядерной сделке до тех пор, пока соглашение приносит пользу стране». Если же окажется, что выход из ядерной сделки более выгоден, «Иран ни на секунду не задержится в сделке».

Последнее заявление говорит о том, что Тегеран не сломлен варварскими санкциями и продолжает вести свою собственную политику. И Вашингтону надо внимательно следить за текущими событиями, чтобы корректировать свою политику. Ведь может случиться так, что инициативу возьмут в свои руки иранцы, выйдут из сделки и продолжат быстрыми темпами осуществлять программу по ядерному оружию. И что тогда может сделать «великий стратег» Д. Трамп? – угрожать применить силу и направить в очередной раз старые корыта-авианосцы в Персидский залив? Но это приведет только к обострению обстановки еще в одном взрывоопасном регионе мира.

Виктор Михин, член-корреспондент РАЕН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×