01.10.2018 Автор: Константин Асмолов

Пятый межкорейский саммит: итоги и то, что уже сделано

44

Отметив хронику мероприятия и реакцию на него, поговорим о главных итогах и подписанных документах с точки зрения соответствия ожиданиям. Напомним, что до начала саммита СМИ РК писали, что «ключевым вопросом саммита станет денуклеаризация. В ходе саммита будут также затронуты темы улучшения и развития межкорейских отношений (включая объявления об окончании Корейской войны) и снижения военной напряжённости».

Главный итог саммита – Пхеньянская декларация, состоящая из пяти основных пунктов, а также обещания Ким Чен Ына посетить Сеул «в ближайшее время». Это важный документ, но формально имеющий силу протокола о намерениях. Не случайно правящая партия предлагает ратифицировать предыдущий документ такого же типа, оставшийся от третьего саммита Муна и Кима.

Первый пункт декларации посвящен снижению военной напряженности. В нем описана развернутая программа действий, главной целью которой является минимизация возможностей «войны из-за кролика», об опасности которой автор не раз писал. Помимо создания прямого канала связи и специального совместного комитета для урегулирования ЧП и мониторинга выполнения договорённостей в военной сфере, главы военных ведомств подписали не декларацию, а полномасштабное соглашение, предусматривающее снижение напряжённости на Корейском полуострове и предотвращение случайных военных столкновений: «Обе стороны договорились отказаться от любых способов и методов по проникновению и вторжению на территорию друг друга» и «приняли решение полностью отказаться от любых враждебных действий в воздухе, на земле и море, которые могут стать причиной для конфликта и военной напряженности».

Этот документ конкретизирует достигнутые ранее договорённости, а именно:

  • Создается 10-километровая буферная зона вдоль сухопутной границы, в которой с 1 ноября 2018 г. запрещаются полеты военной авиации, артиллерийские стрельбы и военные учения;
  • Аналогичные буферные зоны шириной 80 км устанавливаются на морских границах с целью предотвращения столкновений между военными кораблями;
  • До конца года обе стороны обязались вывести из демилитаризованной зоны по 11 постов охраны и переместить наблюдательные пункты на расстоянии ближе километра до демаркационной линии;
  • Разоружается персонал пограничного пункта Пханмунджом, а численность военнослужащих в совместной зоне безопасности ДМЗ также будет сокращена до 35 с каждой стороны;
  • Меняется протокол на случай происшествий; риторика «десятикратного ответа на провокации» меняется: «что бы ни произошло — не стрелять».

Также в документе фигурируют коридоры и бесполетные зоны для пилотируемой и беспилотной авиации, отвод войск от приграничья минимум на пять километров, связь на случай ЧП, системы уведомлений об активности друг друга, единые частоты и т. д. Кроме того, военные согласились провести работы по извлечению останков погибших в годы Корейской войны и начать разминирование ДМЗ.

Однако все заявления об отсутствии враждебных намерений НЕ тождественны официальному прекращению Корейской войны: мирный договор, если не мудрить с форматами, делает Север и Юг равными сторонами, в то время как конституция РК распространяет территорию страны на весь полуостров. Потому, при всем уважении к декларации, «война еще не закончена».

Второй пункт декларации посвящен сотрудничеству в области экономики, инфраструктурных проектов, медицины и лесного хозяйства. Здесь встречаются как откровенно неосуществимые на данный момент проекты, так и те, которые на самом деле уже воплощаются в жизнь или легко могут быть воплощены.

В первую очередь речь идет о сотрудничестве в области восстановления лесов КНДР, благо совместные действия в этой сфере не подпадают под санкции. Затем весьма важна совместная работа в области борьбы с проникновением и распространением эпидемических заболеваний, так как санкции сильно ударили по системе здравоохранения – нет ни современных лекарств, ни (из-за запрета на запчасти) работающего медицинского оборудования западного образца.

А вот разговоры о возможности восстановления работы закрытых при консерваторах Кэсонского промышленного комплекса или Кымгансанского туристического проекта (не говоря уже о более масштабных вещах) сегодня невозможны. Совместные экономические проекты попадают под санкции, и еще 17 сентября госсекретарь США Майкл Помпео написал на своей странице в Twitter, что санкции против КНДР являются неотъемлемой частью усилий по денуклеаризации.

Постоянный представитель США при ООН Никки Хейли также заявила 23 сентября в интервью CNN, что санкции будут действовать до достижения полной и подконтрольной денуклеаризации Севера. Да, Север не проводит ядерные и ракетные испытания, а лидеры Юга и Севера налаживают отношения, но до достижения конечной цели ещё далеко. США будут продолжать жёсткое санкционное давление, ведь, по мнению Хейли, именно санкции заставили Север начать диалог.

То же самое касается соединения транспортной инфраструктуры. Так как пока не получается даже нормально провести инспекцию путей, стороны договорились провести до конца года «эпохальную церемонию» соединения железных дорог двух государств: чисто церемониальное мероприятие, от которого реальному прогрессу «ни жарко, ни холодно».

Третий пункт декларации посвящен смене формата встреч разделенных семей. Вместо периодических встреч заработает постоянный пункт, а в перспективе возможен обмен видеописьмами и возможность проведения видеомостов. Разговоры об этом шли давно, и, по сути, уже заготовленное решение подверстали к дате. Однако, как бы то ни было, значительное число пожилых людей получили надежду. Ведь, по данным на конец мая 2018 года, из 132,124 членов разделённых семей 75,234 человека уже умерли, а возраст более 85% из оставшихся превышает 70 лет. Поэтому постоянно действующий центр встреч разделённых семей было необходимо открыть как можно скорее.

Четвертый пункт – сотрудничество в области культуры и спорта, а также проведение мероприятий по торжественным поводам. Стороны даже решили подать совместную заявку на проведение Олимпийских игр в 2032 году и пообещали отправить на летнюю Олимпиаду-2020 в Токио единую команду спортсменов. С точки зрения автора, это тоже церемониальные действия, относительно легко выполняемые, но являющиеся скорее внешней оберткой или подготовкой для более серьезных шагов.

Сюда же можно отнести информацию, что Сеул также объявил о запуске нового телеканала о Северной Корее, который будет рассказывать о культуре и быте жителей КНДР. В Декларации это не отражено, но подобная мера кажется разумной, тем более что прямые эфиры фрагментов саммита уже показали рядовым южнокорейцам, что КНДР куда менее похожа на Мордор, чем рисовала пропаганда.

Пятый пункт декларации был, наконец, посвящен ядерному разоружению, и для автора важно, что его приберегли напоследок. В тексте зафиксировано стремление сделать Корейский полуостров «зоной мира», свободной от ядерного оружия и угроз. Здесь Север пообещал окончательно разобрать, под наблюдением зарубежных специалистов, объекты на испытательном полигоне Сохэ, работы на котором начались еще конце июля, но с 3 августа были приостановлены из-за проблем в переговорах с США; выразил готовность закрыть реактор в Ёнбене в случае ответных шагов США и «тесно сотрудничать в деле достижения полной денуклеаризации».

СМИ РК писали, что «было бы желательно, чтобы Мун Чжэ Ин получил от Ким Чен Ына обещание о раскрытии данных о ядерном арсенале Севера. Но, по мнению экспертов, это вряд ли возможно». Так и получилось – в документах нет конкретных сроков, хотя возможно, что-то Ким передал на словах для Трампа.

Шестой пункт, в котором Ким Чен Ын обещает приехать в Сеул, — заманчив, но вопрос в том, что Мун сделает с Законом о Национальной Безопасности, согласно которому КНДР — это преступная антигосударственная организация, и теоретически, при появлении на территории РК, ее лидер должен быть немедленно арестован и предан суду как военный преступник. Между тем, глава южнокорейского конгломерата CJ Group Сон Гён Сик, который был членом делегации, уже заявил, что Ким посетит Сеул в декабре. Посмотрим…

Еще один важный итог саммита – изменение форматов его частоты. Как отметил Мун Чжэ Ин 18 сентября перед вылетом в Пхеньян, сегодня отношения двух Корей постепенно переходят в стадию, когда их руководители могут встречаться в любой момент в случае необходимости.  Три встречи за год, который еще не кончился…

Также отметим, что «у лидеров двух государств возникло тесное личное общение». По инициативе северокорейской стороны Мун Чжэ Ин и Ким Чен Ын совершили совместную поездку в горы Пэктусан. Фрагменты прямых эфиров тоже показывали, что оба лидера вели себя естественно и не натянуто, шли навстречу друг другу. Южнокорейские чиновники объяснили Киму, как правильно «делать руками сердечко на селфи», а привычка Муна ужинать в забегаловках в присутствии простого народа привела к тому, что оба лидера вместе с супругами посидели в новопостроенном рыбном ресторане в присутствии рядовых пхеньянцев, которые не выглядели специально подобранной массовкой.

Разумеется, мировое сообщество, включая США, Китай, Россию и Японию, сразу же положительно отреагировало на Пхеньянскую декларацию. Начались и разговоры, что состоявшийся межкорейский саммит послужит стимулом для ускорения переговоров между США и КНДР и в итоге приведет ко второй встрече Дональда Трампа и Ким Чен Ына. Ведь, по словам Муна, он привез в Америку дополнительное послание президенту США от лидера КНДР, которое включает дорожную карту денуклеаризации и требования по ответным мерам со стороны Америки.

Насколько этот прогноз верен, мы посмотрим, наблюдая хотя бы за хроникой визита президента РК в США или тем, какое место северокорейская тема займет на нынешнем заседании ГА ООН, и потому, разбирая итоги саммита, проще отметить то, что точно уже сделано или наверняка будет сделано.

Во-первых, еще до саммита, 14 октября, межкорейский пункт связи в Кэсоне все-таки был открыт, хотя и с опозданием на месяц. Одна из причин была связана с санкциями Совбеза ООН, — поставка нефтепродуктов и электричества, необходимого для работы пункта, могла рассматриваться как нарушение Сеулом санкций. В ответ на это Вашингтон заявил, что рассмотрит вопрос в ближайшее время.

Предполагается, что пункт будет «осуществлять торговые и политические контакты между Югом и Севером, поддерживать взаимодействие между частными лицами, обеспечивать условия для комфортного передвижения уполномоченных граждан».

Как будет работать пункт, правда, не понятно: неслучайно, комментируя его открытие, представитель госдепартамента США напомнил слова южнокорейского президента Мун Чжэ Ина о том, что улучшение отношений Юга и Севера невозможно без решения северокорейской ядерной проблемы.

Во-вторых, в октябре в РК пройдут концерты северокорейских художественных коллективов под названием «Осень пришла». Договорённость об этих концертах была достигнута в апреле, когда в Пхеньяне южнокорейские артисты провели концерты под названием «Весна приходит». По сообщению министерства, планируются два концерта – по одному в Сеуле и в одной из провинций.

В-третьих, 11 сентября правительство представило в Национальное собрание РК законопроект о ратификации Пханмунчжомской декларации, в котором, помимо собственно ратификации изложены направления работы по налаживанию межкорейских отношений и развитию сотрудничества. В документе указывается, что для реализации намеченных совместных проектов в следующем году потребуется 418,5 млн долларов.

В-четвертых, переговоры по восстановлению зоны и открытию центра встреч разделенных семей начнутся уже в конце сентября.

Центр встреч был построен ещё в июле 2008 года, однако длительное время не использовался. На его создание было выделено примерно 50 млн долларов. Двенадцатиэтажное здание с одним подземным этажом имеет более 200 комнат, рассчитанных на приём одновременно до тысячи человек, но пока объект не пригоден для проживания. После завершения строительства здания в нём прошла только одна однодневная встреча разделённых семей в октябре 2015 года. В настоящее время для того, чтобы здание могло выполнять свою изначальную функцию, необходим капитальный ремонт, однако работы подразумевают ввоз строительных материалов на территорию Севера, а также необходимы консультации с американской стороной для урегулирования ряда вопросов, связанных с санкциями.

Как видно, итоги третьего саммита Кима и Муна могут не удовлетворить тех, кто ждал большего, но это больше, чем ожидали скептики с точки зрения соотношения конкретных мер и обычных для межкорейской повестки церемониальных действий или «маниловских» планов. Да, это важный шаг вперед, но поглядим, каким будет следующий, внимательно следя за корейской повесткой на генеральной ассамблее ООН и итогом саммита президентов США и РК.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×