07.09.2018 Автор: Константин Асмолов

Текущее развитие отношений КНДР и США: взгляд из Вашингтона

6fb4

Отслеживая «олимпийское потепление», не так давно мы описали то, как северокорейско-американские отношения видят в КНДР, но отмена ожидавшегося визита госсекретаря Майкла Помпео в Пхеньян, который планировался на конец августа-сентябрь 2018 г., хороший повод показать взгляд из Вашингтона и то, какие камни преткновения видны на пути дальнейшего диалога.

Напомним, что обсуждался визит с начала августа, а 17 августа Помпео намекнул, что «на переговорах с Пхеньяном по демонтажу его ядерной программы в ближайшее время может быть сделан большой шаг». Впервые о визите как грядущем факте сообщил 20 августа в интервью телеканалу ABC советник президента США по национальной безопасности Джон Болтон. Затем, 23 августа это подтвердил сам Помпео, представляя в четверг нового американского спецпредставителя по КНДР Стивена Бигэна, вместе с которым собирался побывать в Пхеньяне. Но вечером 24 августа президент США отменил запланированный визит, о чем Дональд Трамп написал в своем Twitter.

Президентский пост достаточно интересен: оказывается, он попросил Помпео не ехать потому что, «мы не делаем существенного прогресса в денуклеаризации Корейского полуострова. Кроме того, из-за нашей гораздо более жесткой позиции по Китаю, я не думаю, что они помогают процессу денуклеаризации, как раньше». Таким образом, подобно тому, как СМИ КНДР критикуют противников Трампа, но не трогают президента, Трамп «перекладывает» ответственность за ситуацию на козни Пекина, продолжая осыпать лидера КНДР комплиментами: «в свою очередь хотел бы передать самые теплые пожелания и выразить уважение председателю Киму. Жду встречи с ним в скором времени».

Впрочем, в Белом доме заявляют, что вопрос о саммите пока не обсуждается, хотя 21 августа в интервью агентству Reuters Трамп заявил о том, что он, «скорее всего», встретится с северокорейским лидером второй раз, однако комментировать этот вопрос более подробно не захотел.

При этом Дональд Трамп не исключил, что поездка в КНДР всё-таки состоится, хотя и позднее, чем намечалось: Майкл Помпео «рассчитывает в ближайшем будущем поехать в Северную Корею, скорее всего, после того, как наши торговые отношения с Китаем будут урегулированы».

Такой тон – продолжение старых высказываний. 9 июля 2018 г. Дональд Трамп написал в Twitter, что северокорейский лидер будет верен договорённостям, которые он назвал «подписанным контрактом». Одновременно Дональд Трамп заявил, что Китай, вполне возможно, оказывает давление на переговоры с КНДР из-за американской позиции по торговым вопросам с КНР.

16 июля в интервью британскому Daily Mail президент США Дональд Трамп назвал северокорейского лидера великой личностью. Он также назвал его весёлым и жёстким одновременно человеком, а также хорошим переговорщиком. На вопрос о том, не является ли Ким диктатором, Трамп отметил последние положительные перемены в КНДР.

Иные политики говорят совсем по-другому. Так, вице-президент США Майкл Пенс, выступая 26 июля на министерской встрече по вопросам свободы вероисповедания, сказал, что пытки, голод, публичные казни, убийства, принудительные труд применялись в КНДР в течение 70 лет с целью сохранения власти. Пенс подчеркнул, что свобода совести в КНДР подвергается организованному и жёсткому давлению, и несмотря на ликвидацию угрозы, связанной с ядерным и ракетным оружием Севера, а также надежды на улучшение отношений между Вашингтоном и Пхеньяном, нельзя отрицать того факта, что северокорейские власти десятки лет жестоко относились к своему народу, заставляя жить в нищете.

А 2 августа Сенат США окончательно утвердил закон об ассигнованиях на национальную оборону на 2019 финансовый год. Закон обязывает регулярно докладывать Сенату о ядерной программе Севера и проводить оценку выполнения обязательств по договорённостям США и КНДР. Особое внимание привлекает так называемое “мнение сената”, согласно которому ядерная проблема КНДР рассматривается в качестве основной угрозы для стран бассейна Индийского и Тихого океанов, и фраза, что основной целью внешней политики США является полный, подконтрольный и необратимый демонтаж ядерной программы КНДР.

Теперь перейдем к основным проблемам взаимодействия. Первая — вопрос о сроках денуклеаризации. За разоружение в течение года высказываются скорее неоконсерваторы, как это сделал 20 августа Болтон, в то время как Трамп или Помпео считают, что этот процесс «надолго, но не навсегда».
12 июля на саммите НАТО Майкл Помпео отметил, что денуклеаризация КНДР — «многолетняя задача».

13 июля Дональд Трамп заявил, что процесс денуклеаризации КНДР может занять больше времени, чем надеются люди, однако он привык к долгим процессам.

16 июля Трамп в интервью CBS и Fox News положительно оценил ход диалога с Пхеньяном, сказав, что нет причин для спешки, а 17 июля в ходе состоявшейся встречи с представителями Палаты представителей Конгресса, — что обсуждение денуклеаризации КНДР ведётся в соответствии с процедурой, и в этом вопросе нет ограничений по времени и скорости.

18 июля Майкл Помпео отметил, что «может потребоваться некоторое время, чтобы достичь поставленной цели», а несколько позднее, выступая в среду в комитете Сената Конгресса США по иностранным делам, – что США не позволят Пхеньяну затягивать процесс денуклеаризации до бесконечности. При этом он как отверг возможность отказа Пхеньяна от выполнения взятых на себя обязательств по денуклеаризации, так и отказался назвать точные сроки денуклеаризации КНДР.

4 августа в интервью сингапурскому телеканалу News Asia госсекретарь США отметил, что график денуклеаризации КНДР будет определён Ким Чен Ыном.

И хотя 22 июля Washington Post сообщала, что Трамп будто бы рассчитывал, что переговоры в Сингапуре приведут к более быстрому прогрессу, и недоволен отсутствием позитивных изменений, это частично надо относить за счет антитрамповской пропаганды.

Сам автор, правда, не верит, что, при нынешнем уровне угроз и недоверия, полная, необратимая и проверяемая денуклеаризация возможна. Это означает фактический отказ КНДР от суверенитета. Пхеньян же готов стремиться к полному ядерному разоружению как и постоянные члены СБ ООН, которые, участвуя в ДНЯО «стремятся к миру без ядерного оружия».

Поэтому так важен вопрос о доверии, на данный момент сводящийся к дилемме «что сначала – разоружение или договор об окончании Корейской войны». Для Севера разоружение и работа над документом об окончании войны — два несвязанных процесса и более того, официальное окончание войны, воспринимается как важный этап в установлении взаимного доверия, после которого разоружение более вероятно.

В Вашингтоне взгляд иной. Как заявила 13 июля представитель госдепартамента США Катина Адамс, давая письменный ответ на соответствующий вопрос южнокорейского новостного агентства Yonhap News, предполагается сначала достичь денуклеаризации КНДР, а затем заменить нынешнее соглашение о перемирии в Корейской войне на мирный договор. Здесь, кстати, противоречие существует и между Вашингтоном и Сеулом. Южнокорейское правительство, как и было озвучено в Пханмунчжомской декларации, ставит цель объявить об официальном окончании Корейской войны в текущем году.  А президент РК Мун Чжэ Ин постоянно подчеркивает, что объявление об окончании Корейской войны станет вехой на пути к устойчивому миру на Корейском полуострове, как и предусмотрено Пханмучжомской декларацией.

Впрочем, мы помним, как часто в разной аудитории Мун говорит разное – при желании можно вспомнить и иные цитаты – о том, что диалог с КНДР и ее ядерное разоружение должны осуществляться параллельно, так как улучшение межкорейских отношений неотделимо от решения ядерной проблемы Пхеньяна.

Между тем 2 августа посол США в РК Гарри Харрис заявил в интервью KBS, что для официального объявления о завершении Корейской войны от Пхеньяна потребуются конкретные действия, направленные на отказ от ядерного оружия (например, список ядерных объектов). Пока таких действий от него не последовало.  Аналогичную позицию он выразил, выступая 13 августа на лекции о южнокорейско-американских дипломатических отношениях: отправной точкой на пути к объявлению об окончании войны должно послужить соблюдение договорённостей, достигнутых в Сингапуре.

18 августа, комментируя неоднократные призывы Пхеньяна заменить соглашение о перемирии в Корее мирным договором, представитель госдепартамента подтвердил позицию США: это произойдёт лишь в ответ на денуклеаризацию КНДР.

Третья проблема связана с тем, что в ответ на уже сделанные шаги КНДР ожидает встречных шагов США, в первую очередь ослабления санкций, однако в глазах американского общественного мнения эта уступка будет слишком сильна. То, что санкции действуют и будут действовать, Трамп и Помпео повторяют постоянно, даже отмечая прогресс в переговорах. «Санкционное давление — это продолжающийся процесс», — отмечает госсекретарь, и никаких изменений не будет, пока Пхеньян не ликвидирует всё своё оружие массового уничтожения.

7 августа в эфире телеканала Fox News советник президента США по национальной безопасности Джон Болтон отметил, что КНДР не предприняла необходимых шагов для денуклеаризации, и « идея о том, что мы ослабим санкции в отношении Северной Кореи, даже не рассматривается. Мы продолжим оказывать максимальное давление на Северную Корею до тех пор, пока они не осуществят денуклеаризацию», — добавил Болтон.

В рамках того же тренда США удерживают своих южнокорейских союзников от излишне быстрого сближения, призывая не торопиться с развитием межкорейского экономического сотрудничества. Так, помощник госсекретаря по делам Восточной Азии и Тихого океана Марк Ламберт сообщил представителям южнокорейских компаний, работавших в Кэсоне, а также компании «Хёндэ Асан» о том, что возобновление экономического сотрудничества с КНДР вряд ли возможно до тех пор, пока в вопросе денуклеаризации КНДР не будет подвижек.

Также США заблокировали запрос президента Международного олимпийского комитета (МОК) Томаса Баха в комитет Совбеза ООН на исключение спортивного оборудования из списка товаров, запрещенных для ввоза в КНДР.

А 21 июля Дональд Трамп подписал закон о содействии соблюдению прав человека в КНДР. Законодательная инициатива 2017 года, поддержанная Конгрессом, продлевает и расширяет действие аналогичного закона, принятого в 2004 году: продлена программа защиты беженцев из КНДР, администрация США обязана предоставлять на постоянной основе Конгрессу доклады о продовольственной помощи Северу. Предусмотрены продление трансляции передач о правах человека на территорию КНДР, а также финансовая поддержка организаций, которые распространяют среди северокорейцев информацию о внешнем мире.

Продолжение воздействия пытаются объяснять тем, что КНДР движется к разоружению недостаточно быстро и явно что-то скрывает. Как передает Japan Times со ссылкой на доклад главы Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) Юкии Амано, «поскольку агентство все еще не получило разрешения на работу в КНДР, информация о ядерной программе Северной Кореи ограничена и с продолжением ядерной активности в стране этих данных становится все меньше».

Кроме того, КНДР приостановила демонтаж объектов на испытательном ракетном полигоне Сохэ на западе страны. Об этом сообщил интернет-портал 38 North, которым управляет исследовательская группа по северокорейской проблематике при университете имени Джонса Хопкинса. Со ссылкой на анализ спутниковых снимков сообщается, что после 3 августа на вертикальном испытательном стенде для ракетных двигателей и стартовой площадке не произошло видимых операций по демонтажу.

Много разговоров было и по поводу того, что последний визит Помпео в Пхеньян был скорее неудачным: Ким Чен Ын вместо встречи с ним предпочел картофельную ферму. В отмененном визите встреча с лидером КНДР тоже не планировалась, и ряд экспертов связывал это с тем, что в течение последних двух месяцев Майкл Помпео выдвигал властям КНДР предложение передать 60-70% своих ядерных боеголовок США или третьей стороне. Об этом 8 августа сообщил информационный портал Vox со ссылкой на осведомлённые источники, по данным которых, данное предложение категорически отклонил заведующий отделом единого фронта ЦК ТПК Ким Ён Чхоль.

Источники портала отмечают, что представители КНДР, участвующие в переговорах с США, начинают относиться к Помпео негативно за то, что он из раза в раз повторяет одно и то же требование, несмотря на то, что со стороны КНДР совершенно четко демонстрируется нежелание действовать в таком ключе. Неизвестно и то, что Помпео предложил в обмен на передачу боеголовок. По мнению СМИ РК, это могло быть освобождение от санкций или исключение КНДР из списка стран-спонсоров терроризма, однако официально никто ничего не объявлял.

Автор добавил бы к этому момент, связанный с тем, что КНДР до сих пор не уведомили США о том, сколькими боеголовками обладает государство, и в этой связи главная задача Помпео на данный момент — добиться от Пхеньяна точных данных о его ядерном арсенале. Как можно высчитать 80% от неизвестного?

Тем не менее, как автор уже отмечал, прерывать процесс никто не хочет. 11-12 августа в пограничном пункте Пханмунчжом состоялись рабочие переговоры между представителями КНДР и США, на которых обсуждались «конкретные вопросы».

О многом говорит и назначение 23 августа спецпредставителя по КНДР, который будет вести переговоры с северокорейским руководством и координировать политику на этом направлении с «союзниками и партнерами» США. Это можно понимать и как попытку «разгрузить» Помпео, и как передать вопрос специалисту. Ведь ранее назначенный на этот пост Стивен Биген занимал пост вице-президента Ford Motor Company по международным связям. Еще раньше он был директором представительства американского Международного Республиканского института в Москве, исполнительным секретарём Совета национальной безопасности Белого дома при Джордже Буше — младшем, старшим советником помощника президента США по национальной безопасности Кондолизы Райс.

В своем первом выступлении в данном качестве Бигэн признал, что стоящие теперь перед ним вопросы «будет сложно решить». Однако США должны «использовать все благоприятные возможности», чтобы добиться «мирного будущего для народа Северной Кореи», а это начинается с «окончательной, полностью проверяемой денуклеаризации».

Подведем итоги: пока Вашингтон, как и Пхеньян, не собирается разрывать процесс, но вопрос упирается в недостаток доверия, зависимость Трмпа от общественного мнения и внутриполитической повестки, а также в силу анти-трамповской оппозиции, отчего автор не раз задавал вопрос: должна ли КНДР учитывать вариант, при котором преемник Трампа в 2020 или 2024 г. заявит, что все, что подписал этот клоун, не соответствовало национальным интересам страны, и стратегия США снова меняется?

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×