21.06.2018 Автор: Константин Асмолов

Итоги выборов в местные органы власти Республики Корея

86ee3240-e40d-4bae-a82d-b70b49512ad1

13 июня 2018 г. в Южной Корее прошли выборы в местные органы власти и дополнительные выборы в Национальное собрание. Было избрано 4028 должностных лиц, в том числе 17 губернаторов провинций и мэров городов центрального подчинения, 226 глав городов, муниципальных округов, районов и уездов, 824 депутата провинциальных и городских  законодательных собраний, 2.297 депутатов законодательных собраний местного уровня, а также 17 глав департаментов образования провинций и городов центрального подчинения.

Основные политические партии, состязавшиеся за голоса избирателей, были таковы.

  • Ведущая оппозиционная и консервативная партия Свободная Корея, сумевшая укрепить свои позиции после импичмента Пак Кын Хе, но управляющаяся откровенно одиозными политиками типа Ким Му Сона или Хон Чжун Пхё.
  • Правоцентристская партия Справедливого будущего, которая образовалась после того, как консерваторы-раскольники из партии Парын частично вернулись в лоно Свободной Кореи, частично слились с Народной партией, которая ранее позиционировала себя как третью силу, но скорее объединяла недовольных Муном левых. Теперь там два сопредседателя – Ан Чхоль Су от условно левого крыла и Ю Сын Мин от правого.
  • Правящая Демократическая партия Тобуро, которая не столько левая, сколько не-правая.
  • Небольшой блок действительно левых сил, объединяющий партию Мира и Демократии (часть Народной партии, которая была против союза с консерваторами) и партию Справедливости (наследники разогнанной Объединенной прогрессивной партии).

Перед объявлением итогов, однако, стоит вспомнить, кто на что рассчитывал. Правящая партия ставила задачу занять 9 из 17 мест глав провинций и городов центрального подчинения, а также 7 из 12 вакантных мест в Национальном собрании. До выборов парламентское преимущество правящей партии составляло лишь пять мандатов, оппозиционные партии составляли большинство.

Свободная Корея планировала победить на выборах глав провинций и городов центрального подчинения в провинциях Северная и Южная Кёнсан, городах Тэгу, Пусане и Ульсане.

Партия Справедливого будущего надеялась на победу в Сеуле и Тэгу.

Партия Демократии и мира планировала выиграть в более чем половине избирательных округов провинции Чолла, а Партия справедливости была намерена занять второе место в столичном регионе и победить более чем в двух избирательных округах на выборах глав городов, муниципальных округов, районов и уездов.

Особое внимание привлекали выборы мэра Сеула. На этот пост претендовали 9 кандидатов, в том числе действующий мэр Пак Вон Сун от партии Тобуро и экс-глава Народной партии Ан Чхоль Су.

8-9 июня прошло досрочное голосование на местных выборах. Как сообщили в Центральной избирательный комиссии, на участки для голосования пришли 8 млн 640 тыс. человек — 20,14% зарегистрированных избирателей, в том числе президент РК Мун Чжэ Ин.   Для сравнения: в 2014 году на местных выборах досрочно проголосовали 11,5% избирателей, на парламентских выборах в 2016 году показатель составил 12,2%, а на президентских выборах в прошлом году 26,1%.

Выборы проходили «на хвосте» саммита лидеров КНДР и США и на фоне продолжающегося межкорейского потепления и связанного с этим высокого рейтинга президента. Как показали результаты опроса, проведённого 11-12 июня агентством Real Meter, 75,1% взрослых жителей РК одобряют деятельность Мун Чжэ Ина на посту президента страны. Уровень поддержки правящей Демократической партии Тобуро вырос до 56,6% в то время как рейтинг партии Свободная Корея составил 19,5%, партии Справедливости — 6,2%, партии Справедливого будущего — 5,6%, партии Демократии и мира – 3,7%.

Опрос    Gallup Korea давал похожие цифры: рейтинг Муна — 79%, негативное отношение к деятельности главы государства высказали 12% опрошенных, воздержались 8%. Демократическую партию Тобуро поддерживают 56% опрошенных, партию Свободная Корея — 14%, партию Справедливости — 8%, партию Справедливого будущего – 5%.

По мнению СМИ РК, на высокий рейтинг доверия президенту и его партии повлияли успешная Зимняя Олимпиада, надежды населения на возобновление межкорейского диалога и установление мира на Корейском полуострове после саммита Ким Чен Ына и Дональда Трампа.

Что же до критиков Муна, то вменяемая их часть указывала на недостаточность решения проблем экономики и жизни граждан, включая очень спорную реформу медицинского страхования и неэффективное повышение минимального размера оплаты труда и «чрезмерную» уступчивость по отношению к Северу.

К сожалению, невменяемых критиков было не меньше, и к таковым относилось и руководство Свободной Кореи. По сути, как отмечают некоторые эксперты, «Свободная Корея превратилась не в партию, отстаивающую определенный набор ценностей и предлагающую определенную программу развития страны, а в сборище критиков Мун Чжэ Ина», калькирующих обвинения демократов в адрес Пак Кын Хе в стиле «держава рушится, а она красную юбку надела».

Таким образом, межкорейский фактор был выжат по максимуму и хотя вишенка на торт в виде соучастия в саммите Ким-Трамп не получилась, хватило и достигнутых договоренностей, которые, как минимум, часть общественного мнения РК отнесла на счет «челночной дипломатии» Муна. А экономические проблемы пока не волнуют общество настолько сильно, чтобы выйти на первый план и разозлить население. Болезненный для партии власти «скандал с комментариями» также вынесен за скобки, поскольку группа спецпрокурора начнет свою деятельность ПОСЛЕ выборов и, как показывает история с импичментом 2004 года, резкие изменения политической конъюнктуры оказывают влияние на беспристрастность следствия.

По данным Центризбиркома, на участки для голосования явились 60,2% зарегистрированных избирателей, включая участников досрочного голосования. Такой высокий уровень явки говорит о том, что корейское общество становится более политизированным, поскольку местные выборы не воспринимались так активно, как демонстрация доверия или недоверия властям. С другой стороны, левые всегда уделяли местным выборам большее внимание, так как развитие местного самоуправления – часть их политической повестки.

К вечеру стало ясно, что правящая партия может праздновать победу. Кандидаты от Демократической партии Тобуро заняли 14 из 17 должностей губернаторов провинций и мэров городов центрального подчинения. Представителям партии Свободная Корея удалось занять лишь две должности — губернатора провинции Кёнсан-Пукто и мэра города Тэгу, а губернатором провинции Чечжудо стал независимый кандидат Вон Хи Рён. Сеул остался за демократами — Пак Вон Сун получил 49.3%, его соперник из Свободной Кореи — 13.6%, а Ан Чхоль Су — 10.7%. а в с столичной провинции Кёнги с 48.6% победил бывший мэр Соннама и соперник Муна на президентских праймериз Ли Чжэ Мён, также оставив далеко позади кандидата от консерваторов (19.4 %) и тем более центристов (1.9 %).

На муниципальном уровне представители Тобуро заняли более чем 150 мест глав городов, муниципальных округов, районов и уездов, а представители партии Свободная Корея — примерно 50. Из 25 муниципальных округов Сеула жители лишь одного — Сочхо-гу — поддержали кандидата от партии Свободная Корея.

На дополнительных выборах в Национальное собрание представители правящей партии победили в 11 из 12 избирательных округов (одно все-таки занял представитель партии Свободная Корея), несколько укрепив позиции в парламенте. Теперь у «демократов» в будет 129 мест — на 15 больше, чем у оппонентов.

Но главное даже не в парламентском большинстве, оно все равно невелико. Если столичная провинция и остров Чечжу периодически переходили из рук в руки, то впервые в политической жизни РК консерваторы уступили демократам часть юго-востока, поскольку провинция Южная Кёнсан и, в меньшей степени, города центрального подчинения, которые относятся к этому региону, были традиционной вотчиной данной партии. Представитель Тобуро победил даже в городе Куми, хотя это родина Пак Чон Хи и одно из самых консервативных мест в Южной Корее.

Хотя разрыв между ними и демократами здесь был меньше, чем в других регионах, они все равно проиграли, и, более того, губернатором провинции Кёнсан-Намдо в итоге оказался одиозный депутат Ким Кён Су, являющийся одним из основных фигурантов «скандала с комментариями».

В результате в «Свободной Корее» ушел в отставку её руководитель Хон Чжун Пхё, а еще целая группа депутатов фактически выступила с покаянным заявлением и плакатом, суть которого можно условно перевести как «Мы не справились и виноваты». 18 июня исполняющий обязанности председателя партии Ким Сон Тхэ объявил о намерении распустить центральный комитет и пообещал «создать рациональный фундамент дальнейшей деятельности, отказавшись от изжившего себя консерватизма». Принято решение одновременно начать деятельность рабочей группы по пересмотру прежней политики и временного комитета по реформированию партии.

Аналогично, ушел в отставку сопредседатель партии Справедливого будущего Ю Сын Мин, а второй руководитель, Ан Чхоль Су, вроде бы уехал в США и пока не выступал с заявлениями. Председатель временного комитета партии Ким Дон Чхоль выразил стремление сохранять ценность системы многопартийности, а также придерживаться линии на умеренные реформы, но насколько эта партия сохранится, очень большой вопрос.   Их провал не меньше, чем провал Свободной Кореи – ни в одном из субъектов выборов они не получили второго места. Да, понятно, что опытный управленец Пак Вон Сун остался мэром Сеула вне конкуренции, но то, что Ан Чхоль Су не оказался вторым – это показатель для человека, который считал Сеул своей электоральной базой.

Впрочем, неудача постигла не только правых, но и левых. Союз Партии справедливости и Партии мира и демократии, который на парламентских выборах занимал довольно прочные позиции на юге западного региона, также уступил Тобуро. Да, они заняли свое второе место, но можно снова обратить внимание на результаты разрыва в голосах.

То, что остров Чечжудо оказался под контролем беспартийного депутата – тоже интересно, однако надо понимать, что этот регион очень сильно себе на уме и можно посмотреть, не пожелает ли его новый губернатор все-таки присоединиться к какой-то из политических сил.

Вернемся к причинам поражения консервативных сил. Их несколько, включая позитивный настрой населения на фоне межкорейских успехов, которые партия Свободная Корея открыто критиковала. Однако главная на взгляд автора связана с «расплатой за предательство».

Напомним, что падение Пак Кын Хе во многом случилось стараниями не левых, а правых (причем первая попытка Ю Сын Мина случилась еще в 2015 г.). Именно они сначала организовали историю с компроматом, а потом включились в подготовку импичмента в расчете на то, что после ухода президента мелкие лидеры фракций вроде того же Хон Чжун Пхё (который при Пак не был заметен) смогут наконец дорваться до власти. Когда же стало понятно, что посеяв ветер, они вызвали бурю, эти «вожди» стали спасаться поодиночке, вызвав раскол с образованием партии Парын, а потом еще один раскол уже внутри этой партии. При этом идеологией Свободной Кореи стало «чем дальше от Пак Чжон Хи, тем ближе к Ли Сын Ману», правление которого было эталоном одиозности и разрухи.

Так у правых не оказалось действительно серьезных и харизматичных руководителей, способных вывести партию из политического кризиса. В предыдущих ситуациях такого рода, будь-то до 2011 или 2014 гг., ситуацию спасала Пак Кын Хе, которую приглашали во власть, а затем старались аккуратно выдавить, когда мавр сделал свое дело. Но теперь Пак в тюрьме, а Хон Чжун Пхё вместо серьезной работы пытался эпатировать публику в стиле Трампа, раздавая провокационные заявления. Например, мог обвинить молодежь в «политическом идиотизме» и «потакании коммунистам», что, мягко говоря, отнюдь не способствовало увеличению числа его сторонников. Аналогичным образом выглядела его компания в юго-восточном регионе – вместо конкретных инициатив предлагалось просто крепить единство земляков в противовес чужакам из столицы. А уже после межкорейского саммита Хон написал открытое письмо президенту США с требованием быть более решительным в решении северокорейского вопроса, предоставить КНДР компенсацию только после завершения денуклеаризации, а также серьёзно заняться проблемой прав человека.

Таким образом, консерваторы пошли на выборы без вменяемых лидеров, программы и повестки. Политическое банкротство было ожидаемо, и теперь вопрос в том, насколько Мун Чжэ Ин сможет интерпретировать результат выборов как кредит доверия и начать еще более активно продвигать свою политику. Автор вспоминает, как после неудачной попытки импичмента Но Му Хен тоже получил карт-бланш – и в короткие сроки довел страну до экономического кризиса, после чего в 2007 г. разрыв между его преемником и победителем Ли Мен Баком был сравним с победой Муна 10 лет спустя.

РК явно будут ждать определенные подвижки и перестановки в жизни политических партий; новые экономические инициативы, которым автор посвятит большой цикл материалов (ибо если некоторые тренды продолжатся, через полгода-год перед страной может встать призрак серьезного экономического кризиса); продолжение борьбы с коррупцией и попыток власти разобраться с экс-президентом Ли Мен Баком и иными «олигархами». Правда, существенного большинства в парламенте у него по-прежнему нет, и для проталкивания там особо одиозных проектов Муну все равно придется договариваться.

Не менее интересно и то, как будут развиваться корейско-американские отношения и не ждет ли нас определенная напряженность на экономическом участке фронта, будь-то судьба соглашения о свободной торговле или пошлины в отношении товаров из РК.

Также автору любопытно, насколько после выборов президент РК сохранит свой энтузиазм на межкорейском направлении. Не случится ли так, что, хотя формально сворачивать диалог никто не будет, инициатива перейдет в руки неправительственных организаций или патриотических бизнесменов, а власть минимально ограничится исполнением уже взятых на себя обязательств. Не забудем и то, что в условиях дальнейшего развития отношений США и КНДР, межкорейский диалог может утратить значение, поскольку действительно важные вопросы Вашингтон и Пхеньян могут пытаться решать без игр в испорченный телефон.

В общем, автор не раз сравнивал южнокорейскую политику с драматическим сериалом южнокорейского производства, и хотя победой демократов на выборах можно обозначить завершение очередного сезона, следующий явно окажется не менее интересным.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×