28.04.2018 Автор: Константин Асмолов

«Новый» курс КНДР и ее ракетно-ядерный мораторий

SNK64354243

20 апреля в Пхеньяне состоялся Третий пленум Центрального Комитета  Трудовой партии Кореи седьмого созыва «для обсуждения политических вопросов нового этапа в соответствии с требованием важного исторического периода развития революции». Пленум – второе по значимости внутрипартийное мероприятие после съезда, и обычно он не собирается по ординарному поводу.

В постановлении «Об объявлении великой победы курса на параллельное ведение экономического строительства и строительства ядерных вооруженных сил» торжественно объявлено, что:

  • «…проведены критические ядерные испытания, подземные ядерные испытания, миниатюризация и облегчение ядерных оружий, разработка сверхбольших ядерных оружий и их средств-носителей, и тем надежно осуществлено дело вооружения ядерным оружием». Иными словами, хотя часть военных экспертов так не считает, программа создания стратегических ядерных сил объявляется завершенной.
  • С 21-го апреля 2018 г. КНДР прекращает ядерные испытания и испытательные запуски МБР. Более того, «для обеспечения прозрачной гарантии прекращения ядерных испытаний будет прекращать употребление северного полигона».
  • Также дано обещание «не применять ядерное оружие, пока не существует ядерной угрозы и провокаций в отношении нашего государства, и ни в коем случае не распространять ядерное оружие и технологии».
  • Данные шаги позиционируются как «важный процесс для мирового сокращения ядерного оружия, и наша Республика содействует международным стремлениям и усилиям к всестороннему прекращению ядерных испытаний». КНДР «будет создавать благоприятную международную обстановку для социалистического экономического строительства, и для защиты мира и стабильности на Корейском полуострове и на всей планете – активизировать тесную связь и диалог с окружающими странами и международным сообществом».

Новость о том, что КНДР замораживает ракетные и ядерные испытания, а также закрывает ядерный полигон на севере республики, взорвала мировые СМИ так, что некоторые из них даже подали новость как «КНДР прекращает свою ядерную программу». Как можно заметить, это не так – никаких обещаний отказаться от ЯО не давали, а мораторий на развитие ракетно-ядерной программы предлагала сначала КНДР, а потом Россия и Китай.

Мораторий был воспринят в целом положительно. Дональд Трамп написал в своём Twitter, что «Это очень хорошая новость для Северной Кореи и всего мира — большой прогресс! С нетерпением ожидаю саммита».   Президент РК Мун Чжэ Ин также сказал, что мораторий — «прогресс в деле денуклеаризации Корейского полуострова. Это создаст благоприятную среду для достижения дальнейшего успеха в предстоящем саммите между КНДР и США»,

МИД КНР одобрил действия Пхеньяна, «который путём диалога и переговоров способствует устранению обеспокоенности всех заинтересованных сторон, содействует улучшению взаимных отношений».  Это  «позволит шаг за шагом улучшать ситуацию на Корейском полуострове, обеспечит денуклеаризацию, окажет содействие урегулированию существующих противоречий мирным путём».

Премьер-министр Японии Синдзо Абэ приветствовал заявление Пхеньяна, назвав его «продвижением вперёд». Вместе с тем он подчеркнул, что основная политика Токио, а также Вашингтона и Сеула, касательно КНДР, останется неизменной, и призвал пристально следить за тем, чтобы оно привело «к полному, подконтрольному и  необратимому уничтожению ядерных вооружений, оружия массового поражения и баллистических ракет». Министр финансов Японии Таро Асо также заявил, что намерения Пхеньяна должны быть «тщательно исследованы».

Южнокорейские политические круги отреагировали на решение Севера неоднозначно. Если правящая Демократическая партия Тобуро приветствовала его, отметив, что оно придаст «дополнительный импульс движению к миру и совместному процветанию на Корейском полуострове», то оппозиционная партия Свободная Корея выразила скептицизм, заявив, что заявления Пхеньяна не соответствуют цели «полной, поддающейся проверке и необратимой» денуклеаризации. «Поскольку в СК уже есть ядерное оружие, его решение не проводить дополнительные ядерные испытания не имеет особого значения»».

Автор же прокомментирует этот шаг следующим образом:

  • Каждая из ядерных держав, завершив создание своих стратегических ядерных сил, прекращала дальнейшие испытания как ракетного, так и ядерного компонентов программы. В этом случае поведение Пхеньяна никак не отличается от поведения «большой пятерки» и демонстрирует соответствующий уровень ответственности.
  • Хотя объявление моратория предполагалось давно, любопытно, что Ким разыграл эту карту до саммита. Таким образом, мораторий НЕ выглядит следствием того, что на него надавила или подтолкнула к этому южнокорейская сторона. Это – жест доброй воли и осознанный выбор Пхеньяна с самого начала.
  • Однако надо понимать, что поскольку мораторий Киму «ничего не стоил», этот шаг может быть воспринят Вашингтоном не как движение навстречу, а как должное. «Для того чтобы продемонстрировать свою искренность», Пхеньян должен будет совершить что-то еще, более задевающее его интересы и похожее на готовность к капитуляции.
  • Что же касается приоритетного развития экономики, то это – логическое продолжение курса, начатого несколько лет назад. В рамках той же политики Комитет Обороны был переименован в Комитет по Государственным Делам, поскольку задачи военного строительства были в целом выполнены и стали уже менее приоритетными. Так и здесь. Раз программа создания стратегических ядерных сил завершена, можно переключить внимание на укрепление экономического сектора, тем более что борьба с последствиями санкций и за повышение качества жизни рядовых граждан требует нетривиальных решений.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×