17.01.2018 Автор: Константин Асмолов

Межкорейские переговоры: олимпийские предпосылки и политические перспективы

8865

Предыдущая статья автора, посвященная межкорейскому сближению, была завершена в преддверии переговоров на высоком уровне, которые прошли 9 января 2018 г. в пограничном пункте Пханмунчжом в демилитаризованной зоне. Последний раз представители сравнимого ранга встречались в августе 2015 г. для урегулирования межкорейского обострения, связанного с серией инцидентов в районе ДМЗ. Ситуация была на грани конфликта, но ее удалось уладить без потери лица для обеих сторон. В этот раз повестка дня была более мирной – переговоры прошли после того, как в новогодней речи лидер КНДР Ким Чен Ын предложил начать диалог Севера и Юга и в качестве первого шага отправить на Олимпиаду в Пхенчхан северокорейскую делегацию.

Это и сформировало состав участников. Южнокорейскую делегацию возглавил министр объединения Чо Мён Гюн, которого сопровождали его заместитель Чхон Хэ Сон, замначальника канцелярии премьер-министра Ан Мун Хён, второй замминистра культуры, спорта и туризма Но Тхэ Ган и зампред оргкомитета зимних Олимпийских игр в Пхёнчхане Ким Ги Хон. Северокорейскую делегацию представлял председатель комитета по мирному объединению родины Ли Сон Гвон, а также его заместитель Чон Чжон Су, секретарь комитета Хван Чхун Сон, замминистра физкультуры и спорта Вон Гиль У и член Национального олимпийского оргкомитета Ри Гён Сик.

Ожидалось, что на переговорах будет обсуждаться в основном участие северокорейской сборной в зимних Олимпийских играх в Пхёнчхане и связанные с этим организационные и технические вопросы: допустимость запрещенной в РК северокорейской символики, способ въезда северокорейских спортсменов в РК, совместное участие в церемониях открытия и закрытия Игр.

Кроме того, южнокорейская сторона планировала затронуть и вопросы, касающиеся переговоров военных представителей Юга и Севера, а также представителей Обществ Красного Креста двух стран для обсуждения организации встречи разделённых семей.

Как написало впоследствии ЦТАК, «обе стороны серьезно обсудили вопрос участия в 23-их Зимних Олимпийских играх и Паралимпийских играх, и вопрос по улучшению межкорейских отношений в соответствии с чаянием и ожиданием всех соотечественников». И хотя, по сообщениям СМИ, началось общение с реплики Ли Сон Гвона о том, что «реки и горы покрыты снегом и льдом, но было бы не преувеличением сказать, что межкорейские отношения еще более заморожены», впоследствии в Сеуле заявили, что «сторонам удалось достичь результатов, которые превзошли ожидания».

Общий итог мероприятия, зафиксированный в совместном заявлении, можно свести к следующему:

  • Переговоры длились всего день, но шли довольно интенсивно, 4 раунда. Это говорит об их не демонстративном характере, а попытке обсудить важные вопросы в конструктивном духе.
  • Принято решение «активно содействовать» проведению Олимпийских игр, дабы «они послужили хорошим моментом для демонстрации великого облика нации». В этом контексте КНДР направляет на юг представительную «делегацию на высоком уровне», куда, кроме высокопоставленных чиновников и собственно спортсменов, войдет группа болельщиков, группа деятелей искусств, художественный ансамбль, демонстрационная команда по тхэквондо и журналисты, а РК обеспечит им необходимое удобство.
  • Дополнительные вопросы, связанные с делегацией, решено обсудить позже «посредством обмена документов» или в ходе рабочих переговоров. Оттого еще непонятно, каково будет число собственно спортсменов (на данный момент для участия в соревнованиях отобралась только одна пара фигуристов) и будет ли предложенное южанами совместное прохождение делегаций двух стран. Впрочем, южане готовы обсуждать детали в самое ближайшее время.
  • «Север и Юг решили прилагать совместные усилия для смягчения военной напряженности, создания мирной обстановки на Корейском полуострове и содействия национальному примирению и сплочению». Для этого возобновляются переговоры по военной линии в целях предотвращения пограничных конфликтов и восстанавливается (точнее, была протестирована еще в день переговоров) работа «горячей линии» между военными Юга и Севера, не работавшая около двух лет после закрытия Кэсонского индустриального комплекса. Южнокорейская сторона ранее неоднократно предлагала восстановить работу этого канала связи, предназначенного главным образом для предотвращения случайных вооружённых столкновений в районе северной разграничительной линии в Жёлтом море.
  • Также принято решение «активизировать контакты и передвижения, обмен и сотрудничество в разных сферах», — нечто подобное проговаривалось и в 2015 г., но ничем не закончилось из-за аморфных формулировок и изменившейся политической ситуации. Эксперты склонны видеть в этом указание на скорую встречу представителей разделенных семей, которую южане предлагали устроить в феврале в честь праздника Нового года по лунному календарю, однако непосредственно на переговорах данный вопрос не обсуждался и в совместное заявление включён не был.
  • «Север и Юг договорились уважать межкорейские декларации и решить все вопросы межкорейских отношений по принципу общими силами нашей нации и путем диалога и совещания». Эта формулировка также является церемониальной, однако здесь важна отвергавшаяся при консерваторах попытка выстроить преемственность отношений, которая основывается на итогах межкорейских саммитов 2000 и 2007 гг.
  • Проблему денуклеаризации Корейского полуострова южане поднять попробовали, но после того, как глава делегации КНДР выразил недовольство и категорически отказался затрагивать данный вопрос в рамках межкорейских переговоров, тему «замели под ковер».
  • Точка не поставлена – «стороны решили организовать переговоры Севера и Юга на высоком уровне для улучшения межкорейских отношений и урегулирования разногласий». В этом контексте, по сообщению Reuters, Южная Корея даже рассмотрит вопрос о временном снятии санкций против Севера, если это будет необходимо для облегчения приезда делегации из КНДР.

Прямой диалог между представителями Юга и Севера Кореи поприветствовали в Москве (как сказал пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков, «это именно тот диалог, о необходимости которого последовательно говорило руководство России»), аппарате ООН (Антониу Гутерреш отметил, что Олимпиада способна создать атмосферу взаимопонимания и мира) и МОК (как заявил Томас Бах, «большой шаг вперёд в олимпийском движении»). Американская реакция была более сдержанной – по словам представителя госдепартамента Хезер Науэрт, США продолжают консультации с южнокорейской стороной относительно того, чтобы северокорейское участие в Олимпиаде не нарушало санкций Совбеза ООН, а КНДР «должна использовать своё участие в Играх в качестве шанса выйти из международной изоляции, встав на путь денуклеаризации».

Отвечая на эту реплику на следующий день на встрече с журналистами, Чо Мён Гюн отметил, что переговоры с Пхеньяном не противоречат усилиям мирового сообщества, целью которых является прекращение ядерной программы, или подходу к решению северокорейских проблем, который предусматривает одновременно санкции и диалог.

Как бы то ни было, значение этих переговоров велико – они стали первым межкорейским диалогом после прихода к власти Мун Чжэ Ина. По словам представителей РК, в июле 2017 года южнокорейская сторона предлагала КНДР провести военные переговоры по ослаблению пограничной напряженности и заседание Красного Креста для обсуждения воссоединения разделенных семей. Однако тогда Северная Корея не ответила на это предложение. С тактической точки зрения Ким Чен Ын получает плюс к реноме, а сторонникам представлений о непредсказуемом режиме, отказывающемся от диалога, станет сложнее подбирать аргументы. Мун Чжэ Ин же обретает определенные гарантии безопасности Олимпиады.

Означает ли то, что Ким Чен Ын переиграл Трампа и его команду? — Да, северокорейские спортсмены будут представлены на Олимпиаде, а те, кто внимательно следит за событиями, отметили конструктивность северокорейского руководства. Появилась надежда и на общее потепление отношений – хотя бы на уровень 2015 года, когда между странами существовал минимальный уровень связей.

Главный вопрос, однако, в том, что будет дальше. Допустим, Олимпиада пройдет без эксцессов, и северокорейских спортсменов не будут показательно обвинять в допинге или понуждать «выбрать свободу». Но какими будут следующие шаги? Встреча разделенных семей – важное мероприятие, но его формат затрагивает только тех, кого разделила война, а не их дальних потомков. Таких людей все меньше, и потому встречи имеют скорее церемониальное значение. В переговоры «по разоружению» автор верит, — вот только говорить можно, а разоружаться вряд ли.

Опять же, как пройдут (пусть и перенесенные) совместные учения РК и США весны 2018 г. и что будет на них отрабатываться? Не будет ли попыток Сеула дезавуировать часть заключенных соглашений в выступлениях по иному поводу и в ином политическом окружении (стиль президента РК нередко зависит «от обстановки»)? Ведь уже в ходе состоявшегося вечером 10 января телефонного разговора президентов США и РК лидер Юга отметил, что успешное проведение межкорейских переговоров стало возможно в значительной степени благодаря содействию Дональда Трампа. Таким образом инициативу КНДР уже пытаются дезавуировать, представив все так, что это вынужденная мера, продиктованная санкциями.

Другой серьезный вопрос, — не нарушит ли финансовая поддержка участия Севера в Олимпиаде режим антисеверокорейских санкций, и решать его южнокорейским чиновникам придется совместно с комитетом ООН по санкциям и правительством США.

Проблем при этом оказывается больше, чем ожидали – например, прибытие делегации КНДР морским путём точно нарушает санкционный режим. Потому что судам, побывавшим в северокорейских портах в течение предыдущих 12 месяцев, запрещено входить в порты РК. Более того, как сообщила 12 января японская газета «Асахи Симбун», при оказании помощи северокорейской делегации США призвали Юг ограничиться предметами и услугами, которые будут использованы исключительно на территории РК, и отметили недопустимость предоставления предметов, которые могут впоследствии быть проданы в КНДР. Подчёркивается недопустимость передачи северянам даже «одной хоккейной клюшки». Американская сторона допускает оплату расходов на жильё и питание северян в РК, но категорически против подарков или предоставления спортивного инвентаря.

Поэтому больших иллюзий автор не испытывает – речь идет не столько о потеплении отношений Севера и Юга с точки зрения «плюсовой температуры», сколько о стремлении выйти к «нулю» после похолодания. Но даже это радует автора тем, что впервые за несколько лет, вероятность конфликта на полуострове, по его ощущениям, снизилась – пусть и на пару процентов.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×