22.11.2017 Автор: Владимир Одинцов

Турция и страны Средней Азии

01355550015106797078048

Актуальной проблемой для государств Средней Азии на сегодняшний день является присутствие внешних интересов. Ранее уже было рассмотрено влияние в регионе Китая и ЕС. Другим не менее важным внешним региональным игроком для Средней Азии уже давно стремится стать Турция.

Турция всегда пыталась проводить на территории бывшего СССР активную пантюркистскую политику, не только претендуя на доминирующее влияние в бывших советских республиках с преобладающим тюркоязычным населением, но и покровительствуя тюркским автономиям (Татарстан, Башкирия, Кабардино-Балкария и др.) в составе РФ. Одной из основных идей политики Турции в регионе первоначально было создание «Великого Турана» под эгидой Анкары. Однако, это предложение не нашло одобрения среди лидеров стран Средней Азии. Более того, оно вызвало резкое противодействие со стороны всех стран региона. Так, на этой волне в мае 1995 года по предложению Президента Узбекистана И.Каримова возникло этнокультурное объединение под названием «Туркестан – наш общий дом», в соответствии с которым культурное и экономическое единство представлялось на основе единого этноса, и никак не религии.

Сложное положение, в котором Турция оказалась после осложнений отношений с ЕС и США в последний период, заставило Анкару активизировать контакты с тюркскими странами СНГ, тем самым пытаясь компенсировать экономические потери и усилить политическое взаимодействие с тюркоязычными республиками, используя для этого пантюркистские идеи. К тюркским странам СНГ относятся 5 из 15 республик бывшего СССР – Азербайджан, Казахстан, Киргизия, Туркмения и Узбекистан. Большинство из них расположено в Средней  Азии, но, безусловно, связующим звеном между ней и Турцией выступает Азербайджан, имеющий прямую сухопутную связь с турецкой территорией через Грузию.

На протяжении всей своей истории государства Средней Азии постоянно подвергаются наплыву зарубежных миссионеров из Турции, Пакистана и арабских стран, проповедующих нетрадиционные для стран исламские религиозные течения. Основное влияние этого внешнего фактора прослеживается в системном влиянии на образовательный процесс. Так, например, турецкие лицеи и университеты осуществляют образовательную деятельность в неразрывной связи с религиозным воспитанием, а также насаждая турецкую идентичность.

Ярким примером попыток оказания Турцией влияния через различные религиозные течения, которые в основе вероучения своей группы ориентированы на внешнюю среду и внешние этнокультурные ценности, является появившаяся еще в 1957 году организация «Сулейманджилар» (тур. «Süleymancılar»), которая была образована турецкими спецслужбами для реализации внутренней и внешней политики в отношении мусульман. В 2011 году эту организацию возглавлял бывший руководитель турецкой разведки Сонмез Коксаль. «Сулейманджилар» на территории бывшего СССР стал заниматься организацией учебных программ в регионах Черноморского побережья России, Средней Азии, Кавказа и Поволжья. Эти учебные заведения были образованы в составе местных Духовных Управлений Мусульман.

Начиная с 1992 года турецкий проповедник Фетхуллах Гюлен создал сеть из хорошо оборудованных школ в Средней Азии, которые активно поддерживались США. Их основной целью была подготовка кадров госаппарата, обеспечивающих в будущем их симпатии к Турции. Сам Ф.Гюлен рассчитывал при участии хорошо подготовленных и обученных в принадлежащих ему школах и интернатах кадров, ликвидировать светскую республику и создать государство, опирающееся на основы исламского шариата. Однако, еще задолго до получения Анкарой сведений о подготовке Ф.Гюленом антиправительственного мятежа в Турции в 2016 году путем использования военных в захвате власти, и причисления Анкарой скрывающегося в США турецкого проповедника к государственным врагам, имплантированные им в государствах Средней Азии школы стали причиной ухудшения отношений Турции со странами региона и, особенно, с Узбекистаном. В результате правительство Узбекистана, например, закрыло все школы Ф. Гюлена на его территории и прекратило сотрудничество с Турцией в образовательной сфере.

С учетом активного стремления подобных турецких учебных заведений в неразрывной связи с религиозным воспитанием насаждать турецкую идентичность, сформировать у детей и подростков панисламистское, пантюркистское мировоззрение, о региональной стабильности говорить не приходится. Как уже неоднократно отмечали региональные эксперты, после такого обучения у учащихся формируются экстремистские взгляды, и они легко попадают под влияние экстремистских и радикальных группировок, таких, как «Братья мусульмане», «Хизб-ут Тахрир аль-Ислами» и другие. Более того, сама суть деятельности организации «Сулейманджилар» заключается в том, что она должна подготовить местную мусульманскую молодежь, закладывая ей искаженные знания, для дальнейшего использования в указанных террористических организациях и партиях с целью господствования в регионах идеологии пантюркизма. Именно поэтому в некоторых странах СНГ деятельность организации «Сулейманджилар» стала запрещена законодательством.

По указанным причинам правительство Турции в последние годы решило не вмешиваться столь прямолинейно в этот регион своими особыми интересами, чтобы не испортить отношения, прежде всего, с Россией и Китаем, ограничиваясь лишь относительно небольшим по объему экономическим сотрудничеством с государствами региона. Еще в 1992 г. Анкарой была создана экономическая, культурная и техническая организация — Турецкое агентство международной кооперации (ТИКА), основной целью которого является эффективное координирование турецкой помощи странам региона в проектах и программах в различных сферах, включая сельское хозяйство, образование, малое и среднее предпринимательство, энергетика, туризм и т.д.

Тесные деловые связи сложились у Турции с Казахстаном и Киргизией, где турецкий бизнес появился почти сразу после распада СССР. Наиболее сильным является влияние Анкары в Туркмении, которая не только первой по образцу Турции перешла на латинский алфавит, но и установила с ней интенсивные гуманитарные и экономические связи.

Нередко инициативы по усилению связей с Турцией исходят от самих тюркских стран СНГ. Так, Киргизия, разочарованная первыми результатами своего вступления в ЕАЭС в конце 2015 года заметно активизировала свои контакты с Анкарой. Причем, киргизско-турецкие культурные связи стали развиваться едва ли не активнее экономических. Турция при этом действует в классических традициях мягкой силы, используя этническое родство двух народов для укрепления своего политического и экономического влияния.

В настоящее время определенные «разработчики» США, стремящиеся руками Турции изменить отношение государств в приверженности России и Китаю, пытаются подтолкнуть Анкару к новому «скачку» в направлении Средней Азии, но это со всей очевидностью не воспринимается Турцией как целесообразное направление в ее внешней политике. В Анкаре более трезво в последнее время стали оценивать перспективы своего влияния на регион, особенно в условиях по-прежнему низкого доверия стран региона к Турции, понимания того, что она все еще не способна стать лидером или локомотивом для стран Средней Азии.

Владимир Одинцов, политический обозреватель, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×