06.03.2017 Автор: Владимир Терехов

Что может означать заявление Императора Японии об отставке

78678787Одним из самых значимых событий прошедшего года в Японии стало выступление 8 августа 2016 г. по национальному телевидению Императора Акихито, в котором он указал на возможность ухода в отставку по состоянию здоровья. Исключительностью заявления Императора объясняется предварительная полугодовая подготовка населения страны, когда в информационное пространство осуществлялись утечки противоречивого содержания.

Действующий монарх, в частности, сказал, что в течение последних нескольких лет размышлял на тему соответствия выполняемых обязанностей и состояния здоровья. По его словам, “пока” общее самочувствие позволяет выполнять эти обязанности, но уже ощущается ухудшение здоровья как в силу 82-летнего возраста, так и последствий перенесенных операций. В тщательно выверенных выражениях Император дал понять, что желал бы уйти в отставку и выразил надежду на понимание со стороны японского народа.

Аккуратность словесного оформления заявления Акихито объясняется беспрецедентностью содержания. За всю многовековую историю действующий монарх уходил в отставку только в 1817 г., когда сама императорская власть носила условный характер.

Резкое повышение её значимости произошло во второй половине 19 в., когда совершенно очевидной стала неотложность проведения всесторонних реформ, призванных придать современный облик Японии, остававшейся к тому времени в полуфеодальном состоянии после 250-летнего периода правления сёгуната Токугавы.

“Революция сверху”, спровоцировавшая на начальном этапе гражданскую войну, была проведена частью аристократии под руководством императора Мацухито. Период его правления, продолжавшийся до дня смерти 30 июля 1912 г., получил название “Мэйдзи” (“Просвящённое правление”). Уже при нём Япония стала современной мировой державой.

Нынешний Император Акихито является наследником Мацухито в третьем поколении. Продолжающийся период его правления, начавшийся в 1989 г., получил символическое наименование “Установление мира”. Каждый из двух предыдущих периодов, пришедшихся на времена правления отца и деда Акихито, обозначены своей словесной символикой.

Важно отметить, что каждое из этих наименований в определённой мере отражает содержательную сторону некоторого периода непрерывного процесса модернизации Японии, запущенной во второй половине 19 в. С оговоркой относительно периода “Сёва” (“Просвящённый мир”), пришедшегося на время правления Хирохито, то есть отца нынешнего Императора.

По понятным соображениям историки разделяют период “Сёва” на довоенный (с 1926 г. до 1945 г. включительно) и послевоенный (то есть до дня смерти Хирохито 7 января 1989 г.). Поскольку в первые год-два после окончания войны на Тихом океане решался вопрос не столько о продолжении периода “Сёва”, сколько о передаче самого императора в руки Токийского трибунала.

Хирохито избежал этой участи только усилиями командующего союзными силами генерала Д. Макартура, полагавшего (совершенно справедливо), что решить проблему более или менее спокойного управления оккупированной Японией можно только имея союзником Императора, власть которого в глазах японцев носит божественный характер.

Однако после поражения в войне статус монарха и вся законодательная база Японии по сравнению с довоенным периодом претерпели радикальные изменения. В соответствии с принятой в 1947 г. Конституцией (подготовленной в штабе того же Д. Макартура), источником власти становился не Император, а народ и его выборный представитель – парламент.

Текущее управление всеми делами страны возлагалось на правительство, чисто формально утверждаемое Императором, который становился символом (а не главой, как ранее) государства, а также единства нации. Вводились принципы разделения властей, равенства полов, изменились системы управления экономикой, образования и воспитания молодёжи.

Важнейшее значение для всего послевоенного периода японской государственности приобрела ст. 9, которая не имеет аналогов в Конституциях других стран. В основных положениях этой статьи прописывались отказ Японии “навсегда” от использования войны, как средства решения внешнеполитических проблем, а также от обладания вооружёнными силами.

Вообще говоря, почти все послевоенные законодательные новации, принятые под давлением оккупационных властей, можно трактовать как этап резкого ускорения того же тренда в преобразовании страны, который был запущен во второй половине 19 в. самой японской элитой. С оговоркой относительно роли военной компоненты в деятельности государства.

Важно, однако, отметить, что уже перед “командой” Мацухито возникла проблема поиска баланса между сохранением традиций и масштабами “европейских” социально-политических преобразований. Собственно, обвинение “просветителей” того времени в “предательстве заветов предков” и спровоцировало гражданскую войну.

Достаточно единодушным является мнение о том, что изменения в законодательной базе государственности Японии после 1945 г., наряду с фактической передачей в руки недавнего врага проблематики обеспечения национальной безопасности, обеспечили стремительный экономический прогресс страны.

Однако к рубежу 90-х-“нулевых” годов начало усиливаться ощущение “культурной травмы”, нанесённой послевоенными преобразованиями. И первой областью общественной жизни, которую затронули возрастающие “реставрационные” настроения, оказалась система образования. Всё чаще стало высказываться мнение о том, что в “Базовом законе об образовании” от 1947 г. “слишком много западного и мало японского”.

Итогом многолетних бурных споров о характере и самой необходимости пересмотра явилась его новая редакция, принятая в 2006 г., в которой, в частности, появилось знаковая запись о необходимости “уважения традиции и культуры, а также любви к выпестовавшей их нашей стране и родине”.

Намеченный этим законом “реставрационный” тренд получил продолжение в предвыборной программе Либерально-демократической партии, триумфально победившей в конце 2012 г. на внеочередных парламентских выборах. Среди прочего, в программе говорилось о необходимости восстановления статуса Императора, как главы государства, проявления уважения к национальной символике, в частности государственному флагу.

В “реставрационный” тренд вполне вписывается и обозначившееся в начале 90-х стремление японской элиты снять ограничения в сфере обеспечения обороны и безопасности, прописанные в ст. 9 действующей Конституции. Как не раз отмечалось в НВО, решение этой задачи является главной целью всей политической карьеры лидера ЛДП и нынешнего премьер-министра Синдзо Абэ.

Сегодня достаточно определённо можно говорить, что на предстоящих в следующем году очередных парламентских выборах С. Абэ вновь поведёт за собой ЛДП. И пока не видно, что могло бы помешать как победе на них ЛДП, так и занятию С. Абэ (в третий раз) поста премьер-министра. Следовательно, продолжится (и ускорится) “реставрационный” тренд в процессе изменения общественно-политической конструкции Японии.

Япония вступает в полосу серьёзных перемен, и, следуя исторической традиции, возглавлять их должен новый Император, период правления которого получит собственное наименование.

Конечно, годы берут своё и аргументы, которые использовал Император Акихита при объяснении намерения уйти в отставку, выглядят вполне убедительными. Но вряд ли является случайным совпадение во времени его выступления и наметившегося ускорения процесса всесторонней “реставрации” страны.

Однако немедленному занятию престола наследником (каковым является 56-лений Нарухито–старший сын Акихито) препятствует отсутствие в законе об Императорском доме прописанной процедуры замены пока находящегося на этом свете монарха.

Подготовкой необходимых законодательных поправок с октября 2016 г. занимается специальная комиссия при правительстве, состоящая из 16 юристов. Проект законодательного акта, подлежит утверждению правительством с последующей его передачи на рассмотрение текущей сессии парламента.

Пока сообщается о наметившихся в комиссии разногласиях при общем настрое “пойти навстречу” пожеланиям действующего Императора. К тому же склоняется и общественное мнение. Рассмотрение в парламенте подготавливаемого проекта закона намечено на май с. г. и, в случае его утверждения, Акихито сможет покинуть свой пост 1 января 2019 г.

Занятие престола новым Императором будет сопровождаться появлением нового мема, которым обозначат фактически уже идущий процесс глубокой трансформации социально-политического, культурного и военного облика Японии. Не исключено, что будет использовано нечто похожее на слово “реставрация”.

Что касается разного калибра региональных и мировых игроков, то им придётся принять как данность возвращение Японии в “Большую геополитическую игру” в качестве одного из её ведущих участников. Как, впрочем, и Германии – союзницы Японии по Второй мировой войне.

Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×