23.02.2017 Автор: Константин Асмолов

К убийству старшего брата Ким Чен Ына в Малайзии

34231312312313 февраля 2017 года в международном аэропорту Куала-Лумпура был убит 46-летний Ким Чон Нам, сын Ким Чен Ира от его первой (гражданской) жены — актрисы Сон Хе Рим, и единокровный старший брат северокорейского лидера Ким Чен Ына.

Покойный родился 10 мая 1971 года, учился в международной школе в Берне и университете Женевы. Неясно, рассматривали ли его в качестве наследника Ким Чен Ира, но в 2001 году Ким Чон Нама задержали в аэропорту Нарита, когда он пытался посетить Японию по поддельному паспорту Доминиканской Республики, и депортировали в КНР. После этого он не возвращался на родину, проживая в Макао и Сингапуре и будучи известен скорее как плейбой. Международные СМИ, однако, лепили из него то главного северокорейского диссидента (хотя критика КНДР с его стороны была очень редкой и очень осторожной), то главного хранителя «золота партии» в зарубежных банках (должен же кровавый режим иметь подобные сокровища, а если должен, то кому как не брату диктатора за ними присматривать), то тайного претендента на трон или фигуру, которую в этом качестве готов поддержать Китай (о чем, правда, китайские политики и ученые решительно не в курсе).

По данным местных СМИ, Ким Чон Нам собирался вылететь в Макао, отправляющемся в 10 часов утра 13 февраля, используя поддельный паспорт на имя некого Ким Чхоля, но примерно в 9 утра обратился за помощью в медпункт аэропорта с жалобами на сильные боли, после чего скончался по дороге в больницу Путраджаи. Так как личность покойного не сразу установили, какое-то время полиция подтверждала только то, что какому-то корейцу стало плохо.

По собственно покушению источники разнятся. Кабельный телеканал TV Chosun (связанный с небезызвестной с точки зрения «уткопускательства» газетой Чосон Ильбо), ссылаясь на неназванный правительственный источник, утверждает, что Ким Чон Нам был убит в аэропорту в результате нападения на него двух неизвестных женщин с отравленными иглами, которым удалось скрыться на такси, причем эта версия была широко озвучена еще до того, как смерть подтвердили местные. Associated Press со ссылкой на местную полицию сообщает, что Ким Чон Нам обратился за помощью из-за спрея, которым брызнули ему в лицо. По данным издания The Star, Ким Чон Наму плеснули в лицо жидкостью, после чего он почувствовал головную боль. Еще одна версия говорит о женщине, которая обхватила его сзади и набросила ему на голову пропитанный чем-то платок.

Малайская полиция задержала двух женщин и одного мужчину, подозреваемых в убийстве. 28-летняя гражданка Вьетнама Доан Тхи Хюонг, которую опознали по записям с камер наблюдения и яркой футболке с надписью LOL, была задержана утром 15 февраля при попытке вылететь в Ханой. На следующий день там же, в аэропорту, была задержана вторая подозреваемая, 25-летняя гражданка Индонезии, у которой был билет на самолёт до Сеула.

На допросе в полиции Доан показала, что, когда вместе с подругой отдыхала в Малайзии, с ней познакомились четверо мужчин, которые предложили ей подшутить над их знакомым — обрызгать его лицо из баллончика, а потом набросить на него носовой платок. Один из этих мужчин, по словам Доан, был похож на северокорейца, другой, гражданин Малайзии, был задержан в Куала-Лумпуре 16 февраля.

И хотя подобная история вызывает очень много вопросов, организатором убийства ожидаемо назначили Ким Чен Ына. В ходе встречи с депутатами Национального собрания 15 февраля глава Национальной службы разведки Ли Бён Хо сказал, что его служба узнала об инциденте в Малайзии спустя четыре часа после того, как он произошел, благо на протяжении пяти последних лет на Ким Чон Нама, который находился под защитой Китая, было несколько попыток покушений со стороны Пхеньяна. Ли Бён Хо подтвердил, что причиной смерти брата северокорейского лидера стал яд, для введения которого в организм использовалась либо игла, либо химический спрей.

На той же встрече Ли рассказал, что Ким Чон Нам никогда не обращался к Южной Корее с просьбой предоставить ему убежище, игнорировал подобные советы со стороны друзей, а в 2012 г. направил своему младшему брату письмо, в котором просил сохранить жизнь ему и членам его семьи: «Ким Чон Нам заверял пришедшего к власти в Северной Корее брата, что ни он, ни его дети не претендуют на власть и хотят лишь спокойной жизни за пределами КНДР».

В тот же день в Сеуле состоялось экстренное заседание Совета национальной безопасности при президенте под председательством исполняющего обязанности президента РК Хван Гё Ана. Его участники обсудили подробности и вопрос о возможном влиянии данного события на политическую ситуацию на Корейском полуострове. Хван Гё Ан заявил, что правительство относится к этому вопросу с большой серьёзностью, — если выяснится, что убийство совершено по инициативе северокорейских властей, то это будет очередным доказательством жестокости и античеловечности режима Ким Чен Ына. Хван Гё Ан дал указание совместно с международным сообществом продолжать усиление давления на Пхеньян с целью вынудить Ким Чен Ына изменить свою нынешнюю политику. Военных также призвали сохранять готовность к провокациям Севера.

Что же до оппозиции, то, как заявила лидер оппозиционной Демократической партии Тобуро Чху Ми Э, правительству РК не следует политизировать убийство Ким Чон Нама под предлогом опасности данного инцидента для национальной обороны: убийство повышает напряжённость в межкорейских отношениях, и властям нельзя преувеличивать или скрывать информацию.

И если Хван Гё Ан или Ли Бён Хо все-таки не заявили о северокорейском следе открыто, остальные эксперты РК и Запада сделали это, приведя массу причин, зачем Ким Чен Ыну потребовалось убивать брата кроме как в силу природной склонности к злодейству, которой глава «тиранического режима» не может не обладать. У одних убийство обусловлено нестабильностью власти Кима, который таким образом пытается запугать народ, показывая, что ради власти он готов убить даже брата; другие считают этот инцидент подтверждением незыблемости власти Кима, готового казнить за малейшую критику, или его жестокого и импульсивного характера. Вспомнили даже, что поелику покойный был старшим сыном Ким Чен Ира от первой жены, а Ким Чен Ын – от третьей, он мешал брату самим фактом существования.

В общем, когда 16 февраля Ким Чен Ын появился на публике и явно выглядел мрачным и усталым, южнокорейские писаки немедленно интерпретировали его плохое настроение не как огорчение в связи со смертью брата: «По выражению лица северокорейского лидера можно было понять, что он обеспокоен нестабильной политической ситуацией или испытывает угрызения совести: это связано с тем, что власть стремительно теряет уважение и доверие народа».

Автору же все-таки кажется, что при всей одиозности северокорейского режима он не будет совершать действий, вред от которых заведомо превышает возможную выгоду. В ситуации, когда после запуска нового типа ракеты средней дальности вопрос о том, что делать с КНДР, обсуждается на очень серьезном уровне, вплоть до разговоров о допустимости превентивных ударов, подтверждать образ безумного режима, глава которого готов убить собственного брата – точно «выстрелить себе в ногу», развеяв любые представления о своей договороспособности. Кроме того, Малайзия – полицейское государство, и вероятность потерять агента достаточно высока, а разоблаченный убийца, рассказывающий под камеру подробности покушения, – не только удар по репутации, но и повод снова включить КНДР в список стран-спонсоров терроризма, чего активно добиваются консерваторы что в РК, что в США.

Можно ли найти иные варианты заказчиков? Смелые заявления южнокорейских разведчиков и журналистов, описывающих ключевые детали покушения еще до того, как появились нужные подробности, при должной ангажированности или конспирологической жилке вполне можно интерпретировать как указание на причастность официального или неофициального Сеула, благо он точно оказывается выгодоприобретателем. Как бы не пошло следствие, обвинение в братоубийстве уже вброшено, и Север получил свою долю демонизации. Еще можно было бы вспомнить про недавнее объявление о создании в РК спецподразделения для ликвидации Ким Чен Ына, которое, вероятно, «решило потренироваться на братьях».

Помимо официального Сеула, может быть неофициальный – скажем, тоталитарная протестантская секта или тайное общество среди силовиков, члены которого решили поиграть в Ан Чжун Гына. Кстати, в таком вполне могут состоять перебежчики из КНДР, морально готовые в случае неудачи не просто пожертвовать собой, а выдать себя за убийц из Пхеньяна для того, чтобы задуманная провокация точно удалась.

Не исключаем пока и криминальные или бытовые версии. Однако если в ближайшее время не появится убойных улик в пользу того, что это не Пхеньян, причастность КНДР к смерти Ким Чон Нама станет таким формирующим элементом дискурса, что любые факты уложатся в его рамку. Нет следов яда – это был секретный яд, который их не оставляет. Следствие пришло к иным выводам – на него надавили или власти испугались международного скандала.

Так что ждем фактов.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×