05.09.2016 Автор: Владимир Терехов

К китайско-австралийским отношениям

345345234324Австралия является важным участником политической игры в АТР. Как не раз отмечалось на страницах НВО, руководство этой страны уже свыше десяти лет находится в состоянии поиска хоть какого-то компромисса между двумя (всё более расходящимися) целеустановками.

Одна из них, унаследованная со времён холодной войны, связана с образом Австралии “как помощника шерифа” в регионе. Вторая обусловлена растущей зависимостью экономического процветания страны от поддержания экономических связей с Китаем, против которого и перенацеливается внешнеполитический курс мирового “шерифа”.

Напомним, что во внешней торговле Австралии Китай занимает неоспоримо первое место, которому она сбывает большую часть железной руды – базового продукта своего экспорта. Доля КНР в нём приближается к 32% (доля занимающей вторую позицию Японии равняется 16%). При том, что сама Австралия является лишь 14-ым партнёром во внешней торговле Китая.

Драматизм внешнеполитического позиционирования страны проявляется в ключевом вопросе, который задают себе австралийские политологи: как нам быть, если США ввяжутся в войну с КНР из-за Тайваня или каких-то уж совсем мелких островов?

Именно этот вопрос и характер ответа на него находятся в центре внешнеполитической компоненты борьбы между двумя основными партийными лагерями страны, возглавляемыми правоцентристской Либеральной партией Австралии (ЛПА) и левоцентристcкой Австралийской лейбористской партией (АЛП).

И если первая отвечает на него в стиле “увы, но, видимо, придётся присоединиться к этим заокеанским идиотам”, то вторая предпочитает вообще не ставить его в столь острой (но всё более неизбежной) форме, подчёркивая крайнюю необходимость для Австралии развития разносторонних отношений с Китаем – ближайшим великим соседом.

Межпартийная борьба периодически обостряется в период очередного избирательного цикла, каковым в 2016 г. стал процесс выборов в нижнюю палату парламента, состоявшихся 2 июля.

За ними внимательно наблюдали из Пекина, вполне понятные предпочтения которого связаны с австралийскими лейбористами. Именно на период пребывания АЛП у власти (2007-2013 гг.) пришёлся пик развития китайско-австралийских отношений.

В Китае, видимо, с особой теплотой вспоминают первого премьер-министра от АЛП, бывшего школьного учителя Кевина Радда – искреннего энтузиаста придания разностороннего формата этим отношениям.

После поражения на выборах 2013 г. лейбористы начали постепенно восстанавливать свои электоральные позиции, но 2 июля 2016 г. они не смогли победить консервативный блок. Который с трудом, но всё же преодолел 50%-ную планку большинства в нижней палате парламента. Это позволило последнему премьер-министру Малкольму Тернбуллу сохранить свой пост и вновь сформировать правительство консерваторов.

Важно отметить, что ЛПА не менее лейбористов заинтересована в поддержании экономических отношений с КНР, и это отчётливо проявилось в ходе визита М. Тернбулла в Китай, состоявшегося за три месяца до выборов. Сама эта поездка, несомненно, повлияла на настроения избирателей, многие из которых, видимо, решили (как оказалось, не вполне обоснованно), что и с консерваторами во главе правительства ничего плохого в отношениях с Китаем не произойдёт.

В Китае, мягко выражаясь, без энтузиазма отреагировали на известие о победе на выборах в Австралии блока во главе с ЛПА. И, как вскоре выяснилось, не без основания, поскольку Канберра одной из первых поддержала решение Гаагского арбитража от 10 июля с.г., фактически признавшего незаконными территориальные претензии КНР в ЮКМ.

Не особо ограничивающий себя в выражениях (квази)официоз Global Times (чего не позволяет себе несомненный официоз China Daily) использовал в связи с этим такие сильные определения Австралии, как “самая сумасшедшая страна” и “бумажный кот”. Ходового определения “бумажный тигр”, которое известно к кому прикладывается, Австралия, судя по контексту статьи в Global Times, явно не заслужила.

Через неделю в той же газете появилась ещё одна статья, в которой (не без удовлетворения) отмечается, что предыдущая произвела должное впечатление на адресат, в прессе которого заговорили об “угрозе войны” со стороны Китая, якобы выраженной в его “главной государственной газете”.

Указывая, что ничего похожего в первой статье не было, Global Times, тем не менее, вновь подчёркивает готовность китайской стороны “без колебаний” использовать силу в случае угрозы “территориальной целостности” страны путём захода иностранных судов в территориальные воды тех архипелагов в ЮКМ, на которые претендует КНР. Канберре рекомендуется отказаться “от безрассудного следования американской стратегии сдерживания Китая”.

На фоне резко деградировавшей в течение лишь одного месяца политической компоненты двусторонних отношений обратил на себя внимание характер реагирования в КНР на отказ правительства Австралии разрешить китайской государственной компании сетевого распределения электроэнергии купить 50,4% акций аналогичной австралийской компании Ausgrid на огромную сумму в 7,7 млрд долл. Указанный отказ (“по соображениям безопасности”) последовал 11 августа с.г.

Комментарий этого события в той же Global Times был выдержан в гораздо более примирительных тонах по сравнению с тем, что неделей-двумя ранее говорилось в связи с поддержкой австралийским правительством решения Гаагского арбитража. Хотя и высказывается сожаление по поводу несостоявшейся сделки, но эта конкретная неудача рассматривается в масштабах “кратковременной” перспективы, в то время как долгосрочный прогноз двусторонних экономических отношений оценивается вполне оптимистично.

Тем самым в Китае дают понять о заинтересованности в развитии этих отношений. Поскольку и со стороны Австралии трудно ожидать курса на их свёртывание (а отказ фактической продажи Китаю основной электрораспределительной компании, видимо, не содержал никакой политической подоплеки текущего плана), то следует ожидать определённого выравнивания двусторонних отношений в целом.

Хотя фактор решения Гаагского арбитража, несомненно, привносят существенный (и теперь уже едва ли устранимый) элемент негатива в китайско-австралийские отношения. Впрочем, то же самое в связи с этим фактором можно сказать и по поводу отношений Китая почти со всеми его южными соседями.

Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×