30.06.2016 Автор: Владимир Терехов

Мемы «Европа» и «Запад» проходят проверку в Азии

34534534534Несколько примечательных событий, случившихся в последнее время в АТР, позволяют в очередной раз затронуть тему содержательной стороны нескольких устоявшихся мемов, из которых особую значимость сохраняют “Европа” и “Запад”.

Отражают ли они с окончанием холодной войны какую-либо реальность, или становятся не более чем инструментами в руках ловчил от пропаганды, весьма успешно использующих их в целях одурачивания разного рода самостийных простаков? Не является ли нынешний ЕС с его странными “ценностями” подменой исторической Европы? Что происходит с лидером современного “Запада”, то есть США?

В поисках ответа на обозначенные и схожие вопросы придётся принимать во внимание фактор укоренённости подобных слов в современном политическом дискурсе. Поэтому желательно рассмотреть разнообразные аспекты государственности каждого из нынешних ведущих членов “Европы” (“Запада”), включая их историю, господствующие религии и национальные мифы, общественно-социальное устройство, определить современные экономические и политические интересы.

Однако некие контуры этого ответа можно усмотреть, ограничиваясь наблюдем за поведением отдельных “западников” в современной глобальной игре. Её главным содержанием во всё большей мере становится противостояние США и КНР, географический центр которого смещается в Южно-Китайском море.

В этом плане информативными стали такие последние события в регионе, как саммит G-7, выступление министра обороны Франции Жан-Ив лё Дриана на очередном форуме “Диалог Шангри-Ла”, девятый по счёту визит канцлера Германии Ангелы Меркель в Китай, очередные военно-морские учения “Малабар”, прошедшие к северу от ЮКМ.

Ключевым моментом политической части “Декларации”, принятой на саммите G-7, стало выражение его участниками “опасений относительно ситуации, складывающейся в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях”, а также подчёркивание “фундаментальной значимости мирных способов разрешения [территориальных] споров” на основе международного права.

Приведенные достаточно нейтральные фразы несомненно учитывают позицию большинства европейских членов G-7, не желающих портить отношения с Китаем путём его прямого обозначения в качестве источника упомянутых “опасений”. Что сплошь и рядом делают в последнее время Вашингтон и Токио.

Из всех крупных европейцев только Франция обнаруживает следы фантомных болей по колониальному прошлому в Юго-Восточной Азии, о чём свидетельствуют выступление министра обороны страны Ж.-И. лё Дриана на форуме “Диалог Шангри-Ла” (прошедшего в начале июня в Сингапуре) и его же последующее посещение Вьетнама, где ему был оказан пышный приём.

Выступая на форуме, он заявил о готовности Франции принять участие в поддержании безопасности в АТР и, в частности, обозначить её “регулярное и ощутимое” присутствие в ЮКМ. При этом Ж.-И. лё Дриан включил в перечень французских партнёров Австралию, США, Сингапур, Малайзию “и даже Японию, а также ряд других” стран.

Китаю среди них места не нашлось. Впрочем, он не был обозначен и в качестве противника Франции в регионе.

В порядке комментария к данному заявлению можно сказать, что если курс Парижа на реанимирование колониальной политики второй половины 19 в. в “ближнем зарубежье” (то есть в Северной и Центральной Африке, а также на Ближнем Востоке) поддаётся хоть какому-то осмыслению, то попытки “вернуться” на почти противоположную сторону земного шара (в условиях абсолютно отличных от того, что было в конце 19 в.) заставляют сомневаться в адекватности новым мировым реалиям нынешнего руководства страны.

Несмотря на относительно нейтральные формулировки выступления французского министра обороны, они спровоцировали в КНР болезненные ассоциации “с вторжением западных стран” на территорию Китая во второй половине 19 в., то есть с временами “опиумных войн”, в которых Франция была одним из основных представителей тогдашнего “Запада”.

Масштабы китайской катастрофы, вызванной “опиумными войнами”, делает их едва ли не самым позорным и преступным эпизодом недавней истории современного “Запада”. Непонятно, зачем сегодня провоцировать подобные ассоциации у второй мировой державы и потенциально крайне выгодного экономического партнёра.

Однако Ж.-И. лё Дриан не ограничился заявлением о начале “регулярного и ощутимого” французского присутствия в ЮКМ. Он пообещал привлечь к этому и некоторые другие страны ЕС, что только усилило настороженность в Китае, вспомнившего о так называемой “коалиции восьми”, подавившей в 1900 г. “боксёрское восстание”.

Интересно, кто из европейцев отзовётся на этот призыв? Великобритания, которая первая вступила в контролируемый Китаем Азиатский банк инфраструктурных инвестиций, что вызвало шок в США? Или Германия, правительству которой с огромным трудом удалось получить согласие парламента на отправку контингента бундесвера в расположенный вдвое ближе Афганистан?

Очередной успешный визит А. Меркель в КНР, прошедший в середине июня, лишний раз подтвердил абсолютную невозможность военного противостояния Германии со второй мировой державой из-за претензий последней на владение какими-то коралловыми островами с трудно произносимыми названиями, да ещё расположенными “у чёрта на куличках”.

Судя по всему, перед Германией замаячили совсем другие геополитические “заморочки”, связанные с очередным заглатыванием наживки, появившейся в непосредственной близости от неё. Эту наживку украшает фирменная надпись: “Экономическое и военно-политическое лидерство в Европе” (по крайней мере, Восточной).

Как показывает недавняя история, процесс заглатывания указанной наживки – самый надёжный способ разрушения даже иллюзий относительно единства среди ведущих европейцев. В этом плане недавняя ремарка премьер-министра Великобритании Дэвида Кэмерона на тему крайне опасных для мира в Европе последствий пресловутого “Брэксита” (то есть потенциального выхода страны из ЕС) приобретает характер зловещего пророчества.

Крайне примечательными представляются особенности политической борьбы, разворачивающейся на территории лидера современного “Запада”. Едва ли не впервые за последние десятилетия в центре этой борьбы оказывается проблематика силового распространения в мире “демократических ценностей” в ущерб решению обостряющихся внутренних проблем.

Указанную проблематику придётся принимать во внимание (в той или иной мере) любому будущему президенту США. Что неизбежно будет способствовать размыванию содержательной стороны мемов “Запад” и “Европа”.

Наконец, необходимо кратко затронуть популярную в последнее время тему “распространения на Азию” зоны ответственности НАТО, то есть военно-политического воплощения тех же мемов. Их авторы и “спонсоры” прикладывают максимум усилий для искусственного продления жизни этого динозавра холодной войны.

Не вызывает сомнения одно: к “азиатскому НАТО”, о котором говорится с начала прошлого десятилетия, нынешнее “европейское НАТО” не будет иметь почти никакого отношения. В АТР, куда смещается мировая политика, свои игры и свои основные её участники. Все они обозначились в ходе очередных военно-морских учений “Малабар”, захвативших акваторию от южного побережья Японии до севера Филиппин.

Непосредственными участниками этих учений стали США, Индия и Япония. Китай, то есть главный объект и цель учений “Малабар”, тоже принял в них косвенное участие, направив разведывательный корабль с целью наблюдения за двумя индийскими фрегатами “объединённой союзнической эскадры”.

При этом китайское судно прошло через один из проливов между островами северной гряды архипелага Рюкю, что в Японии было воспринято как нарушение её территориальных вод.

“Азиатское НАТО” действительно формируется, но с целями, не имеющими никакого отношения к европейским политическим играм. Поэтому вряд ли мы увидим среди его участников кого-либо из значимых европейцев. Даже Францию.

Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×