23.02.2016 Автор: Константин Асмолов

Закрытие Кэсонского комплекса: экономические последствия

34535345345Закрытие Кэсонского промышленного комплекса продолжается. 11 февраля в 23-53 по местному времени Юг прекратил подачу электричества и воды. Это довольно важно, так как подобным образом снабжался не только комплекс, но и близлежащий город. Кроме того, к 23-00 11 февраля все остававшиеся в технопарке 280 граждан Южной Кореи покинули комплекс и благополучно вернулись на родину.

Все остальное досталось северянам: так как КНДР объявила территорию индустриального комплекса запретной зоной и охраняемым военным объектом, собственность работавших в Кэсоне компаний, включая оборудование, материалы и продукцию, заморожена. Правда, то, что уже было произведено и вывезено в РК, по-прежнему будет продаваться: специальный павильон в международном выставочном центре KINTEX, в котором представлена продукция южнокорейских компаний, работающих в Кэсонском индустриальном комплексе, продолжит работу. Связано это с тем, что большинство компаний, работающих в комплексе, малоизвестны и работают в основном по заказам сторонних производителей.

Вопрос о компенсациях в связи с этим весьма остр, и сейчас те, чьи предприятия работали в Кэсонском индустриальном комплексе, ведут активные переговоры с руководством правящих и оппозиционных сил по поводу возмещения ущерба и оказания им финансовой поддержки. Соответствующий план правительства в его нынешнем виде не способен покрыть всех издержек предприятий Кэсона. Власти предложили выплатить страховку, продлить сроки возвращения кредитов и другие меры. Деловые круги призвали политические силы поспособствовать разработке и принятию специального законопроекта, который будет направлен на возмещение полученного ущерба в полной мере. Представители правительства и правящей партии Сэнури намерены обсудить данный вопрос в конце февраля, просчитав масштабы ожидаемого ущерба и выработав эффективные меры возмещения.

Крупнейшие южнокорейские банки также намерены оказать поддержку компаниям, работавшим в комплексе. Так, 13 февраля банк Ури откроет в Сеуле специальный временный отдел, который займётся продлением кредитных сроков и выделением финансовой помощи предприятиям, работавшим в Кэсоне. Банки Кунмин, Хана и Синхан намерены разработать собственные планы поддержки компаний на основе анализа ситуации с их кредитованием. Банки Саноп, Киоп, а также Экспортно-импортный банк сформировали специальную рабочую группу, которая совместно с правительством разрабатывает меры по поддержке вышеуказанных компаний. По состоянию на ноябрь прошлого года, объём кредитов, выданных 124 предприятиям, работавшим в Кэсоне, составил примерно 920 млн долларов.

Так, становится все понятнее, что подобный шаг ударит не столько по КНДР, сколько по РК. Даже официальные СМИ пишут, что в результате данного шага коэффициент вероятности банкротства достиг в РК максимума за последние пять месяцев. По данным агентства Bloomberg, на внебиржевом рынке Нью-Йорка по состоянию на 11 февраля, пятилетний кредитный дефолтный своп (CDS) премиум составил 83 пункта, что на 9 пунктов больше, чем на предыдущих торгах. Это указывает на снижение кредитного рейтинга страны.

Южнокорейские эксперты занимают более амбивалентную позицию. Они отмечают, что закрытие комплекса окажет незначительное влияние на южнокорейскую экономику. 10 февраля в министерстве планирования и финансов сообщили, что годовой объём производства в комплексе составлял примерно 500 млн долларов. Это 0,04 процента от ВВП страны. С другой стороны, прекращение сотрудничества Юга и Севера в Кэсоне может оказать отрицательное влияние на имидж межкорейских проектов в целом, ослабив интерес иностранных инвесторов.

Опросы общественного мнения тоже дают неоднозначную картину: хотя в целом 48,9 процента опрошенных южнокорейцев выступают за жёсткие действия в отношении Пхеньяна, а 30,9 процента высказались за ужесточение экономических санкций, закрытие Кэсонского комплекса одобряют всего 54,4 процента респондентов, притом что 41,2 процента считают, что комплекс должен продолжать работать.

На этом фоне южнокорейское руководство пытается найти достойное объяснение своего шага, но пока получается «так себе». Как заявил на пресс-конференции 12 февраля 2015 г. министр по делам воссоединения РК Хон Ён Пхё, оказывается, 70% доходов, которые Пхеньян получал от Кэсонского индустриального комплекса (как доходы от реализации продукции, так и деньги, предназначенные на выплату зарплаты северокорейским рабочим), шли на развитие ядерных вооружений и разработку баллистических ракет. Министр объявил, что «у южнокорейского правительства имеются многочисленные доказательства», но никаких конкретных примеров не привёл, и этот момент был отмечен даже корейскими СМИ, а некоторые авторы даже сравнили это заявление с недавней не менее громкой историей, связанной с попыткой обвинить РФ в тайных поставках комплектующих для северокорейской ракеты.

Надеются власти РК и на то, что Север все равно пострадает больше, и теперь общество стараются убедить в том, что ликвидация комплекса нанесёт по режиму «ну очень существенный удар». Во-первых, закрытие комплекса срывает планы Пхеньяна по привлечению в страну иностранных инвестиций и лишает его важнейшего источника валюты. Во-вторых, оно наверняка вызовет недовольство населения – 54 тыс. человек, которые работали на предприятиях комплекса, потеряли не только зарплату. Ранее они могли приобретать продукцию заводов по низким ценам, что значительно облегчало их жизнь. Кроме того, они остались без электричества и воды, а местные рынки – без товаров.

Правда, Кэсон никогда не был основным источником валюты, а ситуация с рабочими, по-видимому, будет быстро исправлена если не за счет мобилизационных мер, то благодаря привлечению иных инвесторов, в первую очередь китайских. В общем, как отметил руководитель Центра корейских исследований ИДВ РАН Александр Жебин, «У американцев есть ёмкая фраза, описывающая поведение того, кто вредит самому себе: «выстрелить себе в ногу» …прекратив работу Кэсонского комплекса, южные корейцы, похоже, выстрелили себе сразу в обе ноги – вопреки собственной выгоде окончательно заблокировали межкорейские отношения и практически похоронили евразийские планы своего президента. Сеулу вновь пришлось забыть о своих национальных интересах во имя удовлетворения геополитических амбиций старшего партнёра – Вашингтона».

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×