09.05.2015 Автор: Владимир Терехов

Американское турне Синдзо Абэ

imageГосударственный визит премьер-министра Японии Синдзо Абэ в США, длившийся небывалые семь дней (с 26 апреля по 3 мая с.г.), стал одним из важных событий в системе отношений, складывающихся в стратегическом треугольнике “США-Китай-Япония”, а также в АТР и в мире в целом.

Итогом его переговоров с американским президентом Бараком Обамой явилось “Совместное видение”, в котором выражено отношение лидеров обеих стран ко всему комплексу двусторонних отношений, развитию разнообразных процессов в АТР и в мире в целом.

Другим важным документом, принятым так называемым “комитетом 2+2”, в который входят министры иностранных дел и обороны, стали “Руководящие принципы японо-американского сотрудничества в области обороны”. На определённом историческом отрезке “Руководящие принципы” вносят конкретное содержание в базовый документ 1960 г., которым между США и Японией устанавливались военно-политические союзнические отношения.

Предпоследняя редакция этого документа была принята в 1997 г., то есть уже давно не отвечала новым реалиям в регионе и в мире в целом, а также не соответствовала трансформации самого союза, в частности, изменению соотношения “ролей” между обоими союзниками.

На совместной пресс-конференции лидеры обеих стран всячески подчёркивали, что процесс укрепления двустороннего союза не имеет антикитайской направленности. Однако у комментаторов визита С. Абэ в США не вызвало сомнения, что главным адресатом обоих упомянутых документов является как раз Китай, президент которого Си Цзиньпин незримо присутствовал за столом американо-японских переговоров.

Вполне можно допустить, что лидеры США и Японии в процессе беседы иногда задумчиво всматривались в это пустующее место. Ибо без учёта интересов любой из тройки ведущих держав АТР сегодня бессмысленно обсуждать не только региональные, но и мировые проблемы.

Не вызывает никаких сомнений глобальный характер позиционирования США и Китая в мире. Что касается Японии, то давно наметившийся процесс её постепенного перемещения в группу мировых не только экономических, но и политических лидеров прямо следует из содержания “Совместного видения”.

Основным отличием этого документа от всех предыдущих являются чётко выраженные глобальные претензии американо-японского военно-политического союза. До сих пор такие претензии звучали только со стороны НАТО – другого военно-политического союза, патронируемого США.

Однако относительно обоснованности подобных претензий и даже “долголетия” обоих этих союзов сегодня сложно делать какие-либо прогнозные оценки.

Всё будет определяться несколькими процессами. Во-первых, характером и масштабами возвращения в большую мировую политику обоих неудачников во Второй мировой войны, то есть Германии и Японии, а также, во-вторых, развитием отношений их обоих с Китаем.

Что касается Японии, то вполне адекватный анализ проблем внутреннего и внешнего плана на пути её становления в качестве одного из значимых мировых игроков даётся в статье “Прелюдия к японскому возрождению”, опубликованной Stratfor в связи с визитом С. Абэ в США. Автор статьи Джон Миннич полагает, что пока “японская песня далека от края”, но С. Абэ может стать её “прелюдией”.

Потенциально весьма важные последствия для НАТО и американо-японского союза может иметь очевидная усталость американцев от выполнения крайне неблагодарной роли мирового шерифа и усиление в связи с этим позиций неоизоляционистов в американском политическом истеблишменте.

Вполне возможно, что отмечаемая в последние годы тенденция к понижению масштабов вовлечённости США в конфликты в различных “горячих зонах” и попытки переложить на союзников существенную часть ноши по их разрешению, является одним из проявлений скрытой борьбы между различными элитными группировками по ключевым проблемам внешней политики США.

В Азии роль “заместителя шерифа” всё более определённо возлагается Вашингтоном на Японию. В этом плане примечателен заголовок одной из многих статей-комментариев по поводу визита С. Абэ в США, появившихся в КНР: “Помощник всемирного полицейского – новая роль для Японии по вмешательству в мировые дела”.

Однако сам факт становления Японии в качестве самостоятельного политического игрока будет иметь неизбежным следствием появление у неё собственных интересов и целей, не всегда и не полностью совпадающих с американскими.

Это проявилось, в частности, в колебаниях Японии относительно вопроса о вступлении в патронируемый Китаем Азиатский банк инфраструктурных инвестиций, против формирования которого выступают США.

Примечательно также, что на итоговой пресс конференции, когда Б. Обама затронул тему “совместного выступления обеих стран против агрессии России на Украине”, С. Абэ ограничился ремаркой “о рассмотрении ситуации на Украине” в числе прочих тем двусторонних переговоров.

Оба лидера сделали специальное заявление по вопросу дальнейшего сокращения накопленных в мире арсеналов ядерного оружия. Представляется, однако, что данным заявлением каждый из союзников преследовал собственные цели.

В США давно наметилась тенденция к постепенному замещению ЯО “конвенциальными” высокоточными системами вооружений, которые с необходимой скоростью могут быть доставлены к заранее намеченным целям. Возможное перемещение последних должно отслеживаться в режиме реального времени с помощью современных систем разведки и связи.

Япония же позиционирует себя в качества лидера очередной активизации движения за полное ядерное разоружение. Эта позиция является вкладом в её образ мирной страны, стремящейся к всеобщему процветанию.

Для неё этот образ представляет собой крайне важный международно-политический капитал, который она несомненно использует в ходе неизбежного обсуждения в ООН тех или иных проектов реформирования Совета безопасности. Среди претендентов на будущие новые места постоянных членов СБ ООН Япония находится в числе лидеров.

Судя по всему, несмотря на критическую оценку Китаем визита С. Абэ в США, Пекин не закрывает двери для развития диалога с Японией, который после долгого перерыва возобновился в ноябре прошлого года на полях саммита АТЭС и продолжился за неделю до этого визита в Джакарте на полях саммита лидеров стран Азии и Африки по случаю 60-летия знаменитой Бандунгской конференции.

Уже после поездки С. Абэ в США Китай посетила представительная делегация японского парламента. Она была принята третьим лицом в иерархии Компартии КНР, что было оценено японской прессой в качестве “очередного сигнала процесса потепления” двусторонних отношений.

Остаётся, однако, вопрос о степени свободы рук для Японии в процессе налаживания её отношений с Китаем, а также действенности американского “тормоза”, на который Вашингтон может нажать, если, по его мнению, указанный процесс будет заходить “слишком далеко”.

Важное значение для развития ситуации в треугольнике “США-Китай-Япония” имеет позиция последней по вопросам формирования Транс-Тихоокеанского партнёрства и её нынешней оценки собственной истории периода Второй мировой войны.

Оба эти вопроса относились к основным в ходе переговоров С. Абэ с Б. Обамой. Однако они, как и новый формат американо-японского военно-политического союза, заслуживают специального рассмотрения.

Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона, специально для Интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×