18.10.2014 Автор: Александр Орлов

Алжир на перепутье политического развития

43543535Несмотря на попытки правящей верхушки Алжира удержать страну на «плаву» в условиях, когда президент страны А.Бутефлика стар и сильно болен, а высшие чины правительства, парламента, вооруженных сил и спецслужб превысили планку 70-летнего возраста, АНДР продолжает медленно продвигаться к острому политическому кризису. Пока что, как показали итоги состоявшихся в апреле с.г. президентских выборов, на которых совершенно больной Бутефлика, набравший 81,49% голосов избирателей, получил четвертый мандат на управление страной, власти еще способны манипулировать политическими процессами в стране, однако навязывать свою линию обществу становится все труднее, а эрозия поддержки режима продолжается. Все чаще возникают новые витки межкланового противоборства в верхах. Оппозиция постепенно консолидируется и на каком-то этапе может перехватить инициативу. Исламисты сохраняют сильные позиции в обществе.

В пользу режима играют факторы благоприятной финансово-экономической ситуации, роста валютных резервов от нефтяных и газовых доходов, притока иностранных инвестиций. Кроме того, готовится новая редакция Конституции под руководством главы администрации президента А.Уяхьей. Конституционная реформа предусматривает более четкое закрепление принципа распределения властей, повышение роли парламента, кодификацию прав оппозиции, гарантии реализации универсальных свобод граждан, укрепление независимой судебной системы и т.д. Оппозиция дистанцируется от этой инициативы властей, рассматривая ее как маневр уклониться от назревшего радикального обновления политической системы.

Против режима играет тот фактор, что в лояльных ему партиях идут выяснения межклановых отношений. Давний лидер правящей партии ФНО А.Бельхадем потерял свою должность ее генерального секретаря, а затем вообще был исключен из партии, а в сентябре лишился и почетной должности госминистра. Его замена – А.Саадани, стремясь выглядеть реформатором-прагматиком, готовым к диалогу с оппозицией, выдвигает идеи модернизации страны, вбросил идею приравнять арабский и берберский (тамазиг) языки, ратует за назначение премьер-министром представителя победившей на выборах партии, за ужесточение антикоррупционного законодательства, выступает за «отдаление» от политики армии и спецслужб, расширение полномочий парламента над исполнительной властью. Однако уже сейчас понятно, что поправки в Конституцию будут тщательно выверены на предмет предотвращения дестабилизации обстановки в стране, что подразумевает сохранение серьезных ограничений на деятельность оппозиции. Хотя новая редакция Конституции должна продемонстрировать, что Алжир продвигается по пути демократических перемен.

Особое беспокойство властей вызывает «берберский вопрос». Берберы (кабилы, шауи, мозабиты, туареги и др.) составляют около 20% населения АНДР. На протяжении лета с.г. имели место серьезные столкновения мозабитов – ибадитов с численно доминирующими арабами–маликитами на юго-востоке страны в районе Гардайи. Властям с трудом удалось успокоить ситуацию и не допустить ее дальнейшую эскалацию. Неспокойно было и в Кабилии, в непосредственной близости от столицы, которая активно ратует за автономию, а радикалы – и за независимость от АНДР. На самом юге страны племена туарегов оказывали помощь террористическим отрядам АКИМ (Аль-Каиды исламского Магриба).

Однако главный конфликт заложен внутри правящей элиты. Любой крупный политический деятель АНДР, если он хочет продвигаться вперед, вынужден искать поддержки у военных. А армия имеет свое видение ситуации. Интрига заключается в том, что никто не может предсказать, кого поддержит руководство вооруженных сил в случае ухода Бутефлики. Нынешний премьер-министр А.Селяль, протеже президента и весьма сильная фигура, никак не может установить доверительные контакты с военным командованием. А.Садани в этом плане ближе к военным, но он не столь силен с точки зрения политического веса как Селяль. Кроме того, внутри военных имеются свои разногласия. «Старая гвардия», возглавляемая начальником Генштаба А.Гайдом Салахом, своим приоритетом видит сохранение стабильности в нынешних условиях, когда неизвестно, кто может стать новым главой государства в случае ухода Бутефлики. Отсюда – нежелание проводить какие-либо серьезные реформы, способные раскачать «лодку». В силу своих взглядов и возраста они являются консерваторами, и тем самым тормозят любые процессы, которые могли бы подготовить страну к мягкому и плановому переходу власти в руки более молодого поколения. А это – неизбежно, учитывая, что молодежь до 30 лет составляет более 50% населения Алжира. Отсюда – апатия молодого поколения, желание уехать за границу и там себя реализовать, нежелание работать дома, увлечение наркотиками, криминализация. Фактически, сформировалось своего рода «потерянное поколение», которое легко может попасть под идеологическое влияние исламских радикалов, экстремистов и даже террористов. Многие молодые алжирцы просто уезжают в «горячие точки» арабского мира, становясь боевиками террористических организаций в Ираке и Сирии – ИГИЛ, Джабгат ан-Нусра и т.д.

С другой стороны, перемен требуют технократы, ориентированные на Запад и выступающие за радикальную модернизацию страны и ее демократизацию по европейским лекалам. Их позиции весьма сильны в экономической сфере, особенно в нефтегазовом секторе и финансовой области.

То есть на сегодня существуют несколько полюсов сил, между которыми может вспыхнуть конфликт после ухода Бутефлики. Более того, он может перерасти в острое гражданское противостояние с вовлечением в него армии и других силовых структур. Ведь даже среди младшего и среднего офицерского звена много тех, кто либо симпатизирует исламистам, либо выступает за вестернизацию страны, либо является приверженцами арабского националистического курса. А значит – в случае острого внутриполитического конфликта вооруженные силы и силовые структуры могут расколоться на течения, что неизбежно приведет к различного рода военным сценариям – от государственного переворота до затяжной гражданской войны. Тем более, что Алжир до сих пор остается практически единственной арабской страной с республиканским строем, которую обошла стороной волна «цветных революций» 2011-2013 гг.

Поэтому можно смело утверждать, что сегодня Алжир стоит на пороге неизбежных перемен, а отсутствие даже серьезных попыток хоть как-то подготовиться к ним, лишь обостряет ситуацию. Опыт соседних Туниса и Ливии показывает, чем может все закончиться. АНДР, конечно, — несколько иной случай, учитывая особую роль армии в политической жизни страны и опыт вооруженного подавления терроризма в 90-х годах. Но, если принять во внимание геополитическую важность Алжира, наличие у страны гигантских нефтегазовых ресурсов, нужно четко понимать – в случае конфликта неизбежно вмешательство в него внешних игроков, прежде всего США, Франции и Катара. Ведь заполучив АНДР, можно получить не только прямой доступ к его энергоресурсам, но и использовать страну против России как основного газового игрока на европейском рынке. В этих условиях Москве нужно максимально поддержать нынешние власти АНДР, дружественно настроенные к России.

Александр Орлов, политолог, эксперт-востоковед, специально для Интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×