05.04.2014 Автор: Владимир Симонов

Будущее Ирака опять под вопросом

04009292-8580По мере приближения 30 апреля – даты парламентских выборов в Ираке, ситуация в этой стране резко обостряется. Определенный шок вызвала и опубликованная в иракских СМИ 30 марта цифра: во время войсковой «антитеррористической» операции в суннитской провинции Анбар с конца декабря прошлого года погибло более 1200 человек. Ситуация грозит выйти из-под контроля, если иракские войска не справятся с суннитскими экстремистскими группировками и движением сопротивления бывших баасистов, которые явно намерены наращивать свою силовую активность против нынешнего шиитского правительства во главе с премьер-министром Н.аль-Малики.

К сожалению, его правящий шиитский блок все последние годы проводил в отношении суннитов откровенно дискриминационную политику. Неоднократно производились чистки государственного аппарата, вооружённых сил, полиции и спецслужб от суннитов. Все попытки начать диалог в целях национального согласия оставлялись властями без ответа, а мирные демонстрации заканчивались одинаково – насильственным разгоном с многочисленными жертвами. Все эти жесткие действия властей приняли такие масштабы, что последовала ответная реакция суннитов. Тем более что Саудовская Аравия, Катар и ряд других стран ССАГПЗ решили оказать им помощь финансами и оружием, а также боевиками, чтобы ослабить позиции правительства аль-Малики, которого обвинили в чрезмерной ориентации на Иран – основного соперника КСА и его аравийских союзников в зоне Персидского залива.

Число погибших в Ираке в 2013 году превысило 9 000 человек, только за январь 2014 года убито свыше 1000 человек. А тут еще появление вышеуказанной цифры. Ирак не выходит из состояния, при котором может произойти распад страны. Иракский Курдистан уже, по сути, вышел из — под контроля Багдада и является самостоятельным образованием почти со всеми присущими независимому государству органами власти и собственной политикой. Ситуация в сфере безопасности в провинциях Багдад, Салах эд-Дин, Нейнава, Дияла и ряде других суннитских районах крайне напряжённая. А в Анбаре фактически идет гражданская война. Провинция оказалась на грани гуманитарной катастрофы.

Накануне выборов 30 апреля страна явно зашла в тупик. Парламент недееспособен, многие депутаты не участвуют в его заседаниях в знак протеста против политики властей, а отсутствие кворума не позволяет принимать решения. Огромное количество законопроектов, не утверждённых и не получивших финансирование, остаются на бумаге, а гигантские доходы от нефти и газа уходят на счета, открытые в США. В последние недели начался открытый раскол среди лидеров шиитов, которые понимают опасность продолжения жесткого политического курса Аль-Малики при полной коррупции его окружения.

Личный авторитет и политический вес премьер-министра, который еще в феврале с.г. считался фаворитом предвыборной гонки, и влияние возглавляемого им блока «Государство закона» резко упали. Всё это резко уменьшает шансы Нури аль-Малики в третий раз занять пост премьер-министра и верховного главнокомандующего. Надо сказать, что все иракские правители последних 10 лет после свержения С.Хусейна вели себя как временщики. В престижных районах Лондона уже проживает немало бывших функционеров постсаддамовской власти. Предусмотрительно обзавелись там недвижимостью и многие нынешние члены правящей группировки. По данным парламентского комитета по борьбе с коррупцией, сумма похищенных из казны и выведенных за рубеж средств приближается к 200 млрд. долларов.

Предвидя опасное для себя развитие событий, нынешние власти всерьёз озаботились сохранением статус-кво (это называется «преемственность реформ»), чтобы не допустить перехода власти в руки своих противников. В последнее время предпринимаются лихорадочные попытки выхода из кризиса, в том числе путем выдвижения довольно неожиданных инициатив. Так, в Багдаде официально заговорили о готовности перекроить административную карту страны путем увеличения числа провинций с нынешних 18 до 30. Готовность была подкреплена рядом официальных заявлений, одно из которых (от 21 января об образовании 4 новых провинций) стало неожиданностью даже для самих жителей муниципального округа Феллуджа, не говоря уже о руководстве провинции Анбар. Хитроумность идеи дробления заключается в том, чтобы попытаться одновременно нанести удар по нескольким целям:

- расчленить «мятежные» провинции с преобладающим суннитским населением с одновременной попыткой привести к власти в них представителей тех ветвей племён, которые вошли в состав суннитского, но промаликовского вооруженного движения «Сахва» («Пробуждение»); в частности, уже принято решение о преобразовании в провинции ряда муниципальных округов в провинциях Анбар, Салах эд-Дин и Нейнава;

- выбить часть козырей из рук руководства Иракского Курдистана за счёт преобразования 4-5 муниципальных округов в самостоятельные провинции, что должно привести к сокращению территории и населения нынешнего автономного региона, снижения его удельного веса и влияния на политической сцене страны. Причём речь идет не только о «спорных» территориях в провинциях Васит, Дияла, Нейнава и Киркук, но и об «исконно курдских» Дохук и Сулеймания;

- изменить общую расстановку сил в стране путем проталкивания на руководящие посты во вновь образованных провинциях своих людей. На муниципальных выборах в 2013 году правящая коалиция лишилась постов губернаторов даже в таких стратегически важных провинциях, как Багдад и Басра, сохранив за собой менее половины губернаторских кресел.

Вместе с тем, при нынешней слабости госаппарата и нарастании центробежных устремлений местных властей процесс может выйти из-под контроля, а передел территории страны приведёт к обратному результату с обособлением целых регионов вплоть до создания автономий (по примеру Курдистана). Так, губернатор провинции Нейнава уже заявил, что в случае принятия практических шагов по вычленению из провинции муниципальных округов, как это объявлено, будут предприняты все усилия для преобразования провинции в автономный край. Это заявление нашло широкую поддержку, в том числе в богатом нефтью Юге. В провинциях Басра и Мейсан уже прошли демонстрации в поддержку предоставления статуса провинции нескольким муниципальным округам, в том числе находящимся в нефтеносных районах, с дальнейшим обособлением «конфедерации Юга» по примеру Курдистана.

Фактически, уже существуют предпосылки преобразования Ирака в федеративное государство с десятками провинций, которые сгруппируются на основе родоплеменных связей, религиозной близости и экономических интересов в 3-4 автономных краях (условно — шиитский, курдский и суннитский) при резком ограничении полномочий центрального правительства.

И в этом, судя по всему, состоит общий интерес ключевых игроков, влияющих на развитие событий в Ираке. США, Саудовская Аравия, Турция, Израиль, возможно и Иран заинтересованы в том, чтобы эта страна никогда больше не стала мощной региональной державой, а лишь выполняла роль крупного экспортера высококачественной дешевой нефти. И скорее всего, будущее государственное устройство Ирака и судьба страны вновь решаются сейчас не в Багдаде, а в ходе секретных переговоров между упомянутыми сторонами. А все это вызывает озабоченность относительно перспектив реализации в Ираке российских интересов. Тем более что на фоне критики в адрес главы правительства со стороны политических оппонентов, а также союзников по коалиции, которые обвиняют аль-Малики в узурпации власти, иракский премьер решил в очередной раз заручиться поддержкой США.

Основным оппонентом аль-Малики является сейчас Айяд Алауи, светский шиит, поддержанный в свое время Вашингтоном в качестве премьер-министра переходного правительства 2004-2005 годов. Алауи — лидер политической коалиции “Аль-Иракия”, которая на парламентских выборах в 2010 году одержала победу с минимальным преимуществом над “Государством Закона”, но не смогла сформировать правительство. Критикуя нынешнего премьера за подавление политических прав суннитов, Алауи, тем не менее, выступает за борьбу с террористическими исламистскими группировками в провинции Анбар. Характерно, что и он не сторонится контактов с Москвой в военно-технической сфере и в рамках борьбы с терроризмом. Что отличает его от аль-Малики, так это связи с саудовским руководством, которое видит в Алауи альтернативу нынешнему премьеру, с которым у саудитов сложились взаимно неприязненные отношения.

Лидер “Аль-Иракии” будет поддержан Эр-Риядом на предстоящих выборах. И на этом фоне президент Курдистана Масуд Барзани предложил план иракской конфедерации. Хотя очевидно, что дальнейшая децентрализация власти в стране приведет к вмешательству внешних сил во внутриполитические вопросы и может вызвать распад Ирака. Наиболее активно политику вмешательства проводит Турция (через некоторые суннитские политические силы), а также Саудовская Аравия, поддерживающая ряд суннитских и шиитских лидеров и исламистские радикальные группировки. А децентрализация власти в Ираке, как и массовый приток саудовских инвестиций в страну в случае победы Алауи на выборах, не отвечают российским интересам. Ведь усиление влияния внешних игроков – Саудовской Аравии и Турции — может потеснить позиции российских компаний на иракском рынке.

Между тем, пока еще вероятным сценарием развития событий в Ираке остается и сохранение статуса-кво — победа аль-Малики на выборах и продолжение им политики по сдерживанию сепаратизма в сотрудничестве с Россией и Ираном. Существует и вероятность переноса выборов на более поздний срок в связи со сложной ситуацией в стране, негласное согласие о чем фактически существует между основными оппонентами – аль-Малики и Алауи. Сохранение у власти аль-Малики отвечает и интересам Москвы. Но что будет на самом деле, покажет только время. Причем ждать осталось недолго.

Владимир Симонов, эксперт по Ближнему Востоку, кандидат исторических наук, специально для Интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×