03.11.2013 Автор: Петр Львов

Конфессиональные проблемы Саудовской Аравии создают предпосылки для раскола королевства. Часть 2

Supplicating_Pilgrim_at_Masjid_Al_Haram._Mecca,_Saudi_ArabiaПоложение саудовских исмаилитов Наджрана, в отличие от шиитов Восточной провинции, не слишком часто становилось предметом внимания международных СМИ и правозащитных организаций. Однако политическое напряжение там растет, что вызвано не столько миссионерской активностью салафитов, сколько дискриминационными действиями официальных властей провинции. Если в предыдущие годы власти относительно успешно проводили политику сдерживания протестных настроений исмаилитов, выплачивая руководителям общины щедрые субсидии из госбюджета в обмен за лояльность к правящему режиму, то с назначением на пост губернатора в 1997 г. принца Мишаля бин Сауда (Mishaal bin Saud) – сына второго короля из саудовской династии, ситуация стала резко ухудшаться. За годы его губернаторства исмаилитам запрещено было использовать публичный призыв к молитве, включая их собственные мечети, праздновать Ашуру и демонстрировать публично другие проявления их культа и т.д. В 2000 г. такая репрессивная политика местных властей спровоцировала даже вооруженное выступление исмаилитов, которые посчитали, что власти не соблюдают условия договора о вхождении Наджрана в состав КСА, предусматривающий свободу вероисповедания. Во время беспорядков в апреле 2000 г. протесты переросли в открытые столкновения с полицией и силами безопасности с использованием оружия.

Власти попытались провести ряд мер, которые смогли бы как-то позитивно повлиять на настроения в исмаилитской общине. Однако должного результата достигнуто не было, и в сентябре 2006 г. 300 человек снова вышли на демонстрацию с прежними требованиями – остановить продолжавшиеся репрессии со стороны властей, а также освободить некоторых исмаилитов, находившихся в тюрьмах с 2000 года.

Кроме того, среди других проблем, с которыми пришлось столкнуться исмаилитам, была попытка изменения властями этно-конфессиональной структуры провинции. При бывшем губернаторе Наджрана начала активно проводиться в жизнь негласная программа по натурализации йеменских суннитских племен из провинции Хадрамаут, которых поселяли на землях, принадлежащих племени Бану Ям, с последующим получением при определенных условиях саудовского подданства. Причем власти провинции предоставляли суннитским переселенцам всяческие преференции, позволяли носить им оружие, закрывали глаза на участившиеся столкновения с местным исмаилитским населением и т.д. Поэтому в 2006 г. группа исмаилитов обратились с петицией к королю Абдалле о приостановлении переселения 10 тыс. человек из йеменских племен на землях вокруг Наджарана, особенно вдоль ключевых дорог окружающих этот город. Активисты неоднократно обращались как к губернатору, так и к королю с требованием прекратить реализацию «преднамеренного и обширного проекта», направленного на постепенное растворение исмаилитов в суннитском большинстве. Официальная реакция Эр-Рияда была сдержанной, как всегда отрицалось наличие подобных планов. Однако такую политику нельзя было называть слишком продуктивной и даже безопасной, особенно в рамках борьбы с террористическим подпольем и «заблудшей сектой», принимая во внимание, что именно из таких племен «Аль-Каида» успешно рекрутировала членов для своих подпольных ячеек на территории королевства.

Однако геополитическая ситуация, которая стала складываться на саудовско-йеменской границе, где уже начались вооруженные столкновения правительственных войск с повстанцами хауситами (шиитами-зейдитами), переросшие в 2009 г. в активные боевые действия, в которых саудовские войска принимали непосредственное участие, заставило Эр-Рияд изменить тактику. Кроме того, Эр-Рияд серьезно беспокоила возросшая активность иранских спецслужб, сделавших, по утверждению саудовцев, ставку на дестабилизацию ситуации в шиитских районах королевства, о чем неоднократно упоминала саудовская пресса. Королевским указом от 4 ноября 2008 г. принц Мишаль бин Сауд был освобожден от обязанностей губернатора «по собственному желанию».

Король Абдалла тем самым де-факто признал, что он оказался неспособен поддержать хорошие отношения с лидерами исмаилитской общины и своей политикой завел ситуацию в тупик. Поэтому выбор короля остановился на собственном сыне – принце Мишале бин Абдалле (Mishaal bin Abdullah), который до этого занимал ряд должностей в МИД КСА. Новый губернатор имел репутацию умеренного и прогрессивного представителя саудовской королевской семьи. Тем более, заняв этот пост, он сразу предпринял ряд активных мер по снижению напряженности в провинции, начав реализовывать некоторые социальные и гуманитарные проекты в Наждране, включая строительство нового университета, реконструкцию местного аэропорта, улучшение системы дорог, привлечение инвестиций и т.д.

Очевидно, что новые власти Наджрана при поддержке Эр-Рияда решили следовать курсу по возможности избегать ненужной конфронтации. Одним их показателей новый политики явилось решение властей относительно конфликта в марте 2012 г. вокруг спутникового саудовского телеканала «Автан» (Awtan), принадлежащего саудовскому бизнесмену Абдельрахману ат-Таяру (Abdul Rahman Al-Tayyar). Скандал разгорелся вокруг одной из передач этого канала, в которой участвовали два салафитских улема – Мухаммед Хиджази (Mohammed Hijazi) и Саад ас-Сабр (Saad Al-Sabr) при участии ведущего Сабри Аскара (Sabri Askar), когда в прямом эфире были допущены прямые оскорбления в отношении исмаилитов, а также другие «расистские комментарии».

Возмущенные активисты общины обратились к губернатору с просьбой немедленно разобраться в этом деле. Принц Мишаль бин Абдалла пошел им навстречу и направил запрос в Министерство культуры и информации КСА с просьбой провести экспертизу на предмет наличия призывов к разжиганию розни на конфессиональной почве. Министр Абдель Азиз Ходжа (Abdul Aziz Khoja) признал претензии исмаилитов справедливыми, подтвердив, что такие факты действительно имели место, и экспертиза, проведенная в его министерстве, дала положительный результат. В результате канал был закрыт по распоряжению короля Абдаллы, причем, как сообщалось, со стороны короля также последовал приказ привлечь к ответственности всех участников этой программы.

Тем не менее, такие действия не совсем удовлетворили исмаилитов, которые еще раз напомнили, что вопрос о религиозной терпимости и равноправии всех подданных королевства, декларируемый Эр-Риядом, еще далек от окончательного решения. Согласно некоторым информационным шиитским веб-сайтам, группа представителей исмаилитской общины Наджрана, в основном молодежь, направила предложение властям принять закон, который предусматривал бы уголовное наказание за оскорбление против любого подданного Саудовской Аравии словесное или физическое, сделанное на религиозно-конфессиональной почве. Кроме того, они включили требования о предоставлении равных прав каждому подданному КСА, вне зависимости от его конфессиональной или племенной принадлежности, занимать государственные должности, включая дипломатические, а также работать в ряде других сфер – юриспруденция, образование и т.д.

Кроме того, они вновь потребовали положить конец политике натурализации йеменских племен, которая может привести, по их мнению, к прямым столкновениям и конфликтам общины с государственными структурами. Активно поддержали исмаилиты идею создания Центра диалога между мусульманскими течениями в Эр-Рияде, которая была озвучена королем Абдаллой на прошедшем Мекканском саммите ОИС в августе 2012 г. Небезызвестный исмаилитский активист Ахмад бин Турки ас-Сааб на своей странице в «Facebook» выступил с заявлением от имени «Исмаилитского объединения по распространению терпимости и патриотизма», в котором призвал власти к необходимости включить «фатимидский исмаилитский мазхаб» в качестве одного из участников диалога в Центре с собственным «главным представителем, избираемым духовным руководством в провинции Наджран».

Совершенно очевидно, что Эр-Рияд, опасаясь усиления влияния Ирана не только в Восточной провинции королевства, но и на юге страны, примыкающему к Йемену, который стоит на грани распада, максимально старается в настоящее время сделать все, чтобы предотвратить возможность возникновения «горячей точки» в Наджране, т.к. в случае широкомасштабных волнений среди исмаилитов географическое положение этой провинции позволит им развернуть партизанскую и диверсионную деятельность. Тем более, по мнению саудовских стратегов, Иран по-прежнему рассматривает и старается максимально использовать различные «близкие по духу» шиитские группы населения на территории королевства для возможной дестабилизации внутренней ситуации.

Конечно, пока еще преждевременно говорить о сложившихся сепаратистских тенденциях в Наджране, в отличие, например, от Восточной провинции. Рано также делать выводы о формировании системной политической исмаилитской оппозиции в королевстве, хотя предпосылки для этого, безусловно, уже есть. По всей видимости, на данном этапе, это касается только местной интеллигенции, пытающейся создавать такие структуры, которые могли бы стать при определенных условиях неформальными политическими партиями, подобно «Аль-Исляхийи» в Восточной провинции, и также участвовать в легитимном диалоге с властями. Однако гарантией соблюдения прав исмаилитов пока остаются только «добрые намерения» правящего клана Аль Саудов. Тем более что процесс конфессионального размежевания в КСА не только пошел, но и набирает силу. И дело вовсе не в Иране, а в непримиримой политике ваххабитского Эр-Рияда к религиозным меньшинствам, особенно тем, которые хоть как-то можно увязать с Тегераном, то есть шиитам и исмаилитам.

Петр Львов, доктор политических наук, специально для Интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».