01.11.2013 Автор: Погос Анастасов

Иордания идет на смену Катара и Турции?

87Как сообщают региональные ближневосточные газеты и интернет-издания недавно в Дамаске побывал член ЦК ФАТХ Аббас Заки. По утверждениям этих изданий, попал он туда не для укрепления палестино-сирийских отношений, а для налаживания контакта между руководством САР и новыми властями Катара или по крайне мерей зондажа такой перспективы.

Палестинские власти эти сообщения опровергли, а сам Аббас Заки отделался несколькими загадочными фразами, мол, хадж совершал, а сообщения СМИ — неточные. Правду или нет говорят ливанские издания, можно только гадать, но то, что при шейхе Тамиме, пришедшем к власти в Дохе в июне этого года, активность Катара на сирийском направлении, быстро пошла на убыль, — это факт.

Началось переосмысление своей роли в сирийских делах и в Турции. Да, встречи в Стамбуле оппозиционеров продолжаются, туда съезжаются западные визитеры, но все это теперь происходит на фоне строительства властями стены на границе с Сирией. Турецкие власти явно опасаются, что сирийская зараза экстремизма (на севере Сирии орудуют аль-каидовцы), быстро разойдется по территории страны, достаточно хорошо удобренной для распространения всех видов радикализма, как этнического, так и конфессионального.

После возвращения в Египте к власти военных Каир также охладел к сирийской теме. Его, очевидно, больше интересует опыт борьбы Башара Асада с братьями-мусульманами, чем технологии свержения сирийского режима. Египетские власти сами сейчас активно противостоят попыткам братьев-мусульман и салафитов дестабилизировать ситуацию на Синайском полуострове и лишний очаг напряженности в регионе им ни к чему.

Другим странам «арабской весны», таким как Тунис и Ливия, теперь уже не до поддержки сирийских оппозиционеров, хотя вся риторика и сохраняется. Для этих, как и многих других арабских государств, переживших перемены последних лет, речь идет о самовыживании. Как отметили на прошлой неделе в своем докладе аналитики британского банка HSBC, прямые потери 7 стран региона Северной Африки и Ближнего Востока от «арабской весны» составили 800 млрд долларов. «Потери вызваны, в первую очередь, падением ВВП, а также ослаблением финансового положения стран, оказавшихся в эпицентре «арабской весны», — отмечается в докладе.

На этом фоне удивительно выглядит роль Иордании, все последние годы находившейся в тени. Небольшая арабская страна с населением 6 млн. человек, значительную часть которых составляют палестинцы, внешне долго пыталась держаться в стороне от политических бурь Ближнего Востока. Это было вызвано внутренними неурядицами. Когда в 2011, на подъеме «арабской весны» иорданские братья-мусульмане, выдвинули ряд требований по реформированию политической системы в Иордании, (глава «братьев», Хамсе Мансур, потребовал, чтобы премьер-министр страны выдвигался доминирующей парламентской фракцией, а не назначался королём, депутаты верхней палаты парламента избирались народом, а не назначались монархом), Абдалла II политическую активность радикальных исламистов жестко ограничил. Тогда в октябре 2012 года «братья», как и местные салафиты, попытались накалить ситуацию. Но, столкнувшись с твердой линией властей, решили отложить свою революцию до того момента, как будет свергнут Б.Асад, объявили о бойкоте парламентских выборов 23 января 2013 года и сосредоточились на поддержке сирийских повстанцев.

Но с 2012 года, что называется без объявления войны, король Абдалла открыл на своей территории лагеря подготовки боевиков, где, под надзором специалистов из ЦРУ, проходят первичную военную подготовку сирийские оппозиционеры «умеренного толка». Причем, после крупных неудач вооруженной оппозиции в Сирии, прежде всего в Кусейре весной этого года, подготовка инсургентов даже усилилась и по сути была поставлена на поток.

Все это выглядит внешне нелогично. Иордания – хрупкая страна. Она и так ослаблена прибытием 600 тысяч беженцев из Сирии. А ведь ранее она испытала на себе приток беженцев из Ирака, несколько волн палестинской иммиграции с оккупированных палестинских территорий. Стране элементарно не хватает ресурсов, причем не только денег, но и воды, электричества.

Так что же толкает короля Абдаллу ввязываться в более чем сомнительное дело соучастия в свержении Б.Асада?

Ответ может быть найден как вовне, так и внутри самой Иордании. После поражения братьев-мусульман в Египте, смены власти в Катаре и изменения отношения в Турции к сирийскому кризису (оно еще не закончилось), эта страна остается единственным реальным плацдармом для интервенции против Сирии. Естественно, организуемой не Амманом, а США и их верным союзником Саудовской Аравией. Осенью этого года они, судя по всему, после отказа Вашингтона от военной операции против Сирии, хотят попытаться реализовать старый сценарий – создать на юге этой многострадальной страны (в районе Дераа) буферную зону и организовать там некое подобие власти оппозиционеров, чтобы на «Женеве-2», когда она состоится, «уравнять шансы» сирийского режима и его противников.

Согласие Иордании на свою сугубо подчиненную роль в сирийских делах, явно противоречащую национальным интересам, объясняется также крайне слабой экономикой страны, полностью зависящей от помощи США и богатых стран Персидского залива, которые, к тому же, в декабре 2011 года пообещали принять Иорданию в ССАГПЗ, которая, по замыслу короля Саудовской Аравии, должна превратиться в военно-политический альянс.

Кроме того, как сообщается, западные страны сейчас оказывают на Амман беспрецедентный нажим с тем, чтобы заставить его согласиться на натурализацию палестинцев (а их там более 70%) в рамках искомого Вашингтоном урегулирования палестино-израильского конфликта. Это стало бы серьезным ударом по хашимитской монархии и реализацией планов Израиля на превращение этой страны в палестинское государство. Иордания сопротивляется, но силы ее ограничены.

Поэтому нельзя исключать, что на такой вариант она вынуждена будет согласиться, однако в этом случае потребуется «сбросить балласт» — депортировать сирийских беженцев, ставших невыносимым бременем для экономики страны. Но выслать их можно лишь в двух случаях – либо политического урегулирования в Сирии, которое пока выглядит маловероятным, либо при создании вокруг Дераа вышеупомянутой контролируемой сирийскими повстанцами зоны, куда можно будет «сбросить» сирийских мигрантов. Однако активное участие Иордании в готовящейся США и КСА операции в районе Дераа может ей серьезно «аукнуться», если она на это пойдет. Понимают ли это в Аммане?

Погос Анастасов, политолог, востоковед, специально для Интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×