15.10.2013 Автор: Юрий Симонян

Четвертый президент Грузии – президент без портфеля?

https://kavpolit.com/eks-glava-mid-gruzii-podala-zayavku-na-uchastie-v-vyborax-prezidenta/27 октября Грузия изберет президента. Четвертого в своей истории, который в отличие от предшественников – Звиада Гамсахурдии, Эдуарда Шеварднадзе, Михаила Саакашвили, будет наделен во многом представительскими функциями. Согласно принятым поправкам в Конституцию, после инаугурации четвертого президента, центр грузинской власти сместится к премьер-министру, и в меньшей степени – парламенту.

Тем не менее, это обстоятельство не отпугнуло амбициозных граждан Грузии, и желание президентствовать высказали почти 60 человек. Однако к официальному старту избирательной кампании из них «дожили» 23 — ЦИК страны отсеял известных в узких или родственных кругах претендентов на участие в выборах. Из оставшихся 23 реальных кандидатов на пост президента трое – выдвиженец от правящей коалиции «Грузинская мечта» (ГМ) Георгий Маргвелашвили, экс-спикер парламента Давид Бакрадзе – от бывшей партии власти «Единое национальное движение» (ЕНД), а также еще один бывший председатель парламента Нино Бурджанадзе, представленная «Демократическим движением – Единая Грузия».

Наибольшие шансы на победу, согласно различным опросам, у Маргвелашвили. С ним все ясно – ставленник нынешнего фактического правителя Грузии, премьер-министра Бидзины Иванишвили, он может особо не заморачиваться с изысками предвыборной кампании, а только, встречаясь с избирателями, напоминать им, кто его выдвинул в кандидаты. Объективно говоря, он большего и не может делать. В общественном создании коалиция ГМ, ее члены, ее деяния etc прочно персонифицируются с Иванишвили.

Население, конечно, несколько разочаровано «Грузинской мечтой»: далеко не все пункты ее социально-экономической программы выполнены, обещанная справедливость, под которой в том числе понималось прекращение политического существования ЕНД, не восстановлена, более того ГМ и ЕНД вполне сносно даже сотрудничают, немного повысился уровень преступности, чуть хуже стало в энергетике, слегка выросли цены и т.п. Но личный авторитет Иванишвили достаточно высок, и он остается надеждой на то, что Грузия, наконец-таки, выйдет на более-менее стабильный курс. Прекрасно понимая реалии, премьер-министр, представляя Георгия Маргвелашвили кандидатом в президенты, не мудрствуя лукаво объявил: «Голосуя за Маргвелашвили, считайте, что голосуете за меня». Если на какой-то момент избирательной кампании этого станет недостаточно, то Иванишвили несомненно найдет способ подчеркнуть, за кого именно надо голосовать. Конечно, за Маргвелашвили.

На второе место, согласно тем же опросам, уверенно выходит Нино Бурджанадзе. Она в своей пропаганде сделала рискованную ставку – на заявления о нормализации отношений с Россией, которые катастрофически испортила прежняя власть, а нынешняя оказалась не в состоянии их исправить коренным образом. Люди помнят, как Бурджанадзе принималась Владимиром Путиным вскоре после войны в августе 2008 года, и ее обещания наладить отношения с Москвой, без чего у Грузии не будет нормальной жизни, отнюдь не кажутся пустыми. Также реалистичными предстают ее намерения покончить с ЕНД, доведшим страну до коматозного состояния. «Саакашвили и его команда будут за решеткой, если суд докажет их преступную деятельность!» — уверяет Бурджанадзе. И можно не сомневаться, что она сама сделает для этого все возможное – вдобавок ко всему слишком велика обида Нино Анзоровны на не столь давних партнеров по власти, оставивших ее не у дел, а после перехода в оппозицию, нанесших ей чувствительные удары и болезненные поражения на политическом ристалище.

«Национал» Давид Бакрадзе идет на твердом третьем месте, по данным опросов заметно уступая Маргвелашвили и Бурджанадзе. По-другому, наверное, и быть не могло — слишком еще свежи обиды населения на ЕНД. То, что «националам» после проигрыша парламентских выборов, череды скандалов, арестов некоторых лидеров, возбуждения уголовных дел – против других, удалось хоть и с потерями сохранить четкую партийную структуру, остаться достаточно влиятельной в Грузии силой, уже можно считать успехом. Бакрадзе ведет свою избирательную кампанию, кажется, единственным эффективным в его положении способом, резко критикуя соперников. Упоминания Маргвелашвили он сопровождает напоминанием о невыполненных обещаниях «Грузинской мечты», а Бурджанадзе – предупреждением о том, что эта дама в один прием сдаст с потрохами Грузию России.

Однако, несмотря на кажущуюся предсказуемость итогов выборов, есть несколько подводных рифов, на которые могут напороться два фаворита.

Во-первых, согласно тем же опросам, выборы, похоже, одним туром не ограничатся: ни Маргвелашвили, ни Бурджанадзе не набирают необходимого количества голосов.

Во-вторых, если будет второй тур, то кто их выиграет – вопрос. Дело в том, что Бурджанадзе идет по нарастающей, а Маргвелашвили понемногу сбавляет. Ситуация в Южной Осетии, где российские военные обустраивая государственную границу этой частично признанной республики, сдвигают ее в глубь собственно Грузии, способствует падению рейтинга «Грузинской мечты». Инфантильный комментарий Иванишвили, фактически расписавшиймся в бессилии перед Россией, плюсов его ставленнику никак не добавил. Тогда как Бурджанадзе уверяет общество в своей способности найти общий язык с Россией. Негативную роль также играет решение премьер-министра уйти с занимаемого поста и сосредоточиться на работе в гражданском секторе во благо Грузии. Обыватель, готовый голосовать за Маргвелашвили, «потому что это то же самое, что голосовать за Иванишвили», откровенно озадачен: как за него голосовать, когда Иванишвили-то уходит? Словом, разрыв между Маргвелашвили и Бурджанадзе будет сокращаться и кто из них ко второму туру подойдет в ранге фаворита – далеко не очевидно.

В-третьих – второго тура… может не быть. И не потому, что Маргвелашвили сам по себе переиграет Бурджанадзе. А потому, что свое слово могут сказать «националы». Победа Бурджанадзе для них чрезвычайно опасна. Бурджанадзе полна решимости и, кажется, вполне способна основательно перепахать политическое поле Грузии, после чего от «националов» могут остаться одни воспоминания. И если ЕНД смирится с неизбежностью поражения Бакрадзе и осознает высокую вероятность второго тура, то вполне может переключить все свои ресурсы в том числе и электоральные на победу в первом же туре Георгия Маргвелашвли – политика не столь самостоятельного и радикально настроенного, как Бурджанадзе. Подсобив ему таким образом, «националы» могут рассчитывать и на свое беспроблемное политическое существование в условно обозначенном пространстве. Если только Маргвелашвили не окажется адептом древнеримской «теории» о необходимости избавляться от ситуативных союзников, видевших твою слабость. Но это вряд ли – люди, знающие Маргвелашвили, характеризуют его как очень порядочного, мягкого человека.

За всеми предвыборными перипетиями как-то в тени оказался вопрос о будущем премьер-министре. Между тем, как отмечалось выше, именно он становится фигурой №1 после президентских выборов. Иванишвили по вопросу кандидатуры своего преемника высказывается смутно. Масла в огонь различными заявлениями подливают другие видные представители ГМ. Но вопрос с будущим премьером так или иначе открыт и предоставляет поле для разнообразных фантазий.

Зреет и другой вопрос. Если уж функции президента будут во многом номинальными, то чем объяснить ожесточенность, с которой ведется предвыборная борьба? Каким образом кандидаты собираются выполнять громкие обещания, если на решение более-менее важных вопросов президентских полномочий будет недостаточно?

Тут нелишне вспомнить обстоятельства, при которых в Конституцию были внесены поправки о сужении полномочий президента в пользу премьер-министра, и которые активируются после нынешних президентских выборов. Эти поправки были разработаны и приняты парламентом предыдущего созыва, в котором конституционное большинство составляло «Единое национальное движение» Михаила Саакашвили. И сделано это было под него. Дело в том, что в третий раз баллотироваться в президенты ему запрещала Конституция. Перелопачивать ее по примеру восточных соседей, обзаводясь возможностью президентствовать в третий или более разы и тем самым дискредитировать себя в глазах Запада, не хотелось. И тогда возникла комбинация с конституционным перераспределением властных полномочий – никаких запретов на продолжение управления страной, но в ранге премьер-министра нет.

Однако сценарий провалился – неожиданное болезненное поражение на парламентских выборах с вытекшей потерей правительства во главе с премьер-министром спутала карты «националов». И так уж ли нужно их сменщикам ослабление института президента – выяснится очень скоро. А если на президентских выборах вдруг победит Бурджанадзе, то сомнений в том, что она не смирится с «декоративной» должностью, нет, и попытки вернуть если не полноту власти президенту, то хотя бы часть важных функций, она обязательно предпримет.

Юрий Симонян, обозреватель «Независимой Газеты», специально для Интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×