24.07.2013 Автор: Сергей Пивин

Ирано-израильские отношения: насколько неизбежен военный конфликт? Часть 2

Фото: Arab48

Ряд международных экспертов полагает, что именно после появления ООП в ИРИ на официальном уровне иранское руководство якобы заняло позицию поощрения международного терроризма, нагнетания угрозы миру. Тогда же начали раздаваться призывы стереть с лица земли «раковую опухоль». Первым это заклинание озвучил аятолла Хамейни, затем эстафету принял его преемник аятолла Али Хаменеи.

Если обратиться к опыту других стран, то общеизвестно, что нерешенные внутренние проблемы того или иного государства порой прикрываются выдвижением внешнеполитических угроз, вне зависимости от того, существует ли подобная опасность вообще. В случае с Ираном можно сказать, что в «послереволюционный период» страна проходила через разные этапы развития – были определенные спады развития экономики, но наблюдались и периоды ее некоторого подъема. Иран за эти годы приспособился с сохраняющейся до сих пор определенной изоляцией. Но реально положение стало ухудшаться после ужесточения международных санкций в связи с ядерной программой страны. В немалой степени этому способствуют и постоянные призывы Израиля «наказывать Иран за агрессивность» и потенциальную «ядерную угрозу» якобы исходящую постоянно из этой страны.

Не рассматривая детально вопрос о характере ядерной программы Ирана, в данной статье заметим лишь, что еще одной причиной усиления конфронтации является поддержка Ираном радикальных группировок «Хамас», «Хизбалла» и некоторых других, открыто воюющих с Израилем.

По нашим наблюдениям, пока Иран был занят подготовкой к выборам последние полгода, израильская сторона постепенно нагнетала напряженность в отношении Ирана. Но, как мы видим, взаимное противостояние, которое гипотетически может перерасти в военные действия, пока носит виртуальный характер.

Израильский журналист Михаил Хейфец пишет, например, что «я вообще не уверен, что существуют серьезная угроза для Израиля со стороны Ирана». Он считает, что иранская угроза «нависла» в большей степени над соседними с ним арабскими государствами. Иран, как когда-то Ирак Саддама Хусейна, стремится «захватить в свои руки всю ближневосточную нефть. У Израиля нефти нет. С этой точки зрения Израиль вообще не интересует Иран». А выпады в адрес Израиля – это, мол, традиционная демагогия с целью замаскировать поползновения Ирана к соседям-арабам. Правда руководители Израиля, как было уже сказано, продолжают расценивать Иран как реальную угрозу национальным интересам и будут использовать все доступные средства, чтобы лишить Иран обладания военными инструментами (в особенности ядерным оружием) для утверждения своей роли в качестве регионального лидера.

По мнению некоторых наблюдателей, израильтяне, вероятно рассчитывая на использование собственного военного потенциала, считают, что их страна имеет реальную возможность для блокирования иранской ядерной программы и, соответственно, для создания серьезного препятствия для Ирана по отстаиванию своих позиций в качестве региональной державы. При этом приводятся доводы, что даже если предположить возможность появления со стороны Саудовской Аравии и ряда других стран Персидского залива публичного осуждения таких действий Израиля, однако неформально эти персидские монархии бы его поддержали.

Опасность «большой войны» против Ирана сохраняется и исходит она, как убеждены некоторые исследователи, не только от Израиля. Взрывоопасной является сама ситуация в Персидском заливе. «В настоящее время в этом районе сосредоточена такая мощь со стороны США, Великобритании и других стран, — считает известный эксперт по проблемам Ирана Владимир Сажин, — что один случайный выстрел может начать большую войну, хотя ее никто не хочет».

Если посмотреть сегодня на реальные интересы Телль-Авива и Тегерана, то ряд наблюдателей считает, что оба государства оказались под угрозой со стороны «арабской весны», хоть они и не желают публично признавать это обстоятельство. Как Израиль, так и Иран заинтересованы в сохранении режима Асада в Сирии, во всяком случае, они против продолжения в ней гражданской войны и тем более раскола этой страны на части. Ряд экспертов даже считает, что, если было бы возможно сотрудничество между двумя странами сегодня, то они могли бы сохранить стабильность в Сирии, в чем так же заинтересована и Россия. Известный израильский публицист и политик Авидор Эскин, высказавшись в пользу такого грандиозного плана, считает что «следует начать израильско-иранские контакты в Москве на уровне неправительственных организаций. Прежде всего, это должны быть встречи между израильскими и иранскими духовными авторитетами. Именно эти люди могут подготовить почву для такой встречи в Москве».

Нам же пока представляется фантастической даже сама эта идея, хотя это весьма позитивное возможное решение проблемы войны и мира.

И если некоторые деятели среди израильской общественности, как мы убедились выше, настроены «на наведение мостов» с Ираном, то правящая верхушка, как представляется, пока не созрела для этого. Более того, по определению ряда израильских политологов, администрация этой страны использует такое выражение, как «окружение Ирана» с помощью союзов и партнерства с соседними государствами.

Отсюда пристальное внимание еврейского государства к Азербайджану, у которого в течение долгих лет были крайне сложные и противоречивые отношения с Ираном. И сегодня ирано-азербайджанские двусторонние связи переживают не лучшие времена. Активное заигрывание Израиля с Азербайджаном, включая поставки туда вооружений, рассматривается в ИРИ как опасный геополитический вызов. По словам профессора технологического университета в Тегеране Сейеда Джавада Мири, «Иран абсолютно убежден, что проблемы Кавказа могут быть решены только самими странами региона, а присутствие нерегиональных игроков, таких как Великобритания, Китай, США или Израиль только ухудшает ситуацию».

Заметим, что России, как региональной крупной державе, отводится иранскими деятелями важное место в урегулировании как конфликтов на Кавказе, так и в нормализации ирано-израильско-американских отношениях. И в Иранге, и в Израиле, как отмечают наблюдатели (в частности, Ариэль Коэн из фонда «Наследие») убеждены, что «Москва не желает повторения ливийского сценария в Сирии, не хочет, чтобы покровитель режима Асада — Иран потерял важного союзника, и видит угрозу создания суннитского, консервативного салафитского фронта на Ближнем Востоке во главе с Саудовской Аравией. Как мы знаем, несколько дней назад на саммите «восьмерки» в Ирландии Россия подтвердила неизменность этой позиции, хоть и оказалась в определенной изоляции среди «сытых» западных стран.

Возвращаясь в заключении к вопросу, вынесенному в заголовок, можем с достаточной степенью убежденности предположить, что с новым президентом в Иране и появившимся пониманием среди лидеров США и ряда ведущих стран Запада о необходимости мирного разрешения конфликта в Сирии наступит и смягчение напряженности и между Ираном и Израилем. Маловероятно, чтобы при нынешней конфигурации сил в мире и регионе эти две страны начали военные действия друг против друга, т.к. в противном случае может начаться «большая война» с риском ее превращения в третью мировую.

Сергей Пивин — эксперт по проблемам Ближнего и Среднего Востока, специально для Интернет-журнала «Новое восточное обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×